Публикации
Гроупедия
Перейти к содержанию

Видео: Как устроиться на ферму в Канаде

Сергей сити-фермер из Канады. Он расскажет, как с семьёй переехал, какие потребовались документы, сколько ушло денег на всё и как устроится на коммерческую ферму в Канаде.

 

 

Смотрите также:

DzagiNews
  • Лайк 3

Реклама






Обратная связь

Рекомендуемые комментарии

Комментариев нет



Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти

Похожие статьи

Ригли уверен, что его новый проект — стартап Parallel — может составить конкуренцию бизнесу его семьи по производству знаменитой жевательной резинки Wrigley’s. Миллиардер делает ставку не только на привлечение потребителей: он считает, что марихуана может спасать жизни.

 

В 2017 году, когда миллиардер Уильям «Бо» Ригли-младший представил идею производства каннабиса как новую инвестиционную возможность управляющему директору его семейного офиса Джею Холмсу, тот немедленно ее отверг. «Ты шутишь, что ли? — сказал он. — Меня не привлекает перспектива надеть оранжевый костюм (цвет формы заключенных. — Forbes) и попасть в тюрьму».

 

Уильям «Бо» Ригли Фото Parallel

 

Тем не менее Ригли, наследник состояния, заработанного на производстве жевательной резинки в Америке, ясно видел, что растущая индустрия легальной продажи марихуаны подходила под все его инвестиционные критерии: она стремилась менять поведение потребителей, трансформировала законодательную базу и находила способы применения вещества в сфере здравоохранения.

 

Поэтому Ригли дал Холмсу указание найти компанию, которую заинтересует их предложение, и в конце концов тот нашел подходящий вариант во Флориде — компанию Surterra Wellness. Ригли и его команда прилетели на крупнейшее предприятие компании площадью 16 700 кв. м недалеко от Тампы. Им показали бесконечные ряды марихуаны (это был первый раз, когда 57-летний Ригли увидел комнату, полную каннабиса), после чего все улетели домой — в одежде, пропитавшейся ее запахом. «Никто не знал, где мы находимся. Я думаю, все были уверены, что мы сидим где-то под кайфом», — вспоминает Ригли солнечным днем во внутреннем дворике своего поместья на северной стороне Палм-Бич в лагуне Лейк-Уорт.

 

Вскоре после экскурсии он возглавил раунд инвестиций в Surterra на $65 млн, а в ноябре 2018 года сменил соучредителя компании на посту генерального директора. Переименованная в Parallel компания Wrigley теперь имеет 42 точки в трех штатах — 39 во Флориде и остальные в Массачусетсе и Неваде, а новые планируется открыть в Пенсильвании и Техасе. На сегодняшний день Ригли привлек в общей сложности $400 млн, в основном деньги семьи и других состоятельных лиц. На последнем раунде, завершившемся в 2020 году, компанию с объемом продаж $250 млн (в 2020 году) оценили примерно в $2 млрд.

 

 

В 2019 году Parallel потратила более $100 млн на стартап Molecular Infusions из Бостона, который работает над минеральной водой с добавлением ТГК (каннабиноид, действующее вещество психоактивных видов конопли. — Forbes). Parallel также ведет переговоры о приобретении сети диспенсариев (учреждений, раздающих лекарства бедным. — Forbes) в Чикаго примерно за $150 млн, что приведет к появлению в городе компании, чье название неразрывно связано с историей Wrigley.

 

По словам двух источников, знакомых с ходом переговоров, компания также изучает возможность выхода на биржу в Канаде посредством сделки с использованием SPAC (специальная техническая компания для выхода на биржу, альтернатива IPO для некоторых стартапов. — Forbes). Wrigley отрицает, что компания станет публичной.

 

Всего за три года Ригли превратил Parallel в производителя каннабиса нового типа. Поставив себе цель создать крупный бренд марихуаны, он пригласил в управляющую команду менеджеров и консультантов из крупнейших корпораций мира: Coca-Cola, Walgreens и Patrón Spirits. Ригли считает, что его новый проект может составить конкуренцию бизнесу его семьи по производству жевательной резинки, который он в 2008 году продал Mars, Inc. за $23 млрд.

 

«Думаю, это может оказаться значительнее, чем Wrigley, — говорит он. — Wrigley приносила людям радость. Но это гораздо важнее».

 

Parallel — не самый крупный производитель каннабиса в Америке (это звание принадлежит компании Curaleaf из Массачусетса) или даже во Флориде (а это — компании Trulieve), но она методично расширяет свою деятельность. Ее стратегия заметно отличается от стратегии Curaleaf, которая под управлением председателя-миллиардера Бориса Джордана агрессивно скупала конкурентов по всей стране. Вместо того чтобы скупать компании, Ригли сконцентрировался в первую очередь на Флориде, которую он называет «югом Нью-Йорка» и которая легализовала употребление марихуаны в медицинских целях.

 

Население Флориды растет и сейчас достигло 21 млн человек. Еще 100 млн ежегодно посещают штат, и Ригли ожидает, что. когда Флорида разрешит досуговое употребление каннабиса, его компания вырастет десятикратно. «В одной только Флориде потенциал роста огромен», — говорит он.

 

Parallel инвестирует также в исследования медицинских и досуговых способов применения каннабиса. В 2019 году она подписала соглашение об эксклюзивном сотрудничестве с венгерской биофармацевтической компанией Eleszto Genetika (Будапешт). Мировой лидер в области генетической модификации дрожжей, Eleszto Genetika может секвенировать геном редких каннабиноидов и воспроизводить конкретные свойства в коммерческих масштабах. Один из будущих продуктов, который особенно нравится Ригли, — это каннабинол, или КБН (каннабиноид, который в малых количествах содержится в растениях семейства коноплевых. — Forbes), повышающий качество сна. «Называйте его «убийца Ambien (снотворное лекарственное средство. — Forbes)», — говорит он.

 

Parallel смотрит также в сторону ТГВ: это еще один каннабиноид, который действует, как и ТГК (главный психоактивный элемент каннабиса), но подавляет аппетит — а значит, по его словам, не создает желания «перекусить». Идея в том, чтобы создать некалорийный алкогольный заменитель, добавляет Ригли. Он говорит, а у его ног сидит пес породы лаготто-романьоло по кличке Рио: «Один из этих продуктов может стать прибыльнее, чем вся компания».

