Публикации
Гроупедия
Перейти к содержанию

Поиск сообщества

Показаны результаты для тегов 'интервью'.

  • Поиск по тегам

    Введите теги через запятую.
  • Поиск по автору

Тип контента


Форумы

  • Администрация
    • ПРАВИЛА ФОРУМА
    • Обратная связь
  • Публикации
    • Новости
    • Тенденции
    • Интервью
    • Исследования
    • События
    • Ретроспектива
  • Растениеводство
    • Я – новичок
    • Жизненный цикл. От семечки до урожая
    • Вода, почва, удобрения
    • Проблемы растений
    • Гроубокс и оборудование
    • Аутдор
    • Гидропоника и кокосовый субстрат
    • Микрогров/стелс
    • Сорта, генетика, бридинг
    • DIY и гроухаки
    • Культура употребления
    • Видео и книги
    • Ситифермерство
    • Техническое коноплеводство
    • Шруминг
  • Гроурепорты
  • Конкурсы
  • Семена
  • Оборудование и удобрения
  • Девайсы для курения
  • Грибы
  • Свободное общение

Категории

  • Все публикации
    • Новости
    • Тенденции
    • Интервью
    • События
    • Дайджест
    • Истории
    • Конкурсы
    • Видео
  • О нас
  • Важное
  • Акции гроурынка
  • Гроупедия
    • Гроупедия
    • Я - новичок
    • Жизненный цикл
    • Вода и водоподготовка
    • Почва и субстраты
    • Удобрения/стимуляторы
    • Сорта и генетика
    • Проблемы растений
    • Тренировка растений
    • Гроубокс / Гроурум / Микро / Стелс
    • Освещение
    • Гидропоника
    • Органика
    • Открытый грунт (Аутдор)
    • Своими руками (Handmade / DIY)
    • Культура употребления
    • Видеотека
    • Энтеогены
    • Библиотека
    • Кулинария
    • Медицина
    • Топы / подборки
    • Лайфстайл
    • Исследования
    • Ситифермерство
    • Гроухаки
    • История
    • Экстракты
    • Юридическая безопасность
    • Техническое коноплеводство
    • Другое
    • Все статьи
  • Шпаргалка
  • Архив лунного календаря
  • Оборудование и удобрения
    • Онлайн гроушопы
    • Физические магазины
    • Оборудование
    • Удобрения
    • Магазины оборудования и удобрений в странах СНГ
  • Семена
    • Сидшопы
    • Сидбанки
  • Гороскоп
  • Девайсы
  • Грибы

Поиск результатов в...

Поиск контента, содержащего...


Дата создания

  • Начало

    Конец


Дата обновления

  • Начало

    Конец


Фильтр по количеству...

Регистрация

  • Начало

    Конец


Группа


Telegram


Сайт


ICQ


Jabber


Skype


Город


Интересы

  1. Журналисты Forbes взяли интервью у предпринимателя Уильяма «Бо» Ригли, который решил серьезно заняться бизнесом каннабиса в штате Флорида. Ригли уверен, что его новый проект — стартап Parallel — может составить конкуренцию бизнесу его семьи по производству знаменитой жевательной резинки Wrigley’s. Миллиардер делает ставку не только на привлечение потребителей: он считает, что марихуана может спасать жизни. В 2017 году, когда миллиардер Уильям «Бо» Ригли-младший представил идею производства каннабиса как новую инвестиционную возможность управляющему директору его семейного офиса Джею Холмсу, тот немедленно ее отверг. «Ты шутишь, что ли? — сказал он. — Меня не привлекает перспектива надеть оранжевый костюм (цвет формы заключенных. — Forbes) и попасть в тюрьму». Уильям «Бо» Ригли Фото Parallel Тем не менее Ригли, наследник состояния, заработанного на производстве жевательной резинки в Америке, ясно видел, что растущая индустрия легальной продажи марихуаны подходила под все его инвестиционные критерии: она стремилась менять поведение потребителей, трансформировала законодательную базу и находила способы применения вещества в сфере здравоохранения. Поэтому Ригли дал Холмсу указание найти компанию, которую заинтересует их предложение, и в конце концов тот нашел подходящий вариант во Флориде — компанию Surterra Wellness. Ригли и его команда прилетели на крупнейшее предприятие компании площадью 16 700 кв. м недалеко от Тампы. Им показали бесконечные ряды марихуаны (это был первый раз, когда 57-летний Ригли увидел комнату, полную каннабиса), после чего все улетели домой — в одежде, пропитавшейся ее запахом. «Никто не знал, где мы находимся. Я думаю, все были уверены, что мы сидим где-то под кайфом», — вспоминает Ригли солнечным днем во внутреннем дворике своего поместья на северной стороне Палм-Бич в лагуне Лейк-Уорт. Вскоре после экскурсии он возглавил раунд инвестиций в Surterra на $65 млн, а в ноябре 2018 года сменил соучредителя компании на посту генерального директора. Переименованная в Parallel компания Wrigley теперь имеет 42 точки в трех штатах — 39 во Флориде и остальные в Массачусетсе и Неваде, а новые планируется открыть в Пенсильвании и Техасе. На сегодняшний день Ригли привлек в общей сложности $400 млн, в основном деньги семьи и других состоятельных лиц. На последнем раунде, завершившемся в 2020 году, компанию с объемом продаж $250 млн (в 2020 году) оценили примерно в $2 млрд. В 2019 году Parallel потратила более $100 млн на стартап Molecular Infusions из Бостона, который работает над минеральной водой с добавлением ТГК (каннабиноид, действующее вещество психоактивных видов конопли. — Forbes). Parallel также ведет переговоры о приобретении сети диспенсариев (учреждений, раздающих лекарства бедным. — Forbes) в Чикаго примерно за $150 млн, что приведет к появлению в городе компании, чье название неразрывно связано с историей Wrigley. По словам двух источников, знакомых с ходом переговоров, компания также изучает возможность выхода на биржу в Канаде посредством сделки с использованием SPAC (специальная техническая компания для выхода на биржу, альтернатива IPO для некоторых стартапов. — Forbes). Wrigley отрицает, что компания станет публичной. Всего за три года Ригли превратил Parallel в производителя каннабиса нового типа. Поставив себе цель создать крупный бренд марихуаны, он пригласил в управляющую команду менеджеров и консультантов из крупнейших корпораций мира: Coca-Cola, Walgreens и Patrón Spirits. Ригли считает, что его новый проект может составить конкуренцию бизнесу его семьи по производству жевательной резинки, который он в 2008 году продал Mars, Inc. за $23 млрд. «Думаю, это может оказаться значительнее, чем Wrigley, — говорит он. — Wrigley приносила людям радость. Но это гораздо важнее». Parallel — не самый крупный производитель каннабиса в Америке (это звание принадлежит компании Curaleaf из Массачусетса) или даже во Флориде (а это — компании Trulieve), но она методично расширяет свою деятельность. Ее стратегия заметно отличается от стратегии Curaleaf, которая под управлением председателя-миллиардера Бориса Джордана агрессивно скупала конкурентов по всей стране. Вместо того чтобы скупать компании, Ригли сконцентрировался в первую очередь на Флориде, которую он называет «югом Нью-Йорка» и которая легализовала употребление марихуаны в медицинских целях. Население Флориды растет и сейчас достигло 21 млн человек. Еще 100 млн ежегодно посещают штат, и Ригли ожидает, что. когда Флорида разрешит досуговое употребление каннабиса, его компания вырастет десятикратно. «В одной только Флориде потенциал роста огромен», — говорит он. Parallel инвестирует также в исследования медицинских и досуговых способов применения каннабиса. В 2019 году она подписала соглашение об эксклюзивном сотрудничестве с венгерской биофармацевтической компанией Eleszto Genetika (Будапешт). Мировой лидер в области генетической модификации дрожжей, Eleszto Genetika может секвенировать геном редких каннабиноидов и воспроизводить конкретные свойства в коммерческих масштабах. Один из будущих продуктов, который особенно нравится Ригли, — это каннабинол, или КБН (каннабиноид, который в малых количествах содержится в растениях семейства коноплевых. — Forbes), повышающий качество сна. «Называйте его «убийца Ambien (снотворное лекарственное средство. — Forbes)», — говорит он. Parallel смотрит также в сторону ТГВ: это еще один каннабиноид, который действует, как и ТГК (главный психоактивный элемент каннабиса), но подавляет аппетит — а значит, по его словам, не создает желания «перекусить». Идея в том, чтобы создать некалорийный алкогольный заменитель, добавляет Ригли. Он говорит, а у его ног сидит пес породы лаготто-романьоло по кличке Рио: «Один из этих продуктов может стать прибыльнее, чем вся компания». У Parallel есть еще кое-что, чего нет ни у одного производителя каннабиса, — имя Ригли. Морган Паксиа, сооснователь инвестиционной фирмы из Сан-Франциско, которая специализируется на инвестициях в каннабис и управляет активами на $150 млн, уверен, что Ригли сможет создать успешную компанию по производству каннабиса. «Это заложено в их ДНК, — говорит Паксиа. — Семейный бизнес, которым управляли многие поколения, — вот так создают крупные, устойчивые, легендарные бренды». Ригли родился в одной из величайших предпринимательских династий Америки. Его тезка, прадед Уильям Ригли — младший, в 1891 году основал компанию по производству мыла William Wrigley Co., а в 1893 году начал выпускать жевательную резинку Wrigley’s. Компания передавалась из поколения в поколение, отец Бо управлял ей до смерти в марте 1999 года. Бо, который начал работать в компании в 13 лет, стал гендиректором и председателем правления компании в 35, на следующий день после кончины отца. Ригли ставят в заслугу то, что он подарил новую жизнь столетнему бизнесу, когда заменил натуральные ингредиенты в составе жевательной резинки на более дешевые синтетические, а также расширил его благодаря приобретению компании-производителя леденцов Life Savers и драже Altoids. В октябре 2008 года Ригли закрыл главную сделку своей жизни: он сделал Wrigley частной фирмой, продав ее Mars, Inc. — еще одной компании, принадлежащей семье миллиардеров. Многие не без оснований полагают, что однажды Wrigley начнет производить жевательную резинку с каннабисом. Ригли три минуты объясняет молекулярные процессы, без которых невозможно за определенное время высвободить нужные вкусы из основы жевательной резинки. После чего говорит, что обеспокоен тем, насколько дорогостоящими могут оказаться исследования и разработки, а также тем, что такой продукт может понравиться детям. Тем не менее он отвечает: «Никогда не говори никогда». Как и у Wrigley Co., у Parallel есть глобальные амбиции. Согласно инвестиционному документу, который есть в распоряжении Forbes, Parallel изучает вопросы, связанные с получением лицензий на выращивание каннабиса и конопли в Юго-Восточной Азии. Ригли признает, что беседовал с чиновниками этого региона, но говорит, что переговоры замедлились из-за пандемии. Ригли не сразу отвечает на вопрос, как его предки отнеслись бы к деятельности в этой индустрии. Он стоит на деревянном мостике, ведущем к главному входу в его поместье, между двух прудов с рыбками кои. Ветер с озера Уорт треплет флаги над лужайкой неподалеку. «Господи, да они бы в гробу перевернулись от одной только мысли об этом», — с улыбкой говорит он. Марихуана все еще запрещена на федеральном уровне, однако в 43 штатах действуют те или иные исключения, а теперь, когда демократы получили контроль над Конгрессом, легализация кажется ближе, чем когда-либо. «Я не считаю наш бизнес незаконным, — говорит Ригли. — Сейчас он оказался в сложной политической ситуации». Ригли, который обладает состоянием в $3,1 млрд, говорит, что ему повезло участвовать в процессе перехода отрасли от черного рынка в легальное поле. Последнее поколение предпринимателей, которые делали такие заявления, превратили пустынный город Лас-Вегас в пристанище для многомиллиардных публичных корпораций. «Я думаю, мы переживаем те же времена, что и Лас-Вегас до того, как Стив Уинн превратил его в туристическую Мекку, — говорит он. — Кто угодно может поставить стол с зеленым сукном и начать играть. Но он создал уникальное место с предметами искусства, отелем Bellagio, фонтанами — и оно стало точкой притяжения». Ригли считает, что Parallel может стать первым в мире золотым стандартом в производстве каннабиса, изменив отношение американцев к марихуане, подобно тому, как Уинн преобразил «Город грехов». «Дело не в кайфе, — говорит он. — Дело в качестве жизни». Близкое по теме: Интервью Бориса Йордана: Русских в каннабизнесе больше чем кажется Как российский миллиардер вложился в бизнес каннабиса и попал в громкий скандал Миллиардер предложил новозеландцам выращивать траву, а не коров Источник: forbes.ru Просмотр полной Статья
  2. Ригли уверен, что его новый проект — стартап Parallel — может составить конкуренцию бизнесу его семьи по производству знаменитой жевательной резинки Wrigley’s. Миллиардер делает ставку не только на привлечение потребителей: он считает, что марихуана может спасать жизни. В 2017 году, когда миллиардер Уильям «Бо» Ригли-младший представил идею производства каннабиса как новую инвестиционную возможность управляющему директору его семейного офиса Джею Холмсу, тот немедленно ее отверг. «Ты шутишь, что ли? — сказал он. — Меня не привлекает перспектива надеть оранжевый костюм (цвет формы заключенных. — Forbes) и попасть в тюрьму». Уильям «Бо» Ригли Фото Parallel Тем не менее Ригли, наследник состояния, заработанного на производстве жевательной резинки в Америке, ясно видел, что растущая индустрия легальной продажи марихуаны подходила под все его инвестиционные критерии: она стремилась менять поведение потребителей, трансформировала законодательную базу и находила способы применения вещества в сфере здравоохранения. Поэтому Ригли дал Холмсу указание найти компанию, которую заинтересует их предложение, и в конце концов тот нашел подходящий вариант во Флориде — компанию Surterra Wellness. Ригли и его команда прилетели на крупнейшее предприятие компании площадью 16 700 кв. м недалеко от Тампы. Им показали бесконечные ряды марихуаны (это был первый раз, когда 57-летний Ригли увидел комнату, полную каннабиса), после чего все улетели домой — в одежде, пропитавшейся ее запахом. «Никто не знал, где мы находимся. Я думаю, все были уверены, что мы сидим где-то под кайфом», — вспоминает Ригли солнечным днем во внутреннем дворике своего поместья на северной стороне Палм-Бич в лагуне Лейк-Уорт. Вскоре после экскурсии он возглавил раунд инвестиций в Surterra на $65 млн, а в ноябре 2018 года сменил соучредителя компании на посту генерального директора. Переименованная в Parallel компания Wrigley теперь имеет 42 точки в трех штатах — 39 во Флориде и остальные в Массачусетсе и Неваде, а новые планируется открыть в Пенсильвании и Техасе. На сегодняшний день Ригли привлек в общей сложности $400 млн, в основном деньги семьи и других состоятельных лиц. На последнем раунде, завершившемся в 2020 году, компанию с объемом продаж $250 млн (в 2020 году) оценили примерно в $2 млрд. В 2019 году Parallel потратила более $100 млн на стартап Molecular Infusions из Бостона, который работает над минеральной водой с добавлением ТГК (каннабиноид, действующее вещество психоактивных видов конопли. — Forbes). Parallel также ведет переговоры о приобретении сети диспенсариев (учреждений, раздающих лекарства бедным. — Forbes) в Чикаго примерно за $150 млн, что приведет к появлению в городе компании, чье название неразрывно связано с историей