 

У Parallel есть еще кое-что, чего нет ни у одного производителя каннабиса, — имя Ригли.

 

Морган Паксиа, сооснователь инвестиционной фирмы из Сан-Франциско, которая специализируется на инвестициях в каннабис и управляет активами на $150 млн, уверен, что Ригли сможет создать успешную компанию по производству каннабиса. «Это заложено в их ДНК, — говорит Паксиа. — Семейный бизнес, которым управляли многие поколения, — вот так создают крупные, устойчивые, легендарные бренды».

 

 

Ригли родился в одной из величайших предпринимательских династий Америки. Его тезка, прадед Уильям Ригли — младший, в 1891 году основал компанию по производству мыла William Wrigley Co., а в 1893 году начал выпускать жевательную резинку Wrigley’s. Компания передавалась из поколения в поколение, отец Бо управлял ей до смерти в марте 1999 года. Бо, который начал работать в компании в 13 лет, стал гендиректором и председателем правления компании в 35, на следующий день после кончины отца.

 

Ригли ставят в заслугу то, что он подарил новую жизнь столетнему бизнесу, когда заменил натуральные ингредиенты в составе жевательной резинки на более дешевые синтетические, а также расширил его благодаря приобретению компании-производителя леденцов Life Savers и драже Altoids. В октябре 2008 года Ригли закрыл главную сделку своей жизни: он сделал Wrigley частной фирмой, продав ее Mars, Inc. — еще одной компании, принадлежащей семье миллиардеров.

 

Многие не без оснований полагают, что однажды Wrigley начнет производить жевательную резинку с каннабисом. Ригли три минуты объясняет молекулярные процессы, без которых невозможно за определенное время высвободить нужные вкусы из основы жевательной резинки. После чего говорит, что обеспокоен тем, насколько дорогостоящими могут оказаться исследования и разработки, а также тем, что такой продукт может понравиться детям. Тем не менее он отвечает: «Никогда не говори никогда».

 

Как и у Wrigley Co., у Parallel есть глобальные амбиции. Согласно инвестиционному документу, который есть в распоряжении Forbes, Parallel изучает вопросы, связанные с получением лицензий на выращивание каннабиса и конопли в Юго-Восточной Азии. Ригли признает, что беседовал с чиновниками этого региона, но говорит, что переговоры замедлились из-за пандемии.

 

Ригли не сразу отвечает на вопрос, как его предки отнеслись бы к деятельности в этой индустрии. Он стоит на деревянном мостике, ведущем к главному входу в его поместье, между двух прудов с рыбками кои. Ветер с озера Уорт треплет флаги над лужайкой неподалеку.  «Господи, да они бы в гробу перевернулись от одной только мысли об этом», — с улыбкой говорит он.

 

Марихуана все еще запрещена на федеральном уровне, однако в 43 штатах действуют те или иные исключения, а теперь, когда демократы получили контроль над Конгрессом, легализация кажется ближе, чем когда-либо. «Я не считаю наш бизнес незаконным, — говорит Ригли. — Сейчас он оказался в сложной политической ситуации».

 

Ригли, который обладает состоянием в $3,1 млрд, говорит, что ему повезло участвовать в процессе перехода отрасли от черного рынка в легальное поле. Последнее поколение предпринимателей, которые делали такие заявления, превратили пустынный город Лас-Вегас в пристанище для многомиллиардных публичных корпораций.

 

«Я думаю, мы переживаем те же времена, что и Лас-Вегас до того, как Стив Уинн превратил его в туристическую Мекку, — говорит он. — Кто угодно может поставить стол с зеленым сукном и начать играть. Но он создал уникальное место с предметами искусства, отелем Bellagio, фонтанами — и оно стало точкой притяжения». Ригли считает, что Parallel может стать первым в мире золотым стандартом в производстве каннабиса, изменив отношение американцев к марихуане, подобно тому, как Уинн преобразил «Город грехов». «Дело не в кайфе, — говорит он. — Дело в качестве жизни».

 

Близкое по теме:

Интервью Бориса Йордана: Русских в каннабизнесе больше чем кажется Как российский миллиардер вложился в бизнес каннабиса и попал в громкий скандал Миллиардер предложил новозеландцам выращивать траву, а не коров

Источник:  forbes.ru

 

 

Розенталь просветительскую деятельность начал еще в 70-х годах, вдохновив многих людей на изучение методов выращивания каннабиса в помещении. В 80-х и 90-х работал корреспондентом в High Times. В 2002 году был осужден за выращивание более 100 растений каннабиса с перспективой лишения свободы на срок до 100 лет и штрафа до $4,5 млн, но приговор был отменен в апелляционном порядке. Дело Розенталя стало важным прецедентом для декриминализации выращивания психотропной конопли в Калифорнии. Принимал активное участие в продвижении и разработке политики гражданского регулирования лекарственной марихуаны. Сотрудничал с правительством штата и местными властями, чтобы обеспечить поставки фармацевтического каннабиса пациентам. В 2010 написал учебник по выращиванию каннабиса для Окстердамского университета.

 

В мае 1984 года Ларри Сломен и Джордж Баркин взяли интервью у неутомимого исследователя конопли Эда Розенталя, который щедро делился своими идеями, опытом и мнениями. День рождения Эда приходится на 15 сентября, в честь чего и было переиздано это интервью.

 

Султан Дыма, Махариши из Моты, Бурбанк из Бу и ещё целая куча прозвищ Эда свидетельствуют о том, что это человек, который сделал американскую травку лучшей во всем мире. Именно Розенталь привел змея-искусителя в сады, когда в 1977 году он в соавторстве с Мелом Фрэнком выпустил руководство по выращиванию марихуаны (The Marijuana Growers Guide). До этого «доморощенная» и «домашняя» травка были синонимами «пеньки» и «рудералиса». Но спустя пару харвестов после появления Growers Guide Америка обильно зазеленела от побережья до побережья. Хиппи, спрятавшись в глубинах Каскадов, Голубого Хребта и Сискиуса (горы и район в США — ред.), выращивали сиамские и гималайские ландрейсы, что ставило крест на традиционном импорте. Кто-то ещё помнит Acapulco Gold? Это достижение Эда Розенталя.