Wrigley. По словам двух источников, знакомых с ходом переговоров, компания также изучает возможность выхода на биржу в Канаде посредством сделки с использованием SPAC (специальная техническая компания для выхода на биржу, альтернатива IPO для некоторых стартапов. — Forbes). Wrigley отрицает, что компания станет публичной. Всего за три года Ригли превратил Parallel в производителя каннабиса нового типа. Поставив себе цель создать крупный бренд марихуаны, он пригласил в управляющую команду менеджеров и консультантов из крупнейших корпораций мира: Coca-Cola, Walgreens и Patrón Spirits. Ригли считает, что его новый проект может составить конкуренцию бизнесу его семьи по производству жевательной резинки, который он в 2008 году продал Mars, Inc. за $23 млрд. «Думаю, это может оказаться значительнее, чем Wrigley, — говорит он. — Wrigley приносила людям радость. Но это гораздо важнее». Parallel — не самый крупный производитель каннабиса в Америке (это звание принадлежит компании Curaleaf из Массачусетса) или даже во Флориде (а это — компании Trulieve), но она методично расширяет свою деятельность. Ее стратегия заметно отличается от стратегии Curaleaf, которая под управлением председателя-миллиардера Бориса Джордана агрессивно скупала конкурентов по всей стране. Вместо того чтобы скупать компании, Ригли сконцентрировался в первую очередь на Флориде, которую он называет «югом Нью-Йорка» и которая легализовала употребление марихуаны в медицинских целях. Население Флориды растет и сейчас достигло 21 млн человек. Еще 100 млн ежегодно посещают штат, и Ригли ожидает, что. когда Флорида разрешит досуговое употребление каннабиса, его компания вырастет десятикратно. «В одной только Флориде потенциал роста огромен», — говорит он. Parallel инвестирует также в исследования медицинских и досуговых способов применения каннабиса. В 2019 году она подписала соглашение об эксклюзивном сотрудничестве с венгерской биофармацевтической компанией Eleszto Genetika (Будапешт). Мировой лидер в области генетической модификации дрожжей, Eleszto Genetika может секвенировать геном редких каннабиноидов и воспроизводить конкретные свойства в коммерческих масштабах. Один из будущих продуктов, который особенно нравится Ригли, — это каннабинол, или КБН (каннабиноид, который в малых количествах содержится в растениях семейства коноплевых. — Forbes), повышающий качество сна. «Называйте его «убийца Ambien (снотворное лекарственное средство. — Forbes)», — говорит он. Parallel смотрит также в сторону ТГВ: это еще один каннабиноид, который действует, как и ТГК (главный психоактивный элемент каннабиса), но подавляет аппетит — а значит, по его словам, не создает желания «перекусить». Идея в том, чтобы создать некалорийный алкогольный заменитель, добавляет Ригли. Он говорит, а у его ног сидит пес породы лаготто-романьоло по кличке Рио: «Один из этих продуктов может стать прибыльнее, чем вся компания». У Parallel есть еще кое-что, чего нет ни у одного производителя каннабиса, — имя Ригли. Морган Паксиа, сооснователь инвестиционной фирмы из Сан-Франциско, которая специализируется на инвестициях в каннабис и управляет активами на $150 млн, уверен, что Ригли сможет создать успешную компанию по производству каннабиса. «Это заложено в их ДНК, — говорит Паксиа. — Семейный бизнес, которым управляли многие поколения, — вот так создают крупные, устойчивые, легендарные бренды». Ригли родился в одной из величайших предпринимательских династий Америки. Его тезка, прадед Уильям Ригли — младший, в 1891 году основал компанию по производству мыла William Wrigley Co., а в 1893 году начал выпускать жевательную резинку Wrigley’s. Компания передавалась из поколения в поколение, отец Бо управлял ей до смерти в марте 1999 года. Бо, который начал работать в компании в 13 лет, стал гендиректором и председателем правления компании в 35, на следующий день после кончины отца. Ригли ставят в заслугу то, что он подарил новую жизнь столетнему бизнесу, когда заменил натуральные ингредиенты в составе жевательной резинки на более дешевые синтетические, а также расширил его благодаря приобретению компании-производителя леденцов Life Savers и драже Altoids. В октябре 2008 года Ригли закрыл главную сделку своей жизни: он сделал Wrigley частной фирмой, продав ее Mars, Inc. — еще одной компании, принадлежащей семье миллиардеров. Многие не без оснований полагают, что однажды Wrigley начнет производить жевательную резинку с каннабисом. Ригли три минуты объясняет молекулярные процессы, без которых невозможно за определенное время высвободить нужные вкусы из основы жевательной резинки. После чего говорит, что обеспокоен тем, насколько дорогостоящими могут оказаться исследования и разработки, а также тем, что такой продукт может понравиться детям. Тем не менее он отвечает: «Никогда не говори никогда». Как и у Wrigley Co., у Parallel есть глобальные амбиции. Согласно инвестиционному документу, который есть в распоряжении Forbes, Parallel изучает вопросы, связанные с получением лицензий на выращивание каннабиса и конопли в Юго-Восточной Азии. Ригли признает, что беседовал с чиновниками этого региона, но говорит, что переговоры замедлились из-за пандемии. Ригли не сразу отвечает на вопрос, как его предки отнеслись бы к деятельности в этой индустрии. Он стоит на деревянном мостике, ведущем к главному входу в его поместье, между двух прудов с рыбками кои. Ветер с озера Уорт треплет флаги над лужайкой неподалеку. «Господи, да они бы в гробу перевернулись от одной только мысли об этом», — с улыбкой говорит он. Марихуана все еще запрещена на федеральном уровне, однако в 43 штатах действуют те или иные исключения, а теперь, когда демократы получили контроль над Конгрессом, легализация кажется ближе, чем когда-либо. «Я не считаю наш бизнес незаконным, — говорит Ригли. — Сейчас он оказался в сложной политической ситуации». Ригли, который обладает состоянием в $3,1 млрд, говорит, что ему повезло участвовать в процессе перехода отрасли от черного рынка в легальное поле. Последнее поколение предпринимателей, которые делали такие заявления, превратили пустынный город Лас-Вегас в пристанище для многомиллиардных публичных корпораций. «Я думаю, мы переживаем те же времена, что и Лас-Вегас до того, как Стив Уинн превратил его в туристическую Мекку, — говорит он. — Кто угодно может поставить стол с зеленым сукном и начать играть. Но он создал уникальное место с предметами искусства, отелем Bellagio, фонтанами — и оно стало точкой притяжения». Ригли считает, что Parallel может стать первым в мире золотым стандартом в производстве каннабиса, изменив отношение американцев к марихуане, подобно тому, как Уинн преобразил «Город грехов». «Дело не в кайфе, — говорит он. — Дело в качестве жизни». Близкое по теме: Интервью Бориса Йордана: Русских в каннабизнесе больше чем кажется Как российский миллиардер вложился в бизнес каннабиса и попал в громкий скандал Миллиардер предложил новозеландцам выращивать траву, а не коров Источник: forbes.ru
  3. Смотрите также: Видео: ToroПЫХ отвечает на вопросы про переезд в Канаду В Канаду требуются дегустаторы Канада: Итоги спустя год легализации каннабиса
  4. Сергей сити-фермер из Канады. Он расскажет, как с семьёй переехал, какие потребовались документы, сколько ушло денег на всё и как устроится на коммерческую ферму в Канаде. Смотрите также: Видео: ToroПЫХ отвечает на вопросы про переезд в Канаду В Канаду требуются дегустаторы Канада: Итоги спустя год легализации каннабиса Просмотр полной Статья
  5. Женя Growitation, партнёр KingBong и производитель Светодиодного освещения Led панели Quantum Board для растений. О там, как запустить стартап и выйти на маркетплейс смотрите в этом видео. Близкое по теме: Видео: Обзор LED светильника Prometheus Видео: Интервью с производителем светильников Просмотр полной Статья
  6. Женя Growitation, партнёр KingBong и производитель Светодиодного освещения Led панели Quantum Board для растений. О там, как запустить стартап и выйти на маркетплейс смотрите в этом видео. Близкое по теме: Видео: Обзор LED светильника Prometheus Видео: Интервью с производителем светильников
  7. Розенталь просветительскую деятельность начал еще в 70-х годах, вдохновив многих людей на изучение методов выращивания каннабиса в помещении. В 80-х и 90-х работал корреспондентом в High Times. В 2002 году был осужден за выращивание более 100 растений каннабиса с перспективой лишения свободы на срок до 100 лет и штрафа до $4,5 млн, но приговор был отменен в апелляционном порядке. Дело Розенталя стало важным прецедентом для декриминализации выращивания психотропной конопли в Калифорнии. Принимал активное участие в продвижении и разработке политики гражданского регулирования лекарственной марихуаны. Сотрудничал с правительством штата и местными властями, чтобы обеспечить поставки фармацевтического каннабиса пациентам. В 2010 написал учебник по выращиванию каннабиса для Окстердамского университета. В мае 1984 года Ларри Сломен и Джордж Баркин взяли интервью у неутомимого исследователя конопли Эда Розенталя, который щедро делился своими идеями, опытом и мнениями. День рождения Эда приходится на 15 сентября, в честь чего и было переиздано это интервью. Султан Дыма, Махариши из Моты, Бурбанк из Бу и ещё целая куча прозвищ Эда свидетельствуют о том, что это человек, который сделал американскую травку лучшей во всем мире. Именно Розенталь привел змея-искусителя в сады, когда в 1977 году он в соавторстве с Мелом Фрэнком выпустил руководство по выращиванию марихуаны (The Marijuana Growers Guide). До этого «доморощенная» и «домашняя» травка были синонимами «пеньки» и «рудералиса». Но спустя пару харвестов после появления Growers Guide Америка обильно зазеленела от побережья до побережья. Хиппи, спрятавшись в глубинах Каскадов, Голубого Хребта и Сискиуса (горы и район в США — ред.), выращивали сиамские и гималайские ландрейсы, что ставило крест на традиционном импорте. Кто-то ещё помнит Acapulco Gold? Это достижение Эда Розенталя. Сегодня Эд посвящает огромное количество времени и энергии общественной деятельности. Он напряженно работает, чтобы сплотить многочисленные, но разрозненные политические группы, проводящие «политику свободы от конопли» на Западном побережье. Эд часто летает в Вашингтон, где выступает перед Конгрессом, высказываясь о безумии нынешней официальной наркотической политики, а также об экономическом буме, который произойдет после появления разумной системы налогообложения и регулирования официального рынка каннабиса. Этот человек заслуживает молниеносно разрастающегося дискурса вокруг него, а не только несколько скудных страниц, которые он ежемесячно публикует в своей колонке «Спроси Эда» в журнале «Cannabis Culture». Поэтому мы пригласили его на интервью для этого выпуска. HT — High Times; ER — Ed Rosenthal. HT: Когда вы начали курить травку? ER: В 1966 году. В 1965-м попробовал пару раз, но не понимал кайфа. В 1966-м я купил колпачок и накуривался со своим соседом по комнате в колледже. Едва накурившись, я осознал, что марихуана — мой союзник в том же смысле, в каком Карлос Кастанеда говорил о чёртовой травке. Конопля стала настолько моим хорошим другом, что уже ко второй покупке я начал ей торговать. HT: Что вы имеете в виду, когда говорите, что ганджа стала вашим другом? ER: Я постоянно тянусь к тому, чтобы накуриться, к этому ощущению. Это моё нормальное состояние сознания, я чувствовал, что так и должно быть. Так травка и становится союзником. Я научился работать под ней, играть под ней, кто-то даже однажды сказал, что канна будит меня утром и укладывает спать ночью. В принципе, я живу, чтобы курить. Это случилось двадцать лет назад. HT: Ранее вы никогда не достигали такого состояния, не накуриваясь? ER: Ну, психоделики... Я думаю, что каннабис — слабый психоделик, а ещё, что у меня были крайне несчастливые детство и юность. Я прошел через терапию, всё такое, но к подростковому возрасту всё ещё страдал от депрессии. Во-первых, конопля помогла мне взглянуть со стороны и увидеть, что тысячи часов терапии и куча долларов, потраченных на нее, не помогли. В 1967-м я вернулся в Нью-Йорк, где попал на вечеринку в Центральном парке. На сцене тогда был Эбби Хоффман, он спрыгнул вниз и начал раздавать кислоту. Обратившись ко мне совершенно безлично, как к тысяче других, он сказал: «Хочешь трипануть?», а я ответил: «Да», после этого он кинул таблетку мне на язык, и я пережил самый глубокий опыт. Все дерьмо, весь негатив, что накопились за всю мою жизнь, ринулись наружу. Я не твердил: «Это бэдтрип, это отвратительно, ужасно», я всё понял и осознал. Это была не кислота, это было содержимое моей головы, выходящее наружу. Вскоре после этого я позабыл, что такое депрессия. Я научился контролировать состояние своего сознания. HT: Траву курят огромное количество людей, но как это стало делом вашей жизни, вашим делом? ER: Я думаю, мы должны жить фантазиями, каждый должен. Большинству людей не нравится то, чем они зарабатывают на жизнь. Я всегда старался делать свою работу профессионально. HT: Вы объездили весь мир в поисках методик культивации. Где вы наблюдали, как растет каннабис? ER: Во всех Штатах. На самом деле, там я видел больше всего. Может быть, не количественно, но качественно. Потом я побывал в Индии, Марокко, Амстердаме, Испании, Колумбии... В Колумбии я был всего день, работал консультантом. HT: Что значит «работал консультантом»? ER: У этих людей была плантация, страдающая от массы проблем. Они консультировались со мной, пытаясь выяснить причину, чтобы затем попытаться её исправить. HT: Все получилось? ER: Не знаю, второй раз плантацию я не увидел. HT: Где вы нашли лучшую травку? ER: В Соединенных Штатах. Никаких сомнений, американские гроверы лучше всех понимают марихуану, больше, чем любые другие культиваторы. Конечно, это разница между странами первого и третьего мира, потому что большая часть других мест культивации — в странах третьего мира, однако Европа в вопросах выращивания просто отстает от нас лет на десять. HT: Кроме того, гроверы здесь чаще всего сами курят, в отличие от Южной Америки, где всё делается для экспорта. ER: Угу. В Индии у меня было такое чувство, что фермеры покуривали, а вот остальные сотрудники — нет. Розничные торговцы тоже любители дунуть. HT: Когда вы приезжаете в Марокко или Колумбию, как вас воспринимают местные садоводы? Как американского франта или как исследователя конопли? ER: Ко мне относятся чрезвычайно серьёзно, меня уважают. HT: Власти часто вас беспокоят? ER: Когда я был в Индии, я хотел увидеть легальные плантации. Во время поездки в поезде я увидел в окно все эти засаженные поля и спросил, что это за город. Мне ответили: «Кхандва». Мы поехали в Министерство сельского хозяйства, и я спросил: «У вас в Кхандве целые поля конопли, я хотел бы посмотреть на них. Что для этого надо сделать?» Мне ответили, что в Кхандве ганджа не растет. Да и в Мадхья-Прадеше она не растет. Тогда я сказал, что видел коноплю своими глазами. Они позвонили в местный департамент Кхандвы, покивали головами, а затем ответили, что это не входит в их юрисдикцию, всем этим управляет Министерства акцизного налога. Но так или иначе, они написали письмо в тот мелкий департамент. Тогда я поехал в Кхандву. У меня были копии моей книги, а когда я их показывал, то становился таким серьезным... Приехал американский ученый, посмотрите. Важничал, в общем. А на следующий день подъехала колонна из четырех машин, всех посадили в джипы. Сперва мы посетили перерабатывающий завод, затем съездили на поля, а потом вернулись обратно. Я спросил, могу ли я сорвать пару соцветий? Ответ был: «Конечно, бери всё, что захочешь». Перед глазами гигантское поле с разными сортами и генетиками, а тут они говорят: «Бери, что хочешь». В общем, на следующие две недели нам хватило с лихвой. Конечно, мы не срезали растения, просто взяли самые красивые шишки. Они были великолепны. А еще через день, когда мы были в нашем гостиничном номере, кто-то постучался в дверь. Затем дверь распахнулась, это всё выглядело как ограбление или что-то такое, но на пороге оказался парень из «акцизного», он просто принес нам травки. У него была целая пригоршня, он сунул её нам, и это был первый и последний раз, когда правительственный агент принес мне дунуть. HT: Методы культивации в Марокко отличаются от тех, которые распространены в Западной Вирджинии или где-то ещё? ER: Да, естественно. Большинство людей в Америке из-за политической ситуации и незащищенности, как правило, гровят огромные растения или несколько больших кустов. В общем, тратят много сил на отдельную растишку. В других частях света не выращивают сенсемилью. Люди растят эту культуру так же, как кукурузу или любые другие полевые растения. В Индии они выращивают коноплю на расстоянии метра друг от друга в каждом ряду. В Марокко растят от пятнадцати до двадцати-тридцати растений на квадратный фут. Кусты выглядят, как палки из земли. В High Times были фотографии. HT: Как вы относитесь к гашишу? ER: Некоторые люди молятся на гашиш: он для них всё, но я предпочитаю соцветия сативы. HT: Почему? Из-за изменчивости качества? ER: Я думаю, что разные сорта по-разному демонстрируют своё плато. Сатива более церебральна и вызывает хай, когда афганцы прибивают к земле и погружают в стоун. HT: Как вы думаете, это культурная предрасположенность? Большинству американцев нравится бодрость, которую даёт сатива? ER: Нет, я думаю, что большинство американцев любит напиваться в стельку. Конечно, есть несколько человек, которые любят сативу, но склоняюсь к мнению, что большинству нравятся афганские корни. HT: Почему гашиш не стал более популярным? ER: Плохо горит, его нельзя положить в сигарету. Положив в косяк, вы неминуемо сожжёте свою одежду. HT: Давайте отмотаем время назад, к моменту, когда вы учились в колледже. Едва купив стафф во второй раз, вы тут же стали торговать. ER: Ага. Первый раз я купил колпачок, а второй раз уже 220 грамм. HT: Это из-за предпринимательской жилки? Вы сказали: «Вау, это крутой способ заработать денег и повеселиться?» ER: Скорее, чувствовал себя миссионером. HT: Примерно в 1966 году? ER: К 1967-му я уже бросил школу. HT: Получается, все эти негативные сплетни о конопле — сущая правда. ER: Причина, по которой я бросил школу, состоит в том, что я получил категорию годности «А» к службе в армии, означающую, что я — идеальное пушечное мясо. Потом я устроился на несколько обычных работ, в том числе, на Уолл-стрит. Всегда мечтал там работать. HT: Почему? ER: Это было захватывающе. Здесь продавались вещи, не имеющие материальной ценности, кроме той, которую люди хотели за них заплатить. На самом деле они не стоили ничего. Они стоили столько, сколько люди вкладывали в их стоимость. Так что это было интересное, хорошее время. Я стал помощником комплаенс-офицера, который следил за соблюдением внутренних правил и положений Федеральной комиссии связи. И какое-то время я провел там, а потом меня уволили. HT: Вы были сотрудником внутренней безопасности Уолл-стрит. ER: Ну да. HT: Травку вы тогда курили? ER: Да. Вы же слышали о Фондовой бирже, внебиржевом рынке, ну а я... Я управлял рынком подпольным. Однажды пришел мой начальник. У меня была с собой коричневая сумка, он спросил: «Что это такое?». Я ответил, что в ней мой обед. Он приоткрыл её, а там целый пакет травки, затем он выдает: «Не приносите свой обед на работу». HT: Так когда же вы ушли с Уолл-стрит? ER: В 1969-м. Я начал делать свечи. Примерно в это же время я переехал в шестикомнатную квартиру в Бронксе, и начал гровить в одной из комнат. Это был шаг на пути естественной эволюции, которая и привела меня сегодня сюда. HT: Что заставило вас это сделать? ER: Когда я был ребенком, то всегда хотел был ученым-растениеводом и писателем. Я действительно увлекался растениями. Раньше я посещал занятия в Ботаническом саду, поэтому для меня было вполне естественным выращивать растения, если бы у меня была свободная комната. Тогда я очень мало знал об этом, не было никакой литературы. На самом деле, парочка книг была, но одна мне казалась особенной, не знаю, осталась ли она у меня. Её написал парень, который рассказал всю историю своей жизни: он служил в армии, потом курил коноплю, видел ошибки своего Пути, вылетел из армии, растил траву в своей квартире в нижнем Ист-Сайде, заполнив землей всю комнату и культивируя растения... В общем, всё, что нужно было сделать, — это купить пару мешков земли в свою комнату, но вместо этого я растил в горшках. У меня были флуоресцентные лампы, я не знал о соцветиях, поэтому курил листья. Я так кайфовал от этой дряни, все жители этого дома кайфовали! Все жили тем, что я собирал по несколько таких листьев каждый день. Нас реально убивало. HT: Но жили вы за счет свечей? ER: Да. Тогда я подумал, что выращивание — это так круто, поэтому я убрал всю свою комнату, избавился от горшков и решил продавать теплицы для культивации. Я продавал крутые теплицы! Пришёл бы и установил её в вашем доме, сделал бы все шаманства, кроме семян. Так я и познакомился с Мелом Фрэнком. Мы оба дали интервью журналу Rolling Stone и решили написать об этом книгу за шесть недель, а годом позже придумали ещё одну — каталог для гровинга в индоре и аутдоре (Indoor-Outdoor Marijuana Growers Catalog), и с тех пор, как книгу опубликовали, стали куда серьёзнее в наших начинаниях. HT: Какой был год? ER: 1972–1973, мы начали погружаться в нашу деятельность. Поехали в Университет штата Миссисипи, познакомились с Карлтоном Тернером, который сейчас является советником федерального правительства по вопросам наркополитики. Тогда он руководил Миссисипским проектом, своеобразным контрактом на наркобизнес с правительством. Тернер познакомил нас с Миссисипской коллекцией всех научных работ по конопле, опубликованных в 1968–1972 годах. Мы купились. Решили, какие научные статьи мы хотели бы прочитать, дабы собрать всю информацию воедино и разработать на их основе несколько теорий. Так и появился Growers Guide. HT: Что за человек этот Тернер? ER: Чувак с Нового Юга. Пример приспособленчества, думающий о себе больше, чем нужно. HT: Что вы под этим подразумеваете? ER: Фашистский менталитет, облечённый в нежные слова и кажущуюся разумность. Я думаю, Билль о правах не так много значит для людей на Юге. HT: Вы думаете, он похож на Анслингера, как бы волк в овечьей шкуре? Своего рода продолжение? ER: Да, я считаю, что даже если отдельные члены этой группы не являются фанатиками, есть определенные высказывания, находящие отклик в их сердцах. Точно так же, как каждый кандидат в президенты от республиканцев всегда делает какую-нибудь неприятную античёрную оговорку, просто, чтобы фанатики знали, что их поддерживают, что, в общем-то, вовсе не оговорка. У них есть кодовые слова, люди внемлют им, а их подлинное чувство заключается в непринятии тех или иных категорий граждан. Как куски дерьма, что нельзя смыть в унитаз. Мы будем использовать все законы, все возможности, чтобы контролировать таких людей. Так появились законы о наркотиках, так они существуют до сей поры. Большинство читателей High Times принадлежат к этому списку. Даже если они перестанут курить травку, правительству не понравится их мышление. Они независимы, не желают быть подопечными государства. Правительственный чиновник США Гарри Дж. Анслингер. В конце 1950-х развернул массированную пропаганду в мировой прессе, которая во многом способствовала включению каннабиса в Единую конвенцию ООН по наркотическим веществам. HT: Что случилось с психоделической революцией? ER: Всё ещё продолжается. В крупных городах поутихло из-за дорогой аренды. Каждый год продаётся больше кислоты, больше грибов, чем когда-либо прежде. HT: Как вы думаете, конопля может менять отношение людей к чему-либо или это просто гедонистическая вещь? ER: Люди всё ещё меняются с помощью травки, а мы даже не осознаем, оглядываясь назад, насколько велики изменения последних тридцати лет. Двадцать лет назад незамужняя женщина и неженатый мужчина, будь они соседями по комнате, просто разговаривали бы. HT: Какая самая переоцененная травка из тех, которые вы курили? ER: Я думаю, что многие мексиканские сорта-первопроходцы переоценены. HT: Вы имеете в виду что-то вроде Acapulco Gold? ER: Многие переоценены. Потом идет всяческая «мистическая трава», вроде Panama Red. Я никогда её не видел, но много лет слышал всякие байки. Сколько людей её курили? Для меня это сказка, а хотелось бы посмотреть. HT: Какая травка дала вам самые лучшие эмоции? ER: Легендарный нью-йоркский Wacky Weed. Боже, эта штука определенно была очень психоделической. Жалко, что у меня нет семян. HT: Курили ли вы что-нибудь распиаренное? ER: Не люблю колумбийскую генетику, которая сейчас нахлынула, поэтому я её не курю. Но покуриваю новых мексиканцев, у них великолепная цена. У колумбийцев много проблем, качество падает. Но им, кажется, плевать. HT: Вы разговариваете со своими растениями? ER: Выращивать в Калифорнии незаконно, но я скажу, что растить каннабис интереснее, чем помидоры. HT: Есть ли духовная связь между вами и вашими растишками? ER: Иногда я думаю, что я агент конопляного мира, посланный сюда, чтобы помочь спасти этот мир. Я уже размышлял над этим. HT: Началось! Когда вы разговариваете со своими растениями, чувствуете ли вы какую-то общность? У растишек может быть сознание? ER: Не думаю, что растения обладают способностью к обучению или генетической способностью к самовыражению, похожему на наше. Я не думаю, что общение с кустами или воспроизведение музыки может помочь. HT: Вы так не делаете? ER: Считаю, что правильное кормление важнее. HT: Вы не