 

 

Сегодня Эд посвящает огромное количество времени и энергии общественной деятельности. Он напряженно работает, чтобы сплотить многочисленные, но разрозненные политические группы, проводящие «политику свободы от конопли» на Западном побережье. Эд часто летает в Вашингтон, где выступает перед Конгрессом, высказываясь о безумии нынешней официальной наркотической политики, а также об экономическом буме, который произойдет после появления разумной системы налогообложения и регулирования официального рынка каннабиса.

 

Этот человек заслуживает молниеносно разрастающегося дискурса вокруг него, а не только несколько скудных страниц, которые он ежемесячно публикует в своей колонке «Спроси Эда» в журнале «Cannabis Culture». Поэтому мы пригласили его на интервью для этого выпуска.

 

HT — High Times; ER — Ed Rosenthal.

 

HT: Когда вы начали курить травку?

 

ER: В 1966 году. В 1965-м попробовал пару раз, но не понимал кайфа. В 1966-м я купил колпачок и накуривался со своим соседом по комнате в колледже. Едва накурившись, я осознал, что марихуана — мой союзник в том же смысле, в каком Карлос Кастанеда говорил о чёртовой травке. Конопля стала настолько моим хорошим другом, что уже ко второй покупке я начал ей торговать.

 

HT: Что вы имеете в виду, когда говорите, что ганджа стала вашим другом?

 

ER: Я постоянно тянусь к тому, чтобы накуриться, к этому ощущению. Это моё нормальное состояние сознания, я чувствовал, что так и должно быть. Так травка и становится союзником. Я научился работать под ней, играть под ней, кто-то даже однажды сказал, что канна будит меня утром и укладывает спать ночью. В принципе, я живу, чтобы курить. Это случилось двадцать лет назад.

 

HT: Ранее вы никогда не достигали такого состояния, не накуриваясь?

 

ER: Ну, психоделики... Я думаю, что каннабис — слабый психоделик, а ещё, что у меня были крайне несчастливые детство и юность. Я прошел через терапию, всё такое, но к подростковому возрасту всё ещё страдал от депрессии. Во-первых, конопля помогла мне взглянуть со стороны и увидеть, что тысячи часов терапии и куча долларов, потраченных на нее, не помогли. В 1967-м я вернулся в Нью-Йорк, где попал на вечеринку в Центральном парке. На сцене тогда был Эбби Хоффман, он спрыгнул вниз и начал раздавать кислоту. Обратившись ко мне совершенно безлично, как к тысяче других, он сказал: «Хочешь трипануть?», а я ответил: «Да», после этого он кинул таблетку мне на язык, и я пережил самый глубокий опыт. Все дерьмо, весь негатив, что накопились за всю мою жизнь, ринулись наружу. Я не твердил: «Это бэдтрип, это отвратительно, ужасно», я всё понял и осознал. Это была не кислота, это было содержимое моей головы, выходящее наружу. Вскоре после этого я позабыл, что такое депрессия. Я научился контролировать состояние своего сознания.

 

HT: Траву курят огромное количество людей, но как это стало делом вашей жизни, вашим делом?

 

ER: Я думаю, мы должны жить фантазиями, каждый должен. Большинству людей не нравится то, чем они зарабатывают на жизнь. Я всегда старался делать свою работу профессионально.

 

HT: Вы объездили весь мир в поисках методик культивации. Где вы наблюдали, как растет каннабис?

 

ER: Во всех Штатах. На самом деле, там я видел больше всего. Может быть, не количественно, но качественно. Потом я побывал в Индии, Марокко, Амстердаме, Испании, Колумбии... В Колумбии я был всего день, работал консультантом.

 

HT: Что значит «работал консультантом»?

 

ER: У этих людей была плантация, страдающая от массы проблем. Они консультировались со мной, пытаясь выяснить причину, чтобы затем попытаться её исправить.

 

HT: Все получилось?

 

ER: Не знаю, второй раз плантацию я не увидел.

 

 

HT: Где вы нашли лучшую травку?

 

ER: В Соединенных Штатах. Никаких сомнений, американские гроверы лучше всех понимают марихуану, больше, чем любые другие культиваторы. Конечно, это разница между странами первого и третьего мира, потому что большая часть других мест культивации — в странах третьего мира, однако Европа в вопросах выращивания просто отстает от нас лет на десять.

 

HT: Кроме того, гроверы здесь чаще всего сами курят, в отличие от Южной Америки, где всё делается для экспорта.

 

ER: Угу. В Индии у меня было такое чувство, что фермеры покуривали, а вот остальные сотрудники — нет. Розничные торговцы тоже любители дунуть.

 

HT: Когда вы приезжаете в Марокко или Колумбию, как вас воспринимают местные садоводы? Как американского франта или как исследователя конопли?

 

ER: Ко мне относятся чрезвычайно серьёзно, меня уважают.

 

HT: Власти часто вас беспокоят?

 

ER: Когда я был в Индии, я хотел увидеть легальные плантации. Во время поездки в поезде я увидел в окно все эти засаженные поля и спросил, что это за город. Мне ответили: «Кхандва». Мы поехали в Министерство сельского хозяйства, и я спросил: «У вас в Кхандве целые поля конопли, я хотел бы посмотреть на них. Что для этого надо сделать?» Мне ответили, что в Кхандве ганджа не растет. Да и в Мадхья-Прадеше она не растет. Тогда я сказал, что видел коноплю своими глазами. Они позвонили в местный департамент Кхандвы, покивали головами, а затем ответили, что это не входит в их юрисдикцию, всем этим управляет Министерства акцизного налога. Но так или иначе, они написали письмо в тот мелкий департамент.

 

Тогда я поехал в Кхандву. У меня были копии моей книги, а когда я их показывал, то становился таким серьезным... Приехал американский ученый, посмотрите. Важничал, в общем. А на следующий день подъехала колонна из четырех машин, всех посадили в джипы. Сперва мы посетили перерабатывающий завод, затем съездили на поля, а потом вернулись обратно. Я спросил, могу ли я сорвать пару соцветий? Ответ был: «Конечно, бери всё, что захочешь». Перед глазами гигантское поле с разными сортами и генетиками, а тут они говорят: «Бери, что хочешь». В общем, на следующие две недели нам хватило с лихвой. Конечно, мы не срезали растения, просто взяли самые красивые шишки. Они были великолепны.