полагаете, подобно растафарианцам или другим мистикам, что Бог даёт нам растения, дабы духовно просветить человека? ER: Позвольте, я расскажу вам несколько вещей о конопле. Для многих людей каннабис — это растение, которое позволило перейти от скотоводческого, кочевого общества к сельскохозяйственному, и это продолжается до сих пор. Пигмеи выращивают только одну культуру — коноплю, что и позволило им совершить переход к сельскохозяйственному обществу, этот процесс цикличен. HT: В каком смысле? Я не понимаю. ER: В обществе кочевников вы просто путешествуете повсюду. А если начинаете что-то сажать, то должны ухаживать за этим, правильно? HT: Так зачем же они занимаются садоводством? В чем мотивация? ER: Продают. Курят и продают другим племенам. HT: Вы разговариваете со своими растениями? ER: Выращивать в Калифорнии незаконно, но я скажу, что растить каннабис интереснее, чем помидоры. HT: Есть ли духовная связь между вами и вашими растишками? ER: Иногда я думаю, что я агент конопляного мира, посланный сюда, чтобы помочь спасти этот мир. Я уже размышлял над этим. HT: Началось! Когда вы разговариваете со своими растениями, чувствуете ли вы какую-то общность? У растишек может быть сознание? ER: Не думаю, что растения обладают способностью к обучению или генетической способностью к самовыражению, похожему на наше. Я не думаю, что общение с кустами или воспроизведение музыки может помочь. HT: Вы так не делаете? ER: Считаю, что правильное кормление важнее. HT: Вы не полагаете, подобно растафарианцам или другим мистикам, что Бог даёт нам растения, дабы духовно просветить человека? ER: Позвольте, я расскажу вам несколько вещей о конопле. Для многих людей каннабис — это растение, которое позволило перейти от скотоводческого, кочевого общества к сельскохозяйственному, и это продолжается до сих пор. Пигмеи выращивают только одну культуру — коноплю, что и позволило им совершить переход к сельскохозяйственному обществу, этот процесс цикличен. HT: В каком смысле? Я не понимаю. ER: В обществе кочевников вы просто путешествуете повсюду. А если начинаете что-то сажать, то должны ухаживать за этим, правильно? HT: Так зачем же они занимаются садоводством? В чем мотивация? ER: Продают. Курят и продают другим племенам. HT: Вы сошли с ума. Вам приходилось покупать траву у пигмеев? ER: Нет, я никогда там не был. HT: Ладно, перейдем к каннаактивизму, политической стороне Эда. ER: Хорошо, расскажу, как все начиналось. Я отдыхал во Флориде в 1971 году, встретил двух студентов колледжа, которые делали бонги. Они изготовили один и для меня, в качестве прощального подарка. Накануне вечером мы здорово трипанули под кислотой все вместе, это было невероятно, потом они вручили мне бонг, из которого мы сделали по одной затяжке, и начали возвращение автостопом в Нью-Йорк. Нас арестовали в Боулинг-Грин, штат Вирджиния, за путешествия автостопом. В чемодане у меня нашли бонг, я был арестован за остатки травки и сам девайс. Это обошлось мне в $500 и две поездки обратно в Вирджинию. Я уверен, не случись этого, я бы никогда не имел проблем с законом. HT: Весьма радикальный опыт. ER: Угу. HT: Вы подвергались жесткому обращению со стороны сотрудников полиции? ER: Нет, но полицейский захотел пожать мне руку, сказав после суда: «Не обижайся, сынок». Я ответил: «Ты свинья». Именно в это время NORML [крупнейшая антипрогибиционистская организация США, официально лоббирующая декриминализацию/легализацию психотропной конопли.] провела первую народную каннаконференцию законных активистов. Это было круто. Мероприятие проходило в подвале церкви, где люди устанавливали палатки. Меня попросили спуститься к ним и произнести речь о культивации. HT: Кто просил? ER: Кит Строуп. HT: Это случилось до выхода вашей книги? ER: Это было до того, как я выпустил книгу, но тогда я занимался теплицами. HT: Так вот откуда Строуп знал вас? ER: Да. Я был в Rolling Stone, потом я встретил Майка Олдрича на конференции и он сказал мне: «Приезжайте в Калифорнию, у нас есть инициатива 72-го года». Поэтому я решил поехать в Калифорнию, на конференции выступил с речью о гровинге, она была чертовски хороша, люди были вовлечены. К этому времени мы все ещё трудились над книгой. В Калифорнию я отправился, чтобы поработать над инициативой. HT: На протяжении многих лет вы были известны как назойливая муха каннаактивизма. У вас были большие разногласия с NORML и конопляным истеблишментом. Не могли бы вы осветить некоторые из этих разногласий вкратце? ER: Я бы не назвал NORML конопляным истеблишментом. Думаю, они вообще с краю. HT: Что вы думаете о Строупе? ER: Я думаю, что он основал организацию, и, чтобы сохранить над ней контроль по мере роста её успешности, он пожертвовал организацией во имя себя. Другими словами, им были нужны профессионалы, но профессиональных организаторов никто ничего делать не заставлял. Потренируют любителей, а потом торопятся дальше. Тоже самое с хиппи — те никогда не пытались стать движением масс. Кейт Строуп HT: Я не думаю, что они хотели быть массовым движением. ER: Проблема в том, что у них нет четкой цели и самоидентификации, они сами не знают, чего хотят. Это и есть главная проблема NORML, они хотят быть всем для всех. Такое невозможно. HT: Разве NORML не обучает юристов, борющихся за наркоправа? ER: Они действительно занимаются этим, однако это лишь одна важная роль, а куда больше они тратят на судебные разбирательства. С точки зрения активизма и работы над законодательством, NORML не делает ничего. HT: Разве не это было их намерением? ER: Думается, что главным их намерением был Конгресс в Вашингтоне и лоббирование интересов. Но получилось, что никто не слушает лоббистов, если у тех нет денег или голосов. А голосов нет, если нет членства. Это один из примеров, почему NRA, Национальная стрелковая ассоциация, так эффективна: у них миллионы членов. HT: Да, но разве не было кооптации миллионов курильщиков в движение легализации, так что теперь правительство использует законы о каннабисе более избирательно? Большинство людей не попадается. Большинство может курить каннабис и не чувствовать такой угрозы. Людей арестовывают по другим причинам. ER: Ну, это правда. Большая часть потребителей не подвержены рискам. За исключением того, что правительство старается постоянно это изменить, — пожалуйста, не заблуждайтесь. При администрации Рейгана отношение к нам изменилось. Процент арестов за коноплю резко вырос. Они стараются... Знаете, например, брать анализ мочи на рабочем месте, поэтому, если вы покурили прошлым вечером, утром у вас будет положительный результат. Поэтому я считаю, что курильщики каннабиса сейчас находятся под нарастающим давлением. HT: Как насчет будущего каннареферендумов? ER: Ну, в Калифорнии мы даже не смогли бы принять закон о возврате стеклотары, поэтому, я думаю, всё весьма сложно. HT: Какие возможности есть с точки зрения легализации? ER: Одна возможность — я думаю, что NORML и каннадвижение должны объединиться и заявить о себе как о правозащитном движении, как о части массового движения, где есть защитники окружающей среды, геи, разные меньшинства и тому подобное. И когда проблему признают в таком ракурсе, тогда её подадут вместе с другими. Это один из исходов, который я вижу. Другой исход, который я вижу, — фундаментальный прорыв в мировой политике, который затронет Соединенные Штаты. Испания легализовала хранение, мне кажется, Италия довольно далеко продвинулась. А ещё я думаю, что некоторые африканские страны способны пробить заслон, вместе с тем на это способна и Индия. Я полагаю, мир поляризируется на почве легализации. HT: Выход из единой конвенции? ER: США и Британия могут пойти путем правого крыла, особенно при Рейгане, так что в конечном счете у нас будут программы реабилитации, а для хронических потребителей ещё чего похуже. HT: Конопля — ваш союзник, вы всеми силами её защищаете. Есть ли какая опасность в употреблении? ER: Да. Знаете, я не из тех, кто верит в абсолютную безвредность. Она воздействует на печень и обмен веществ. А дым вредит лёгким. HT: Что насчет амотивационного синдрома? ER: У меня его нет. Я много курю и с ним не сталкивался. HT: Сколько вы курите? ER: По-разному. Чем лучше стафф, тем больше. HT: В среднем? ER: От семи до четырнадцати грамм в неделю. HT: Вы курите каждый день? ER: Да, покуда я жив. HT: Эд, у вас недавно родился сын. Когда он вырастет, когда ему будет 12–13 лет, он начнет спрашивать о каннабисе, что вы ему скажете? ER: Он и до этого возраста, наверное, будет много спрашивать. HT: Предположим, он начнёт говорить, а его первым словом будет: «травка, травка!» ER: Я думаю, проблемы детей с травой в том, что она незаконна, это повышает её привлекательность, отчего они переусердствуют в этом вопросе. Но я предпочел бы видеть детей курящими, чем пьющими. HT: Есть ли у вас друзья, которым, по вашему мнению, лучше обойтись без конопли? Вы когда-нибудь говорили себе: «Эй, я слишком много курю в последнее время»? ER: Да, иногда я заигрываюсь. Ну, я долгое время обходился и без конопли. HT: Сколько? ER: Я ездил в Мексику на три недели, год назад. Ничего не курил. HT: Вы ведете для нас колонку «Спросите Эда». Какой самый популярный вопрос вам задают? ER: «Как отличить женщину от мужчины?» HT: А вы им на это отвечаете: «Сорвав их растения!», ха-ха! ER: Купить Growers Guide. Там есть фотографии :) HT: Вы только что закончили Special Cultivation для нас. Как вы считаете, сколько людей занимаются культивацией? ER: У меня необычная точка зрения на этот вопрос. Вы наверняка заметили, как много появляется объявлений об оборудовании для выращивания в High Times, каждый месяц в течение последних пяти лет. Вы понимаете же, сколько стоят эти объявления и сколько ламп надо продать, чтобы заплатить за рекламу? После этого понимаешь, что садоводов масса. И каждый месяц тысячи покупают свет. HT: Как, по-вашему, изменится ли индустрия выращивания марихуаны в ближайшие десять, пятнадцать или двадцать лет? Как вы думаете, все уйдут в индор? Предполагая, что растения останутся незаконными. ER: Всё больше и больше людей будут растить в индоре. HT: Можно ли получить крутой продукт в закрытом грунте? ER: Я рад, что вы спросили. В большинстве районов Соединенных Штатов, я думаю, выращивать лучше в помещении. Ваш собственный индорный куст будет круче любого коммерческого, потому что коммерсы имеют другой интерес, они в погоне за количеством в кратчайшие сроки. Свой продукт делают, чтобы получить наилучшее качество. Чтобы была своя заначка. Таким образом, у домашних гроверов другая мотивация, они не обязательно хотят иметь самые большие урожаи или самые скороспелые растишки. Другими словами, коммерсанты могут иметь оборот в 120 дней, когда индорщики-любители занимаются кустами 150–180 дней. Для того чтобы получить истинное достижение ценителя, нужно вырастить сенсемилью колумбийского гибрида или сенсемилью из тайской генетики, может, африканской — то растение, которое займет больше времени, чем афганские корни или другие скороспелыши. Поэтому я вижу все больше людей, растящих в помещении, и, как мне кажется, всё больше говорят: «я не хочу этого афганца». HT: Что за история с рудералисом? Есть ли он на самом деле в США? ER: Я его не видел, Шульц описал рудералис как низкое растение с небольшой кустистостью. От 45 до 60 см в высоту, без ТГК. Было бы не очень приятно курить такое. HT: Но разве коммерческие производители не могли бы использовать его для скрещивания, ведь жизненный цикл растишки завершается за десять недель? ER: Если бы вы могли скрестить какую-нибудь крутую индику с рудералисом, теоретически она принесла бы урожай через несколько месяцев. Я имел дело с марокканской, она готова к харвесту в конце августа. HT: Вспомните статью Rolling Stone около года назад, в которой говорилось о целом поколении, которое курило в конце 60-х, теперь же мы находимся в 80-х, и те люди перестали курить. Вы тот, кто начал курить в 60-х годах, а затем продолжал курить и по сей день. Был ли это хайп, пиар или вы думаете, что произошло значительное падение интереса, и почему? ER: Ну, я думаю, что есть много эксплуататорских статей о поколении 60-х. Например, я выяснил, почему парень покончил с собой в «большом разочаровании». Это было потому, что он больше не мог выносить своих друзей. И ещё, причина, по которой женщина из Rolling Stone не курит, заключается в том, что она не может заполучить крутой стафф. А его у неё нет, потому что она не может получить… Эх, ладно, не буду вдаваться в подробности. Но, думаю, это часть проблемы. Ещё считаю, что употребление наркотиков естественным образом снижается, когда человек достигает зрелости. HT: Вы предвидите день, когда могли бы просто бросить курить? Перерасти? ER: Не знаю, может случиться, что угодно. Я всё ещё не религиозен. HT: Вы думаете о религии? ER: Думаю. В последнее время думаю о жизни и смерти. Попадаешь ты в рай или ад, а может, все намного сложнее. Но скажу тебе, что когда я умру, хочу быть просто компостом. Тогда я буду счастлив целую вечность. Источник: hightimes.com Еще почитать: Интервью с Лестером Гринспуном Лютер Бёрбанк. Краткая история великого селекционера и ярого поклонника каннабиса Как каннабис повлиял на развитие музыки. Часть 1