 

А еще через день, когда мы были в нашем гостиничном номере, кто-то постучался в дверь. Затем дверь распахнулась, это всё выглядело как ограбление или что-то такое, но на пороге оказался парень из «акцизного», он просто принес нам травки. У него была целая пригоршня, он сунул её нам, и это был первый и последний раз, когда правительственный агент принес мне дунуть.

 

HT: Методы культивации в Марокко отличаются от тех, которые распространены в Западной Вирджинии или где-то ещё?

 

ER: Да, естественно. Большинство людей в Америке из-за политической ситуации и незащищенности, как правило, гровят огромные растения или несколько больших кустов. В общем, тратят много сил на отдельную растишку. В других частях света не выращивают сенсемилью. Люди растят эту культуру так же, как кукурузу или любые другие полевые растения. В Индии они выращивают коноплю на расстоянии метра друг от друга в каждом ряду. В Марокко растят от пятнадцати до двадцати-тридцати растений на квадратный фут. Кусты выглядят, как палки из земли. В High Times были фотографии.

 

HT: Как вы относитесь к гашишу?

 

ER: Некоторые люди молятся на гашиш: он для них всё, но я предпочитаю соцветия сативы.

 

HT: Почему? Из-за изменчивости качества?

 

ER: Я думаю, что разные сорта по-разному демонстрируют своё плато. Сатива более церебральна и вызывает хай, когда афганцы прибивают к земле и погружают в стоун.

 

HT: Как вы думаете, это культурная предрасположенность? Большинству американцев нравится бодрость, которую даёт сатива?

 

ER: Нет, я думаю, что большинство американцев любит напиваться в стельку. Конечно, есть несколько человек, которые любят сативу, но склоняюсь к мнению, что большинству нравятся афганские корни.

 

HT: Почему гашиш не стал более популярным?

 

ER: Плохо горит, его нельзя положить в сигарету. Положив в косяк, вы неминуемо сожжёте свою одежду.

 

HT: Давайте отмотаем время назад, к моменту, когда вы учились в колледже. Едва купив стафф во второй раз, вы тут же стали торговать.

 

ER: Ага. Первый раз я купил колпачок, а второй раз уже 220 грамм.

 

HT: Это из-за предпринимательской жилки? Вы сказали: «Вау, это крутой способ заработать денег и повеселиться?»

 

ER: Скорее, чувствовал себя миссионером.

 

 

HT: Примерно в 1966 году?

 

ER: К 1967-му я уже бросил школу.

 

HT: Получается, все эти негативные сплетни о конопле — сущая правда.

 

ER: Причина, по которой я бросил школу, состоит в том, что я получил категорию годности «А» к службе в армии, означающую, что я — идеальное пушечное мясо. Потом я устроился на несколько обычных работ, в том числе, на Уолл-стрит. Всегда мечтал там работать.

 

HT: Почему?

 

ER: Это было захватывающе. Здесь продавались вещи, не имеющие материальной ценности, кроме той, которую люди хотели за них заплатить. На самом деле они не стоили ничего. Они стоили столько, сколько люди вкладывали в их стоимость. Так что это было интересное, хорошее время. Я стал помощником комплаенс-офицера, который следил за соблюдением внутренних правил и положений Федеральной комиссии связи. И какое-то время я провел там, а потом меня уволили.

 

HT: Вы были сотрудником внутренней безопасности Уолл-стрит.

 

ER: Ну да.

 

HT: Травку вы тогда курили?

 

ER: Да. Вы же слышали о Фондовой бирже, внебиржевом рынке, ну а я... Я управлял рынком подпольным. Однажды пришел мой начальник. У меня была с собой коричневая сумка, он спросил: «Что это такое?». Я ответил, что в ней мой обед. Он приоткрыл её, а там целый пакет травки, затем он выдает: «Не приносите свой обед на работу».

 

HT: Так когда же вы ушли с Уолл-стрит?

 

ER: В 1969-м. Я начал делать свечи. Примерно в это же время я переехал в шестикомнатную квартиру в Бронксе, и начал гровить в одной из комнат. Это был шаг на пути естественной эволюции, которая и привела меня сегодня сюда.

 

HT: Что заставило вас это сделать?

 

ER: Когда я был ребенком, то всегда хотел был ученым-растениеводом и писателем. Я действительно увлекался растениями. Раньше я посещал занятия в Ботаническом саду, поэтому для меня было вполне естественным выращивать растения, если бы у меня была свободная комната. Тогда я очень мало знал об этом, не было никакой литературы. На самом деле, парочка книг была, но одна мне казалась особенной, не знаю, осталась ли она у меня. Её написал парень, который рассказал всю историю своей жизни: он служил в армии, потом курил коноплю, видел ошибки своего Пути, вылетел из армии, растил траву в своей квартире в нижнем Ист-Сайде, заполнив землей всю комнату и культивируя растения... В общем, всё, что нужно было сделать, — это купить пару мешков земли в свою комнату, но вместо этого я растил в горшках.

 

У меня были флуоресцентные лампы, я не знал о соцветиях, поэтому курил листья. Я так кайфовал от этой дряни, все жители этого дома кайфовали! Все жили тем, что я собирал по несколько таких листьев каждый день. Нас реально убивало.

 

HT: Но жили вы за счет свечей?

 

ER: Да. Тогда я подумал, что выращивание — это так круто, поэтому я убрал всю свою комнату, избавился от горшков и решил продавать теплицы для культивации. Я продавал крутые теплицы! Пришёл бы и установил её в вашем доме, сделал бы все шаманства, кроме семян.

 

Так я и познакомился с Мелом Фрэнком. Мы оба дали интервью журналу Rolling Stone и решили написать об этом книгу за шесть недель, а годом позже придумали ещё одну — каталог для гровинга в индоре и аутдоре (Indoor-Outdoor Marijuana Growers Catalog), и с тех пор, как книгу опубликовали, стали куда серьёзнее в наших начинаниях.

 

 

HT: Какой был год?