  8. Эд Розенталь - автор множества книг по гровингу, каннаактивист, пионер легалайза в США. Публикуем перевод его интервью журналу High Times в 1984 году Розенталь просветительскую деятельность начал еще в 70-х годах, вдохновив многих людей на изучение методов выращивания каннабиса в помещении. В 80-х и 90-х работал корреспондентом в High Times. В 2002 году был осужден за выращивание более 100 растений каннабиса с перспективой лишения свободы на срок до 100 лет и штрафа до $4,5 млн, но приговор был отменен в апелляционном порядке. Дело Розенталя стало важным прецедентом для декриминализации выращивания психотропной конопли в Калифорнии. Принимал активное участие в продвижении и разработке политики гражданского регулирования лекарственной марихуаны. Сотрудничал с правительством штата и местными властями, чтобы обеспечить поставки фармацевтического каннабиса пациентам. В 2010 написал учебник по выращиванию каннабиса для Окстердамского университета. В мае 1984 года Ларри Сломен и Джордж Баркин взяли интервью у неутомимого исследователя конопли Эда Розенталя, который щедро делился своими идеями, опытом и мнениями. День рождения Эда приходится на 15 сентября, в честь чего и было переиздано это интервью. Султан Дыма, Махариши из Моты, Бурбанк из Бу и ещё целая куча прозвищ Эда свидетельствуют о том, что это человек, который сделал американскую травку лучшей во всем мире. Именно Розенталь привел змея-искусителя в сады, когда в 1977 году он в соавторстве с Мелом Фрэнком выпустил руководство по выращиванию марихуаны (The Marijuana Growers Guide). До этого «доморощенная» и «домашняя» травка были синонимами «пеньки» и «рудералиса». Но спустя пару харвестов после появления Growers Guide Америка обильно зазеленела от побережья до побережья. Хиппи, спрятавшись в глубинах Каскадов, Голубого Хребта и Сискиуса (горы и район в США — ред.), выращивали сиамские и гималайские ландрейсы, что ставило крест на традиционном импорте. Кто-то ещё помнит Acapulco Gold? Это достижение Эда Розенталя. Сегодня Эд посвящает огромное количество времени и энергии общественной деятельности. Он напряженно работает, чтобы сплотить многочисленные, но разрозненные политические группы, проводящие «политику свободы от конопли» на Западном побережье. Эд часто летает в Вашингтон, где выступает перед Конгрессом, высказываясь о безумии нынешней официальной наркотической политики, а также об экономическом буме, который произойдет после появления разумной системы налогообложения и регулирования официального рынка каннабиса. Этот человек заслуживает молниеносно разрастающегося дискурса вокруг него, а не только несколько скудных страниц, которые он ежемесячно публикует в своей колонке «Спроси Эда» в журнале «Cannabis Culture». Поэтому мы пригласили его на интервью для этого выпуска. HT — High Times; ER — Ed Rosenthal. HT: Когда вы начали курить травку? ER: В 1966 году. В 1965-м попробовал пару раз, но не понимал кайфа. В 1966-м я купил колпачок и накуривался со своим соседом по комнате в колледже. Едва накурившись, я осознал, что марихуана — мой союзник в том же смысле, в каком Карлос Кастанеда говорил о чёртовой травке. Конопля стала настолько моим хорошим другом, что уже ко второй покупке я начал ей торговать. HT: Что вы имеете в виду, когда говорите, что ганджа стала вашим другом? ER: Я постоянно тянусь к тому, чтобы накуриться, к этому ощущению. Это моё нормальное состояние сознания, я чувствовал, что так и должно быть. Так травка и становится союзником. Я научился работать под ней, играть под ней, кто-то даже однажды сказал, что канна будит меня утром и укладывает спать ночью. В принципе, я живу, чтобы курить. Это случилось двадцать лет назад. HT: Ранее вы никогда не достигали такого состояния, не накуриваясь? ER: Ну, психоделики... Я думаю, что каннабис — слабый психоделик, а ещё, что у меня были крайне несчастливые детство и юность. Я прошел через терапию, всё такое, но к подростковому возрасту всё ещё страдал от депрессии. Во-первых, конопля помогла мне взглянуть со стороны и увидеть, что тысячи часов терапии и куча долларов, потраченных на нее, не помогли. В 1967-м я вернулся в Нью-Йорк, где попал на вечеринку в Центральном парке. На сцене тогда был Эбби Хоффман, он спрыгнул вниз и начал раздавать кислоту. Обратившись ко мне совершенно безлично, как к тысяче других, он сказал: «Хочешь трипануть?», а я ответил: «Да», после этого он кинул таблетку мне на язык, и я пережил самый глубокий опыт. Все дерьмо, весь негатив, что накопились за всю мою жизнь, ринулись наружу. Я не твердил: «Это бэдтрип, это отвратительно, ужасно», я всё понял и осознал. Это была не кислота, это было содержимое моей головы, выходящее наружу. Вскоре после этого я позабыл, что такое депрессия. Я научился контролировать состояние своего сознания. HT: Траву курят огромное количество людей, но как это стало делом вашей жизни, вашим делом? ER: Я думаю, мы должны жить фантазиями, каждый должен. Большинству людей не нравится то, чем они зарабатывают на жизнь. Я всегда старался делать свою работу профессионально. HT: Вы объездили весь мир в поисках методик культивации. Где вы наблюдали, как растет каннабис? ER: Во всех Штатах. На самом деле, там я видел больше всего. Может быть, не количественно, но качественно. Потом я побывал в Индии, Марокко, Амстердаме, Испании, Колумбии... В Колумбии я был всего день, работал консультантом. HT: Что значит «работал консультантом»? ER: У этих людей была плантация, страдающая от массы проблем. Они консультировались со мной, пытаясь выяснить причину, чтобы затем попытаться её исправить. HT: Все получилось? ER: Не знаю, второй раз плантацию я не увидел. HT: Где вы нашли лучшую травку? ER: В Соединенных Штатах. Никаких сомнений, американские гроверы лучше всех понимают марихуану, больше, чем любые другие культиваторы. Конечно, это разница между странами первого и третьего мира, потому что большая часть других мест культивации — в странах третьего мира, однако Европа в вопросах выращивания просто отстает от нас лет на десять. HT: Кроме того, гроверы здесь чаще всего сами курят, в отличие от Южной Америки, где всё делается для экспорта. ER: Угу. В Индии у меня было такое чувство, что фермеры покуривали, а вот остальные сотрудники — нет. Розничные торговцы тоже любители дунуть. HT: Когда вы приезжаете в Марокко или Колумбию, как вас воспринимают местные садоводы? Как американского франта или как исследователя конопли? ER: Ко мне относятся чрезвычайно серьёзно, меня уважают. HT: Власти часто вас беспокоят? ER: Когда я был в Индии, я хотел увидеть легальные плантации. Во время поездки в поезде я увидел в окно все эти засаженные поля и спросил, что это за город. Мне ответили: «Кхандва». Мы поехали в Министерство сельского хозяйства, и я спросил: «У вас в Кхандве целые поля конопли, я хотел бы посмотреть на них. Что для этого надо сделать?» Мне ответили, что в Кхандве ганджа не растет. Да и в Мадхья-Прадеше она не растет. Тогда я сказал, что видел коноплю своими глазами. Они позвонили в местный департамент Кхандвы, покивали головами, а затем ответили, что это не входит в их юрисдикцию, всем этим управляет Министерства акцизного налога. Но так или иначе, они написали письмо в тот мелкий департамент. Тогда я поехал в Кхандву. У меня были копии моей книги, а когда я их показывал, то становился таким серьезным... Приехал американский ученый, посмотрите. Важничал, в общем. А на следующий день подъехала колонна из четырех машин, всех посадили в джипы. Сперва мы посетили перерабатывающий завод, затем съездили на поля, а потом вернулись обратно. Я спросил, могу ли я сорвать пару соцветий? Ответ был: «Конечно, бери всё, что захочешь». Перед глазами гигантское поле с разными сортами и генетиками, а тут они говорят: «Бери, что хочешь». В общем, на следующие две недели нам хватило с лихвой. Конечно, мы не срезали растения, просто взяли самые красивые шишки. Они были великолепны. А еще через день, когда мы были в нашем гостиничном номере, кто-то постучался в дверь. Затем дверь распахнулась, это всё выглядело как ограбление или что-то такое, но на пороге оказался парень из «акцизного», он просто принес нам травки. У него была целая пригоршня, он сунул её нам, и это был первый и последний раз, когда правительственный агент принес мне дунуть. HT: Методы культивации в Марокко отличаются от тех, которые распространены в Западной Вирджинии или где-то ещё? ER: Да, естественно. Большинство людей в Америке из-за политической ситуации и незащищенности, как правило, гровят огромные растения или несколько больших кустов. В общем, тратят много сил на отдельную растишку. В других частях света не выращивают сенсемилью. Люди растят эту культуру так же, как кукурузу или любые другие полевые растения. В Индии они выращивают коноплю на расстоянии метра друг от друга в каждом ряду. В Марокко растят от пятнадцати до двадцати-тридцати растений на квадратный фут. Кусты выглядят, как палки из земли. В High Times были фотографии. HT: Как вы относитесь к гашишу? ER: Некоторые люди молятся на гашиш: он для них всё, но я предпочитаю соцветия сативы. HT: Почему? Из-за изменчивости качества? ER: Я думаю, что разные сорта по-разному демонстрируют своё плато. Сатива более церебральна и вызывает хай, когда афганцы прибивают к земле и погружают в стоун. HT: Как вы думаете, это культурная предрасположенность? Большинству американцев нравится бодрость, которую даёт сатива? ER: Нет, я думаю, что большинство американцев любит напиваться в стельку. Конечно, есть несколько человек, которые любят сативу, но склоняюсь к мнению, что большинству нравятся афганские корни. HT: Почему гашиш не стал более популярным? ER: Плохо горит, его нельзя положить в сигарету. Положив в косяк, вы неминуемо сожжёте свою одежду. HT: Давайте отмотаем время назад, к моменту, когда вы учились в колледже. Едва купив стафф во второй раз, вы тут же стали торговать. ER: Ага. Первый раз я купил колпачок, а второй раз уже 220 грамм. HT: Это из-за предпринимательской жилки? Вы сказали: «Вау, это крутой способ заработать денег и повеселиться?» ER: Скорее, чувствовал себя миссионером. HT: Примерно в 1966 году? ER: К 1967-му я уже бросил школу. HT: Получается, все эти негативные сплетни о конопле — сущая правда. ER: Причина, по которой я бросил школу, состоит в том, что я получил категорию годности «А» к службе в армии, означающую, что я — идеальное пушечное мясо. Потом я устроился на несколько обычных работ, в том числе, на Уолл-стрит. Всегда мечтал там работать. HT: Почему? ER: Это было захватывающе. Здесь продавались вещи, не имеющие материальной ценности, кроме той, которую люди хотели за них заплатить. На самом деле они не стоили ничего. Они стоили столько, сколько люди вкладывали в их стоимость. Так что это было интересное, хорошее время. Я стал помощником комплаенс-офицера, который следил за соблюдением внутренних правил и положений Федеральной комиссии связи. И какое-то время я провел там, а потом меня уволили. HT: Вы были сотрудником внутренней безопасности Уолл-стрит. ER: Ну да. HT: Травку вы тогда курили? ER: Да. Вы же слышали о Фондовой бирже, внебиржевом рынке, ну а я... Я управлял рынком подпольным. Однажды пришел мой начальник. У меня была с собой коричневая сумка, он спросил: «Что это такое?». Я ответил, что в ней мой обед. Он приоткрыл её, а там целый пакет травки, затем он выдает: «Не приносите свой обед на работу». HT: Так когда же вы ушли с Уолл-стрит? ER: В 1969-м. Я начал делать свечи. Примерно в это же время я переехал в шестикомнатную квартиру в Бронксе, и начал гровить в одной из комнат. Это был шаг на пути естественной эволюции, которая и привела меня сегодня сюда. HT: Что заставило вас это сделать? ER: Когда я был ребенком, то всегда хотел был ученым-растениеводом и писателем. Я действительно увлекался растениями. Раньше я посещал занятия в Ботаническом саду, поэтому для меня было вполне естественным выращивать растения, если бы у меня была свободная комната. Тогда я очень мало знал об этом, не было никакой литературы. На самом деле, парочка книг была, но одна мне казалась особенной, не знаю, осталась ли она у меня. Её написал парень, который рассказал всю историю своей жизни: он служил в армии, потом курил коноплю, видел ошибки своего Пути, вылетел из армии, растил траву в своей квартире в нижнем Ист-Сайде, заполнив землей всю комнату и культивируя растения... В общем, всё, что нужно