 

ER: 1972–1973, мы начали погружаться в нашу деятельность. Поехали в Университет штата Миссисипи, познакомились с Карлтоном Тернером, который сейчас является советником федерального правительства по вопросам наркополитики. Тогда он руководил Миссисипским проектом, своеобразным контрактом на наркобизнес с правительством. Тернер познакомил нас с Миссисипской коллекцией всех научных работ по конопле, опубликованных в 1968–1972 годах. Мы купились. Решили, какие научные статьи мы хотели бы прочитать, дабы собрать всю информацию воедино и разработать на их основе несколько теорий. Так и появился Growers Guide.

 

HT: Что за человек этот Тернер?

 

ER: Чувак с Нового Юга. Пример приспособленчества, думающий о себе больше, чем нужно.

 

HT: Что вы под этим подразумеваете?

 

ER: Фашистский менталитет, облечённый в нежные слова и кажущуюся разумность. Я думаю, Билль о правах не так много значит для людей на Юге.

 

HT: Вы думаете, он похож на Анслингера, как бы волк в овечьей шкуре? Своего рода продолжение?

 

ER: Да, я считаю, что даже если отдельные члены этой группы не являются фанатиками, есть определенные высказывания, находящие отклик в их сердцах. Точно так же, как каждый кандидат в президенты от республиканцев всегда делает какую-нибудь неприятную античёрную оговорку, просто, чтобы фанатики знали, что их поддерживают, что, в общем-то, вовсе не оговорка. У них есть кодовые слова, люди внемлют им, а их подлинное чувство заключается в непринятии тех или иных категорий граждан. Как куски дерьма, что нельзя смыть в унитаз. Мы будем использовать все законы, все возможности, чтобы контролировать таких людей. Так появились законы о наркотиках, так они существуют до сей поры. Большинство читателей High Times принадлежат к этому списку. Даже если они перестанут курить травку, правительству не понравится их мышление. Они независимы, не желают быть подопечными государства.

 

Правительственный чиновник США Гарри Дж. Анслингер. В конце 1950-х развернул массированную пропаганду в мировой прессе, которая во многом способствовала включению каннабиса в Единую конвенцию ООН по наркотическим веществам. 

 

HT: Что случилось с психоделической революцией?

 

ER: Всё ещё продолжается. В крупных городах поутихло из-за дорогой аренды. Каждый год продаётся больше кислоты, больше грибов, чем когда-либо прежде.

 

HT: Как вы думаете, конопля может менять отношение людей к чему-либо или это просто гедонистическая вещь?

 

ER: Люди всё ещё меняются с помощью травки, а мы даже не осознаем, оглядываясь назад, насколько велики изменения последних тридцати лет. Двадцать лет назад незамужняя женщина и неженатый мужчина, будь они соседями по комнате, просто разговаривали бы.

 

HT: Какая самая переоцененная травка из тех, которые вы курили?

 

ER: Я думаю, что многие мексиканские сорта-первопроходцы переоценены.

 

HT: Вы имеете в виду что-то вроде Acapulco Gold?

 

ER: Многие переоценены. Потом идет всяческая «мистическая трава», вроде Panama Red. Я никогда её не видел, но много лет слышал всякие байки. Сколько людей её курили? Для меня это сказка, а хотелось бы посмотреть.

 

HT: Какая травка дала вам самые лучшие эмоции?

 

ER: Легендарный нью-йоркский Wacky Weed. Боже, эта штука определенно была очень психоделической. Жалко, что у меня нет семян.

 

HT: Курили ли вы что-нибудь распиаренное?

 

ER: Не люблю колумбийскую генетику, которая сейчас нахлынула, поэтому я её не курю. Но покуриваю новых мексиканцев, у них великолепная цена. У колумбийцев много проблем, качество падает. Но им, кажется, плевать. 

 

HT: Вы разговариваете со своими растениями?

 

ER: Выращивать в Калифорнии незаконно, но я скажу, что растить каннабис интереснее, чем помидоры.

 

HT: Есть ли духовная связь между вами и вашими растишками?

 

ER: Иногда я думаю, что я агент конопляного мира, посланный сюда, чтобы помочь спасти этот мир. Я уже размышлял над этим.

 

HT: Началось! Когда вы разговариваете со своими растениями, чувствуете ли вы какую-то общность? У растишек может быть сознание?

 

ER: Не думаю, что растения обладают способностью к обучению или генетической способностью к самовыражению, похожему на наше. Я не думаю, что общение с кустами или воспроизведение музыки может помочь.

 

HT: Вы так не делаете?

 

ER: Считаю, что правильное кормление важнее.

 

HT: Вы не полагаете, подобно растафарианцам или другим мистикам, что Бог даёт нам растения, дабы духовно просветить человека?

 

ER: Позвольте, я расскажу вам несколько вещей о конопле. Для многих людей каннабис — это растение, которое позволило перейти от скотоводческого, кочевого общества к сельскохозяйственному, и это продолжается до сих пор. Пигмеи выращивают только одну культуру — коноплю, что и позволило им совершить переход к сельскохозяйственному обществу, этот процесс цикличен.

 

HT: В каком смысле? Я не понимаю.

 

ER: В обществе кочевников вы просто путешествуете повсюду. А если начинаете что-то сажать, то должны ухаживать за этим, правильно?

 

HT: Так зачем же они занимаются садоводством? В чем мотивация?

 

ER: Продают. Курят и продают другим племенам.

 

 

HT: Вы разговариваете со своими растениями?

 

ER: Выращивать в Калифорнии незаконно, но я скажу, что растить каннабис интереснее, чем помидоры.

 

HT: Есть ли духовная связь между вами и вашими растишками?

 

ER: Иногда я думаю, что я агент конопляного мира, посланный сюда, чтобы помочь спасти этот мир. Я уже размышлял над этим.

 

HT: Началось! Когда вы разговариваете со своими растениями, чувствуете ли вы какую-то общность? У растишек может быть сознание?

 

ER: Не думаю, что растения обладают способностью к обучению или генетической способностью к самовыражению, похожему на наше. Я не думаю, что общение с кустами или воспроизведение музыки может помочь.

 

HT: Вы так не делаете?

 

ER: Считаю, что правильное кормление важнее.

 

HT: Вы не полагаете, подобно растафарианцам или другим мистикам, что Бог даёт нам растения, дабы духовно просветить человека?

 

ER: Позвольте, я расскажу вам несколько вещей о конопле. Для многих людей каннабис — это растение, которое позволило перейти от скотоводческого, кочевого общества к сельскохозяйственному, и это продолжается до сих пор. Пигмеи выращивают только одну культуру — коноплю, что и позволило им совершить переход к сельскохозяйственному обществу, этот процесс цикличен.

 

HT: В каком смысле? Я не понимаю.

 

ER: В обществе кочевников вы просто путешествуете повсюду. А если начинаете что-то сажать, то должны ухаживать за этим, правильно?

 

HT: Так зачем же они занимаются садоводством? В чем мотивация?

 

ER: Продают. Курят и продают другим племенам.

 

HT: Вы сошли с ума. Вам приходилось покупать траву у пигмеев?

 

ER: Нет, я никогда там не был.

 

HT: Ладно, перейдем к каннаактивизму, политической стороне Эда.

 

ER: Хорошо, расскажу, как все начиналось. Я отдыхал во Флориде в 1971 году, встретил двух студентов колледжа, которые делали бонги. Они изготовили один и для меня, в качестве прощального подарка. Накануне вечером мы здорово трипанули под кислотой все вместе, это было невероятно, потом они вручили мне бонг, из которого мы сделали по одной затяжке, и начали возвращение автостопом в Нью-Йорк. Нас арестовали в Боулинг-Грин, штат Вирджиния, за путешествия автостопом. В чемодане у меня нашли бонг, я был арестован за остатки травки и сам девайс. Это обошлось мне в $500 и две поездки обратно в Вирджинию. Я уверен, не случись этого, я бы никогда не имел проблем с законом.

 

 

HT: Весьма радикальный опыт.

 

ER: Угу.

 

HT: Вы подвергались жесткому обращению со стороны сотрудников полиции?

 

ER: Нет, но полицейский захотел пожать мне руку, сказав после суда: «Не обижайся, сынок». Я ответил: «Ты свинья». Именно в это время NORML [крупнейшая антипрогибиционистская организация США, официально лоббирующая декриминализацию/легализацию психотропной конопли.] провела первую народную каннаконференцию законных активистов. Это было круто. Мероприятие проходило в подвале церкви, где люди устанавливали палатки. Меня попросили спуститься к ним и произнести речь о культивации.

 

HT: Кто просил?

 

ER: Кит Строуп.

 

HT: Это случилось до выхода вашей книги?

 

ER: Это было до того, как я выпустил книгу, но тогда я занимался теплицами.

 

HT: Так вот откуда Строуп знал вас?

 

ER: Да. Я был в Rolling Stone, потом я встретил Майка Олдрича на конференции и он сказал мне: «Приезжайте в Калифорнию, у нас есть инициатива 72-го года». Поэтому я решил поехать в Калифорнию, на конференции выступил с речью о гровинге, она была чертовски хороша, люди были вовлечены. К этому времени мы все ещё трудились над книгой. В Калифорнию я отправился, чтобы поработать над инициативой.

 

HT: На протяжении многих лет вы были известны как назойливая муха каннаактивизма. У вас были большие разногласия с NORML и конопляным истеблишментом. Не могли бы вы осветить некоторые из этих разногласий вкратце?

 

ER: Я бы не назвал NORML конопляным истеблишментом. Думаю, они вообще с краю.

 

HT: Что вы думаете о Строупе?

 

ER: Я думаю, что он основал организацию, и, чтобы сохранить над ней контроль по мере роста её успешности, он пожертвовал организацией во имя себя. Другими словами, им были нужны профессионалы, но профессиональных организаторов никто ничего делать не заставлял. Потренируют любителей, а потом торопятся дальше. Тоже самое с хиппи — те никогда не пытались стать движением масс.

 

Кейт Строуп

 

HT: Я не думаю, что они хотели быть массовым движением.

 

ER: Проблема в том, что у них нет четкой цели и самоидентификации, они сами не знают, чего хотят. Это и есть главная проблема NORML, они хотят быть всем для всех. Такое невозможно.

 

HT: Разве NORML не обучает юристов, борющихся за наркоправа?

 

ER: Они действительно занимаются этим, однако это лишь одна важная роль, а куда больше они тратят на судебные разбирательства. С точки зрения активизма и работы над законодательством, NORML не делает ничего.

 

HT: Разве не это было их намерением?

 

ER: Думается, что главным их намерением был Конгресс в Вашингтоне и лоббирование интересов. Но получилось, что никто не слушает лоббистов, если у тех нет денег или голосов. А голосов нет, если нет членства. Это один из примеров, почему NRA, Национальная стрелковая ассоциация, так эффективна: у них миллионы членов.

 

HT: Да, но разве не было кооптации миллионов курильщиков в движение легализации, так что теперь правительство использует законы о каннабисе более избирательно? Большинство людей не попадается. Большинство может курить каннабис и не чувствовать такой угрозы. Людей арестовывают по другим причинам.

 

ER: Ну, это правда. Большая часть потребителей не подвержены рискам. За исключением того, что правительство старается постоянно это изменить, — пожалуйста, не заблуждайтесь. При администрации Рейгана отношение к нам изменилось. Процент арестов за коноплю резко вырос. Они стараются... Знаете, например, брать анализ мочи на рабочем месте, поэтому, если вы покурили прошлым вечером, утром у вас будет положительный результат. Поэтому я считаю, что курильщики каннабиса сейчас находятся под нарастающим давлением.

 

HT: Как насчет будущего каннареферендумов?

 

ER: Ну, в Калифорнии мы даже не смогли бы принять закон о возврате стеклотары, поэтому, я думаю, всё весьма сложно.

 

HT: Какие возможности есть с точки зрения легализации?

 

ER: Одна возможность — я думаю, что NORML и каннадвижение должны объединиться и заявить о себе как о правозащитном движении, как о части массового движения, где есть защитники окружающей среды, геи, разные меньшинства и тому подобное. И когда проблему признают в таком ракурсе, тогда её подадут вместе с другими. Это один из исходов, который я вижу.

 

Другой исход, который я вижу, — фундаментальный прорыв в мировой политике, который затронет Соединенные Штаты. Испания легализовала хранение, мне кажется, Италия довольно далеко продвинулась. А ещё я думаю, что некоторые африканские страны способны пробить заслон, вместе с тем на это способна и Индия. Я полагаю, мир поляризируется на почве легализации.

 

HT: Выход из единой конвенции?

 

ER: США и Британия могут пойти путем правого крыла, особенно при Рейгане, так что в конечном счете у нас будут программы реабилитации, а для хронических потребителей ещё чего похуже.

 

HT: Конопля — ваш союзник, вы всеми силами её защищаете. Есть ли какая опасность в употреблении?

 

ER: Да. Знаете, я не из тех, кто верит в абсолютную безвредность. Она воздействует на печень и обмен веществ. А дым вредит лёгким.

 

HT: Что насчет амотивационного синдрома?

 

ER: У меня его нет. Я много курю и с ним не сталкивался.

 

HT: Сколько вы курите?

 

ER: По-разному. Чем лучше стафф, тем больше.

 

HT: В среднем?

 

ER: От семи до четырнадцати грамм в неделю.

 

HT: Вы курите каждый день?

 

ER: Да, покуда я жив.

 

HT: Эд, у вас недавно родился сын. Когда он вырастет, когда ему будет 12–13 лет, он начнет спрашивать о каннабисе, что вы ему скажете?

 

ER: Он и до этого возраста, наверное, будет много спрашивать.

 

HT: Предположим, он начнёт говорить, а его первым словом будет: «травка, травка!»

 

ER: Я думаю, проблемы детей с травой в том, что она незаконна, это повышает её привлекательность, отчего они переусердствуют в этом вопросе. Но я предпочел бы видеть детей курящими, чем пьющими.

 

 

HT: Есть ли у вас друзья, которым, по вашему мнению, лучше обойтись без конопли? Вы когда-нибудь говорили себе: «Эй, я слишком много курю в последнее время»?

 

ER: Да, иногда я заигрываюсь. Ну, я долгое время обходился и без конопли.

 

HT: Сколько?

 

ER: Я ездил в Мексику на три недели, год назад. Ничего не курил.

 

HT: Вы ведете для нас колонку «Спросите Эда». Какой самый популярный вопрос вам задают?

 

ER: «Как отличить женщину от мужчины?»

 

HT: А вы им на это отвечаете: «Сорвав их растения!», ха-ха!

 

ER: Купить Growers Guide. Там есть фотографии :)

 

HT: Вы только что закончили Special Cultivation для нас. Как вы считаете, сколько людей занимаются культивацией?

 

ER: У меня необычная точка зрения на этот вопрос. Вы наверняка заметили, как много появляется объявлений об оборудовании для выращивания в High Times, каждый месяц в течение последних пяти лет. Вы понимаете же, сколько стоят эти объявления и сколько ламп надо продать, чтобы заплатить за рекламу? После этого понимаешь, что садоводов масса. И каждый месяц тысячи покупают свет.

 

HT: Как, по-вашему, изменится ли индустрия выращивания марихуаны в ближайшие десять, пятнадцать или двадцать лет? Как вы думаете, все уйдут в индор? Предполагая, что растения останутся незаконными.

 

ER: Всё больше и больше людей будут растить в индоре.

 

HT: Можно ли получить крутой продукт в закрытом грунте?

 

ER: Я рад, что вы спросили. В большинстве районов Соединенных Штатов, я думаю, выращивать лучше в помещении. Ваш собственный индорный куст будет круче любого коммерческого, потому что коммерсы имеют другой интерес, они в погоне за количеством в кратчайшие сроки. Свой продукт делают, чтобы получить наилучшее качество. Чтобы была своя заначка. Таким образом, у домашних гроверов другая мотивация, они не обязательно хотят иметь самые большие урожаи или самые скороспелые растишки. Другими словами, коммерсанты могут иметь оборот в 120 дней, когда индорщики-любители занимаются кустами 150–180 дней.

 

Для того чтобы получить истинное достижение ценителя, нужно вырастить сенсемилью колумбийского гибрида или сенсемилью из тайской генетики, может, африканской — то растение, которое займет больше времени, чем афганские корни или другие скороспелыши. Поэтому я вижу все больше людей, растящих в помещении, и, как мне кажется, всё больше говорят: «я не хочу этого афганца».

 

HT: Что за история с рудералисом? Есть ли он на самом деле в США?

 

ER: Я его не видел, Шульц описал рудералис как низкое растение с небольшой кустистостью. От 45 до 60 см в высоту, без ТГК. Было бы не очень приятно курить такое.

 

HT: Но разве коммерческие производители не могли бы использовать его для скрещивания, ведь жизненный цикл растишки завершается за десять недель?

 

ER: Если бы вы могли скрестить какую-нибудь крутую индику с рудералисом, теоретически она принесла бы урожай через несколько месяцев. Я имел дело с марокканской, она готова к харвесту в конце августа.

 

HT: Вспомните статью Rolling Stone около года назад, в которой говорилось о целом поколении, которое курило в конце 60-х, теперь же мы находимся в 80-х, и те люди перестали курить. Вы тот, кто начал курить в 60-х годах, а затем продолжал курить и по сей день. Был ли это хайп, пиар или вы думаете, что произошло значительное падение интереса, и почему?

 

ER: Ну, я думаю, что есть много эксплуататорских статей о поколении 60-х. Например, я выяснил, почему парень покончил с собой в «большом разочаровании». Это было потому, что он больше не мог выносить своих друзей.

 

И ещё, причина, по которой женщина из Rolling Stone не курит, заключается в том, что она не может заполучить крутой стафф. А его у неё нет, потому что она не может получить… Эх, ладно, не буду вдаваться в подробности. Но, думаю, это часть проблемы. Ещё считаю, что употребление наркотиков естественным образом снижается, когда человек достигает зрелости.

 

HT: Вы предвидите день, когда могли бы просто бросить курить? Перерасти?

 

ER: Не знаю, может случиться, что угодно. Я всё ещё не религиозен.

 

HT: Вы думаете о религии?

 

ER: Думаю. В последнее время думаю о жизни и смерти. Попадаешь ты в рай или ад, а может, все намного сложнее. Но скажу тебе, что когда я умру, хочу быть просто компостом. Тогда я буду счастлив целую вечность.

 

Источник: hightimes.com

 

Еще почитать:

Интервью с Лестером Гринспуном Лютер Бёрбанк. Краткая история великого селекционера и ярого поклонника каннабиса Как каннабис повлиял на развитие музыки. Часть 1

 

Полиция совершила налет на «огромную» ферму каннабиса, которая была построена по соседству с Банком Англии.

 

Полиция лондонского Сити раскрыла подробности рейда, заявив, что было обнаружено 826 наркотических растений класса B.

 

 

Полиция заявила, что накануне поступило сообщение о «сильном запахе каннабиса», что привело к рейду на территорию на Трогмортон-стрит.

 

Улица, на которой была найдена ферма, начинается в северо-восточном углу знаменитого здания Банка Англии, и находится в нескольких минутах ходьбы от магистратского суда Лондонского Сити.

 

 

В сегодняшнем заявлении полиции говорится: «Значительная ферма каннабиса была демонтирована и уничтожена сотрудниками полиции лондонского Сити».

 

Временный детектив-инспектор Энди Спунер, который возглавляет расследование, добавил: «Это первая ферма каннабиса в городе, которая, несомненно, была создана в связи с тем, что во время пандемии на улице было меньше людей, которые могли заметить какую-либо необычную активность. Однако это демонстрирует, что полиция лондонского Сити продолжает активно охранять эту территорию».

 

 

Два человека были арестованы в ходе продолжающегося полицейского расследования.

Близкое по теме:

Полицейские задержали мужчину, который случайно показал им видео со своей фермы каннабиса Продавца травки вычислили благодаря качественному фото Руководитель наркоотдела выращивал коноплю для подбрасывания

Источник: angliya.today

Женя Growitation, партнёр KingBong  и производитель Светодиодного освещения Led панели Quantum Board для растений.  О там, как запустить стартап и выйти на маркетплейс смотрите в этом видео.

 

 

Близкое по теме:

Видео: Обзор LED светильника Prometheus Видео: Интервью с производителем светильников

Экскурсия по ферме, где выращивают марихуану. Очень сложный автоматизированный комплекс, который включает в себя лабораторию, склады для выращивания растений, помещения для сушки и парники в несколько ступеней. Лицензия на бизнес стоит 350000$ + 40000$ ежемесячных налогов.

 

 

Смотрите также:

Калифорния: Черный рынок vs. Легальный Калифорнийский бизнес каннабиса Калифорния ищет свою уникальность

В министерстве здравоохранения Канады заявили, что жители страны выращивают дома слишком много марихуаны. Местный закон, который разрешает зарегистрированным пациентам разводить каннабис в медицинских целях, вступил в силу два года назад.

 

 

Канадцы могут выращивать дома до 36,2 грамм марихуаны в месяц или покупать ее у лицензированных производителей. Норму увеличили в марте 2020-го, ранее она составляла 25,2 грамма. Все на фоне растущего интереса у местных жителей к каннабису.

 

Между тем у легальных продавцов медицинской марихуаны покупают только от 2 до 2,1 грамма. В основном все выращивают ее дома. В Минздраве опасаются, что может привести к злоупотреблению, развитию незаконного рынка и навредить здоровью тех, кто перестарался с разведением каннабиса.

 

Близкое по теме:

Канада заявила ООН об успехе легализации Канадская полиция призывает к декриминализации всех наркотиков Канада: В Квебеке увеличили возраст потребления каннабиса

Источник: knife.media

 

Британское агентство недвижимости продало в графстве Большой Манчестер дом с фермой для выращивания каннабиса. Таким способом риелторы хотели помочь государству вернуть законные деньги в казну, так как ранее хозяин жилья был осужден за преступную деятельность. Новый владелец участка заплатил за него более 135 тысяч фунтов стерлингов (более 13 миллионов рублей).

 

 

 

Риелторы отметили, что выставили лот на аукцион в соответствии с законодательством и честно сфотографировали для потенциальных покупателей все комнаты объекта. Так, в одной из спален они нашли 27 пластиковых горшков для выращивания каннабиса и заметили, что окна комнаты были закрыты термостойким пластиком. По словам представителя агентства, во время работы с объектом они понимали, что снимки могут шокировать покупателей. При этом специалисты подчеркнули, что были обязаны предоставить клиентам наиболее полную информацию, чтобы те смогли принять осознанное решение.

 

 

Изначально жилье планировали продать за 90 тысяч фунтов стерлингов (более восьми миллионов рублей). В эту стоимость вошел дом из красного кирпича с тремя спальными. Риелторы запечатлели на фотографиях потолочные обогреватели, которые были установлены в одной из комнат бывшими владельцами. Однако со временем оборудование пришло в негодность и повисло на проводах. Хозяева также провели через комнаты черную трубу, которая служила вентиляционной шахтой.

 

Близкое по теме:

Великобритания: Даешь дилерам легальную работу! Великобритания: Полиция помогла вернуть украденный каннабис Великобритания: Репер в маске раздает травку и туалетную бумагу прохожим

Источник: lenta.ru

Опрос населения показал, что среди канадцев старше 15 лет около 15% - примерно 4,6 млн человек — употребляли каннабис в последние три месяца. Это число не претерпело существенных изменений со времени прошлого исследования, которое проводилось до легализации марихуаны в стране.

 

Больше половины из опрошенных потребителей признались, что употребляли марихуану, чтобы развлечься, четверть употреблявших сообщили, что прибегали к ней в медицинских целях.
 
Трети потребителей марихуаны от 18 до 24 лет (33%), количество таковых среди других возрастных групп колеблется от 5% до 21%. Средний возраст подтвердивших факт употребления во время опроса составил 38 лет.
 
 
Трое из пяти потребителей марихуаны в рекреационных целях пользовались законными возможностями ее покупки. Остальные покупали незаконно — у наркодилеров и знакомых, а также на сайтах и в магазинах без государственной лицензии.
 
При этом больше половины респондентов (55%) заявили, что никогда не пробовали каннабис, а еще около 30% употребляли его, но перестали. Однако попробовать его в следующие три месяца планируют 19% опрошенных, то есть, на 4% больше зафиксированных потребителей.
 
Как выяснило агентство месяцем ранее, цена на легальную марихуану заметно выше, чем на нелегальную. Один грамм растения обходится покупателям в $9,7 (канадских долларов – прим. переводчика), если они покупают его в специальном магазине, и в $6,5 доллара, если они пользуются способами, не разрешенными законом.
 
Читайте так же по теме:
 
Источник: statcan.gc.ca
  • Создать...