было сделать, — это купить пару мешков земли в свою комнату, но вместо этого я растил в горшках. У меня были флуоресцентные лампы, я не знал о соцветиях, поэтому курил листья. Я так кайфовал от этой дряни, все жители этого дома кайфовали! Все жили тем, что я собирал по несколько таких листьев каждый день. Нас реально убивало. HT: Но жили вы за счет свечей? ER: Да. Тогда я подумал, что выращивание — это так круто, поэтому я убрал всю свою комнату, избавился от горшков и решил продавать теплицы для культивации. Я продавал крутые теплицы! Пришёл бы и установил её в вашем доме, сделал бы все шаманства, кроме семян. Так я и познакомился с Мелом Фрэнком. Мы оба дали интервью журналу Rolling Stone и решили написать об этом книгу за шесть недель, а годом позже придумали ещё одну — каталог для гровинга в индоре и аутдоре (Indoor-Outdoor Marijuana Growers Catalog), и с тех пор, как книгу опубликовали, стали куда серьёзнее в наших начинаниях. HT: Какой был год? ER: 1972–1973, мы начали погружаться в нашу деятельность. Поехали в Университет штата Миссисипи, познакомились с Карлтоном Тернером, который сейчас является советником федерального правительства по вопросам наркополитики. Тогда он руководил Миссисипским проектом, своеобразным контрактом на наркобизнес с правительством. Тернер познакомил нас с Миссисипской коллекцией всех научных работ по конопле, опубликованных в 1968–1972 годах. Мы купились. Решили, какие научные статьи мы хотели бы прочитать, дабы собрать всю информацию воедино и разработать на их основе несколько теорий. Так и появился Growers Guide. HT: Что за человек этот Тернер? ER: Чувак с Нового Юга. Пример приспособленчества, думающий о себе больше, чем нужно. HT: Что вы под этим подразумеваете? ER: Фашистский менталитет, облечённый в нежные слова и кажущуюся разумность. Я думаю, Билль о правах не так много значит для людей на Юге. HT: Вы думаете, он похож на Анслингера, как бы волк в овечьей шкуре? Своего рода продолжение? ER: Да, я считаю, что даже если отдельные члены этой группы не являются фанатиками, есть определенные высказывания, находящие отклик в их сердцах. Точно так же, как каждый кандидат в президенты от республиканцев всегда делает какую-нибудь неприятную античёрную оговорку, просто, чтобы фанатики знали, что их поддерживают, что, в общем-то, вовсе не оговорка. У них есть кодовые слова, люди внемлют им, а их подлинное чувство заключается в непринятии тех или иных категорий граждан. Как куски дерьма, что нельзя смыть в унитаз. Мы будем использовать все законы, все возможности, чтобы контролировать таких людей. Так появились законы о наркотиках, так они существуют до сей поры. Большинство читателей High Times принадлежат к этому списку. Даже если они перестанут курить травку, правительству не понравится их мышление. Они независимы, не желают быть подопечными государства. Правительственный чиновник США Гарри Дж. Анслингер. В конце 1950-х развернул массированную пропаганду в мировой прессе, которая во многом способствовала включению каннабиса в Единую конвенцию ООН по наркотическим веществам. HT: Что случилось с психоделической революцией? ER: Всё ещё продолжается. В крупных городах поутихло из-за дорогой аренды. Каждый год продаётся больше кислоты, больше грибов, чем когда-либо прежде. HT: Как вы думаете, конопля может менять отношение людей к чему-либо или это просто гедонистическая вещь? ER: Люди всё ещё меняются с помощью травки, а мы даже не осознаем, оглядываясь назад, насколько велики изменения последних тридцати лет. Двадцать лет назад незамужняя женщина и неженатый мужчина, будь они соседями по комнате, просто разговаривали бы. HT: Какая самая переоцененная травка из тех, которые вы курили? ER: Я думаю, что многие мексиканские сорта-первопроходцы переоценены. HT: Вы имеете в виду что-то вроде Acapulco Gold? ER: Многие переоценены. Потом идет всяческая «мистическая трава», вроде Panama Red. Я никогда её не видел, но много лет слышал всякие байки. Сколько людей её курили? Для меня это сказка, а хотелось бы посмотреть. HT: Какая травка дала вам самые лучшие эмоции? ER: Легендарный нью-йоркский Wacky Weed. Боже, эта штука определенно была очень психоделической. Жалко, что у меня нет семян. HT: Курили ли вы что-нибудь распиаренное? ER: Не люблю колумбийскую генетику, которая сейчас нахлынула, поэтому я её не курю. Но покуриваю новых мексиканцев, у них великолепная цена. У колумбийцев много проблем, качество падает. Но им, кажется, плевать. HT: Вы разговариваете со своими растениями? ER: Выращивать в Калифорнии незаконно, но я скажу, что растить каннабис интереснее, чем помидоры. HT: Есть ли духовная связь между вами и вашими растишками? ER: Иногда я думаю, что я агент конопляного мира, посланный сюда, чтобы помочь спасти этот мир. Я уже размышлял над этим. HT: Началось! Когда вы разговариваете со своими растениями, чувствуете ли вы какую-то общность? У растишек может быть сознание? ER: Не думаю, что растения обладают способностью к обучению или генетической способностью к самовыражению, похожему на наше. Я не думаю, что общение с кустами или воспроизведение музыки может помочь. HT: Вы так не делаете? ER: Считаю, что правильное кормление важнее. HT: Вы не полагаете, подобно растафарианцам или другим мистикам, что Бог даёт нам растения, дабы духовно просветить человека? ER: Позвольте, я расскажу вам несколько вещей о конопле. Для многих людей каннабис — это растение, которое позволило перейти от скотоводческого, кочевого общества к сельскохозяйственному, и это продолжается до сих пор. Пигмеи выращивают только одну культуру — коноплю, что и позволило им совершить переход к сельскохозяйственному обществу, этот процесс цикличен. HT: В каком смысле? Я не понимаю. ER: В обществе кочевников вы просто путешествуете повсюду. А если начинаете что-то сажать, то должны ухаживать за этим, правильно? HT: Так зачем же они занимаются садоводством? В чем мотивация? ER: Продают. Курят и продают другим племенам. HT: Вы разговариваете со своими растениями? ER: Выращивать в Калифорнии незаконно, но я скажу, что растить каннабис интереснее, чем помидоры. HT: Есть ли духовная связь между вами и вашими растишками? ER: Иногда я думаю, что я агент конопляного мира, посланный сюда, чтобы помочь спасти этот мир. Я уже размышлял над этим. HT: Началось! Когда вы разговариваете со своими растениями, чувствуете ли вы какую-то общность? У растишек может быть сознание? ER: Не думаю, что растения обладают способностью к обучению или генетической способностью к самовыражению, похожему на наше. Я не думаю, что общение с кустами или воспроизведение музыки может помочь. HT: Вы так не делаете? ER: Считаю, что правильное кормление важнее. HT: Вы не полагаете, подобно растафарианцам или другим мистикам, что Бог даёт нам растения, дабы духовно просветить человека? ER: Позвольте, я расскажу вам несколько вещей о конопле. Для многих людей каннабис — это растение, которое позволило перейти от скотоводческого, кочевого общества к сельскохозяйственному, и это продолжается до сих пор. Пигмеи выращивают только одну культуру — коноплю, что и позволило им совершить переход к сельскохозяйственному обществу, этот процесс цикличен. HT: В каком смысле? Я не понимаю. ER: В обществе кочевников вы просто путешествуете повсюду. А если начинаете что-то сажать, то должны ухаживать за этим, правильно? HT: Так зачем же они занимаются садоводством? В чем мотивация? ER: Продают. Курят и продают другим племенам. HT: Вы сошли с ума. Вам приходилось покупать траву у пигмеев? ER: Нет, я никогда там не был. HT: Ладно, перейдем к каннаактивизму, политической стороне Эда. ER: Хорошо, расскажу, как все начиналось. Я отдыхал во Флориде в 1971 году, встретил двух студентов колледжа, которые делали бонги. Они изготовили один и для меня, в качестве прощального подарка. Накануне вечером мы здорово трипанули под кислотой все вместе, это было невероятно, потом они вручили мне бонг, из которого мы сделали по одной затяжке, и начали возвращение автостопом в Нью-Йорк. Нас арестовали в Боулинг-Грин, штат Вирджиния, за путешествия автостопом. В чемодане у меня нашли бонг, я был арестован за остатки травки и сам девайс. Это обошлось мне в $500 и две поездки обратно в Вирджинию. Я уверен, не случись этого, я бы никогда не имел проблем с законом. HT: Весьма радикальный опыт. ER: Угу. HT: Вы подвергались жесткому обращению со стороны сотрудников полиции? ER: Нет, но полицейский захотел пожать мне руку, сказав после суда: «Не обижайся, сынок». Я ответил: «Ты свинья». Именно в это время NORML [крупнейшая антипрогибиционистская организация США, официально лоббирующая декриминализацию/легализацию психотропной конопли.] провела первую народную каннаконференцию законных активистов. Это было круто. Мероприятие проходило в подвале церкви, где люди устанавливали палатки. Меня попросили спуститься к ним и произнести речь о культивации. HT: Кто просил? ER: Кит Строуп. HT: Это случилось до выхода вашей книги? ER: Это было до того, как я выпустил книгу, но тогда я занимался теплицами. HT: Так вот откуда Строуп знал вас? ER: Да. Я был в Rolling Stone, потом я встретил Майка Олдрича на конференции и он сказал мне: «Приезжайте в Калифорнию, у нас есть инициатива 72-го года». Поэтому я решил поехать в Калифорнию, на конференции выступил с речью о гровинге, она была чертовски хороша, люди были вовлечены. К этому времени мы все ещё трудились над книгой. В Калифорнию я отправился, чтобы поработать над инициативой. HT: На протяжении многих лет вы были известны как назойливая муха каннаактивизма. У вас были большие разногласия с NORML и конопляным истеблишментом. Не могли бы вы осветить некоторые из этих разногласий вкратце? ER: Я бы не назвал NORML конопляным истеблишментом. Думаю, они вообще с краю. HT: Что вы думаете о Строупе? ER: Я думаю, что он основал организацию, и, чтобы сохранить над ней контроль по мере роста её успешности, он пожертвовал организацией во имя себя. Другими словами, им были нужны профессионалы, но профессиональных организаторов никто ничего делать не заставлял. Потренируют любителей, а потом торопятся дальше. Тоже самое с хиппи — те никогда не пытались стать движением масс. Кейт Строуп HT: Я не думаю, что они хотели быть массовым движением. ER: Проблема в том, что у них нет четкой цели и самоидентификации, они сами не знают, чего хотят. Это и есть главная проблема NORML, они хотят быть всем для всех. Такое невозможно. HT: Разве NORML не обучает юристов, борющихся за наркоправа? ER: Они действительно занимаются этим, однако это лишь одна важная роль, а куда больше они тратят на судебные разбирательства. С точки зрения активизма и работы над законодательством, NORML не делает ничего. HT: Разве не это было их намерением? ER: Думается, что главным их намерением был Конгресс в Вашингтоне и лоббирование интересов. Но получилось, что никто не слушает лоббистов, если у тех нет денег или голосов. А голосов нет, если нет членства. Это один из примеров, почему NRA, Национальная стрелковая ассоциация, так эффективна: у них миллионы членов. HT: Да, но разве не было кооптации миллионов курильщиков в движение легализации, так что теперь правительство использует законы о каннабисе более избирательно? Большинство людей не попадается. Большинство может курить каннабис и не чувствовать такой угрозы. Людей арестовывают по другим причинам. ER: Ну, это правда. Большая часть потребителей не подвержены рискам. За исключением того, что правительство старается постоянно это изменить, — пожалуйста, не заблуждайтесь. При администрации Рейгана отношение к нам изменилось. Процент арестов за коноплю резко вырос. Они стараются... Знаете, например, брать анализ мочи на рабочем месте, поэтому, если вы покурили прошлым вечером, утром у вас будет положительный результат. Поэтому я считаю, что курильщики каннабиса сейчас находятся под нарастающим давлением. HT: Как насчет будущего каннареферендумов? ER: Ну, в Калифорнии мы даже не смогли бы принять закон о возврате стеклотары, поэтому, я думаю, всё весьма сложно. HT: Какие возможности есть с точки зрения легализации? ER: Одна возможность — я думаю, что NORML и каннадвижение должны объединиться и заявить о себе как о правозащитном движении, как о части массового движения, где есть защитники окружающей среды, геи, разные меньшинства и тому подобное. И когда проблему признают в таком ракурсе, тогда её подадут вместе с другими. Это один из исходов, который я вижу. Другой исход, который я вижу, — фундаментальный прорыв в мировой политике, который затронет Соединенные Штаты. Испания легализовала хранение, мне кажется, Италия довольно далеко продвинулась. А ещё я думаю, что некоторые африканские страны способны пробить заслон, вместе с тем на это способна и Индия. Я полагаю, мир поляризируется на почве легализации. HT: Выход из единой конвенции? ER: США и Британия могут пойти путем правого крыла, особенно при Рейгане, так что в конечном счете у нас будут программы реабилитации, а для хронических потребителей ещё чего похуже. HT: Конопля — ваш союзник, вы всеми силами её защищаете. Есть ли какая опасность в употреблении? ER: Да. Знаете, я не из тех, кто верит в абсолютную безвредность. Она воздействует на печень и обмен веществ. А дым вредит лёгким. HT: Что насчет амотивационного синдрома? ER: У меня его нет. Я много курю и с ним не сталкивался. HT: Сколько вы курите? ER: По-разному. Чем лучше стафф, тем больше. HT: В среднем? ER: От семи до четырнадцати грамм в неделю. HT: Вы курите каждый день? ER: Да, покуда я жив. HT: Эд, у вас недавно родился сын. Когда он вырастет, когда ему будет 12–13 лет, он начнет спрашивать о каннабисе, что вы ему скажете? ER: Он и до этого возраста, наверное, будет много спрашивать. HT: Предположим, он начнёт говорить, а его первым словом будет: «травка, травка!» ER: Я думаю, проблемы детей с травой в том, что она незаконна, это повышает её привлекательность, отчего они переусердствуют в этом вопросе. Но я предпочел бы видеть детей курящими, чем пьющими. HT: Есть ли у вас друзья, которым, по вашему мнению, лучше обойтись без конопли? Вы когда-нибудь говорили себе: «Эй, я слишком много курю в последнее время»? ER: Да, иногда я заигрываюсь. Ну, я долгое время обходился и без конопли. HT: Сколько? ER: Я ездил в Мексику на три недели, год назад. Ничего не курил. HT: Вы ведете для нас колонку «Спросите Эда». Какой самый популярный вопрос вам задают? ER: «Как отличить женщину от мужчины?» HT: А вы им на это отвечаете: «Сорвав их растения!», ха-ха! ER: Купить Growers Guide. Там есть фотографии :) HT: Вы только что закончили Special Cultivation для нас. Как вы считаете, сколько людей занимаются культивацией? ER: У меня необычная точка зрения на этот вопрос. Вы наверняка заметили, как много появляется объявлений об оборудовании для выращивания в High Times, каждый месяц в течение последних пяти лет. Вы понимаете же, сколько стоят эти объявления и сколько ламп надо продать, чтобы заплатить за рекламу? После этого понимаешь, что садоводов масса. И каждый месяц тысячи покупают свет. HT: Как, по-вашему, изменится ли индустрия выращивания марихуаны в ближайшие десять, пятнадцать или двадцать лет? Как вы думаете, все уйдут в индор? Предполагая, что растения останутся незаконными. ER: Всё больше и больше людей будут растить в индоре. HT: Можно ли получить крутой продукт в закрытом грунте? ER: Я рад, что вы спросили. В большинстве районов Соединенных Штатов, я думаю, выращивать лучше в помещении. Ваш собственный индорный куст будет круче любого коммерческого, потому что коммерсы имеют другой интерес, они в погоне за количеством в кратчайшие сроки. Свой продукт делают, чтобы получить наилучшее качество. Чтобы была своя заначка. Таким образом, у домашних гроверов другая мотивация, они не обязательно хотят иметь самые большие урожаи или самые скороспелые растишки. Другими словами, коммерсанты могут иметь оборот в 120 дней, когда индорщики-любители занимаются кустами 150–180 дней. Для того чтобы получить истинное достижение ценителя, нужно вырастить сенсемилью колумбийского гибрида или сенсемилью из тайской генетики, может, африканской — то растение, которое займет больше времени, чем афганские корни или другие скороспелыши. Поэтому я вижу все больше людей, растящих в помещении, и, как мне кажется, всё больше говорят: «я не хочу этого афганца». HT: Что за история с рудералисом? Есть ли он на самом деле в США? ER: Я его не видел, Шульц описал рудералис как низкое растение с небольшой кустистостью. От 45 до 60 см в высоту, без ТГК. Было бы не очень приятно курить такое. HT: Но разве коммерческие производители не могли бы использовать его для скрещивания, ведь жизненный цикл растишки завершается за десять недель? ER: Если бы вы могли скрестить какую-нибудь крутую индику с рудералисом, теоретически она принесла бы урожай через несколько месяцев. Я имел дело с марокканской, она готова к харвесту в конце августа. HT: Вспомните статью Rolling Stone около года назад, в которой говорилось о целом поколении, которое курило в конце 60-х, теперь же мы находимся в 80-х, и те люди перестали курить. Вы тот, кто начал курить в 60-х годах, а затем продолжал курить и по сей день. Был ли это хайп, пиар или вы думаете, что произошло значительное падение интереса, и почему? ER: Ну, я думаю, что есть много эксплуататорских статей о поколении 60-х. Например, я выяснил, почему парень покончил с собой в «большом разочаровании». Это было потому, что он больше не мог выносить своих друзей. И ещё, причина, по которой женщина из Rolling Stone не курит, заключается в том, что она не может заполучить крутой стафф. А его у неё нет, потому что она не может получить… Эх, ладно, не буду вдаваться в подробности. Но, думаю, это часть проблемы. Ещё считаю, что употребление наркотиков естественным образом снижается, когда человек достигает зрелости. HT: Вы предвидите день, когда могли бы просто бросить курить? Перерасти? ER: Не знаю, может случиться, что угодно. Я всё ещё не религиозен. HT: Вы думаете о религии? ER: Думаю. В последнее время думаю о жизни и смерти. Попадаешь ты в рай или ад, а может, все намного сложнее. Но скажу тебе, что когда я умру, хочу быть просто компостом. Тогда я буду счастлив целую вечность. Источник: hightimes.com Еще почитать: Интервью с Лестером Гринспуном Лютер Бёрбанк. Краткая история великого селекционера и ярого поклонника каннабиса Как каннабис повлиял на развитие музыки. Часть 1 Просмотр полной Статья
  9. Помните ли Вы свой первый раз когда воспользовались TOR? Как вы о нем узнали? На какие сайты заходили? — Меня всегда волновал вопрос анонимности и безопасности в интернете, поэтому я изучал новости и литературу на эту тематику. Впервые о луковичной маршрутизации данных узнал в начале 2000х годов. Тор сеть показалась мне прекрасными изобретением, которая соответствовала моим требованиям. Уже с первых рабочих версий тор браузера я начал использовать его для посещения сайтов, на которых хотел оставаться анонимным. Почему именно HYDRA – Гидра? Пожалуйста, расскажите о появлении названия. — Название для нашего проекта должно было быть символичным, были долгие размышления и обсуждения. Многие знают Гидру как огромное чудовище из мифов древней Греции, обладающее потрясающей регенерацией, но мало кто знает, что существуют и настоящие гидры. Это пресноводные, которые обладают высокой регенеративной способностью и уже официально доказано, что они не стареют и обладают бессмертием. Представляете, бессмертие, которого так жаждут многие люди, существует не в сказках, а на научном уровне. Нашу команду жутко впечатлила эта информация , плюс краткость, звонкость, многозначность самого слова – сделали «Гидру» названием. Торговля наркотиками значительно изменилась за последние годы и почти полностью ушла в интернет. Какие плюсы и минусы Вы в этом видите? — В этом одни плюсы. Безопасность сделок находится на максимальном уровне, который обеспечивается тремя важнейшими анонимными аспектами — анонимным средством платежа (криптовалюта), анонимным процессом сделки (система закладок) и анонимным процессом общения (тор сетью). Помимо этого, покупателям стал доступен широкий выбор ПАВ и продавцов, каждый из которых отличается своим сервисом, особым качеством и специализацией по веществам. При торговле в реальности любой спор между продавцом и покупателем мог закончиться очень неприятным криминальным конфликтом. А теперь во всех сделках есть третейский судья в лице команды Гидры. Кроме того, продавцы получили дополнительную безопасность, они за железобетонной стеной нашего сайта, которую не преодолеть отечественным правоохранительным органам. У HYDRA до сих пор нет значительных конкурентов русскоязычном даркнете. Какова вероятность их появления? Легко ли добиться успехов Вашей площадки? — У вас неправильная информация. Конечно, конкуренты есть. И это просто замечательно! Ведь конкуренция это самый значительный двигатель рынка. Она заставляет нас постоянно работать над совершенствованием функциональности и алгоритма работы HYDRA, улучшать проект и для покупателей, и для продавцов. Мы стараемся, действительно, качественно выполнять свою работу, именно поэтому мы лучшие. Планируете ли Вы какие-то значительные изменения на проекте? Может быть какие-то новые сторонние проекты? Расскажите, пожалуйста, если не секрет. — Изменения на проекте происходят регулярно. Недавно мы запустили проект HYDRA TEST – направление, предназначенное для проверки качества продаваемых на площадке психоактивных препаратов путём проведения контрольных закупок с последующим анализом содержимого. У нас впереди еще очень много замыслов, пока что не могу рассказать все подробности, хотим сделать приятный сюрприз для наших пользователей. Администрация проекта вмешивается в дела покупателей и продавцов только в случае возникновения конфликтных ситуаций. Расскажите, чем модераторы руководствуются при разрешении споров. Как Вы боретесь с мошенниками на площадке? — На самом деле администрация вмешивается не только в случае конфликтных ситуаций, просто мы делаем это максимально корректно и незаметно. Но диспуты являются самым популярным вопросом в контакте покупателей и продавцов. Их много, ненаходы разбираются каждый день и в большом количестве. Система закладок имеет изъяны, но она очень безопасна, к тому же описания кладов постоянно совершенствуются. Еще 5-7 лет назад продавцы не делали фотографий клада, не давали четких описаний, не давали точные координаты. Сейчас все стало намного лучше, но все равно споры происходят, без этого никуда. Специально для этого у нас существует большой штат модераторов. Исследуются все важные факторы — место закладки, репутация сторон, насколько давно сделан клад и другие обстоятельства. Мошенников мы на раз пресекаем, ведь по репутации сразу видно, кто есть кто. Да и продавец не получит деньги, пока клиент не получит товар. Систему не обманешь. Государство для Вас это настоящий оппонент в Вашей деятельности или просто третья сторона из другой реальности с которой лучше не соприкасаться? — Государство — главный регулятор нашей деятельности. Именно оно определяет что легально, а что нет, какие минимальные размеры веществ и какая ответственность за сбыт. Мы прекрасно знаем методы работы правоохранительных органов и адаптируемся под них, ведь в нашем деле важная задача — избежать уголовной ответственности. Верите ли Вы в легализацию или хотя бы в декриминализацию наркотиков в России? Не разорит ли это Ваш бизнес? — Наверно вы шутите, давайте особо не будем мечтать, в ближайшее время не будет никакой легализации или декриминализации легких наркотиков, страна еще не созрела к этому. К тому же, в России очень сильное алкогольное и табачное лобби, которые не допустит выхода марихуаны на рынок, их это разорит. К сожалению, страна меняется не в лучшую сторону, чтобы продолжать дальше в том же духе и не сталкиваться с критикой, правительству необходимо как можно меньше думающих людей, пьяным быдлом проще управлять. Биткоин – это основное платежное средство на Вашей площадке. Для Вас это просто хороший финансовый инструмент для бизнеса? Видите ли Вы будущее за криптовалютами? — Биткоин изменил мир и мировую финансовую систему, в частности. Это уже неоспоримый факт. Капитализация всех криптовалют перешагнула за 300млрд долларов. Они стали серьезным финансовым инструментом и с ними уже считается весь свет экономической науки, государства и авторитетнейшие бизнесмены и инвесторы. Но для нас это всего лишь платежное средство, как и киви. Сами криптовалюты уже принесли будущее в нашу жизнь, а что будет дальше, боюсь себе представить. Зачем, на ваш взгляд, люди употребляют наркотики? — Все просто — это быстрый способ получить удовольствие, изменить свое сознание. Все мы разные, поэтому люди употребляют разные наркотики. Кому-то нужно расслабиться после тяжелого рабочего дня и отдохнуть, а кому-то постоянно нужно быть в тонусе на работе, кто-то расширяет свой разум и познает параллельные миры, ну а кто-то занимается страстной любовью под МДМА. Ставите ли Вы перед собой какую-то масштабную цель, кроме получения прибыли? — В 90х – начале 2000х наркотики на территории бывшего СССР стали почти маргинальными. Все мы помним ужасные наркопритоны и людей, умирающих от некачественных наркотиков. Это не правильно, так не должно быть. Люди должны получать только удовольствие от потребления. Цель проекта HYDRA – cоздание честного и удобного рынка, пропаганда и формирование правильной культуры потребления веществ. Ваш род занятий сложно назвать работой в ее классическом понимании. Насколько тяжело работать на Вашем посту? Сильно ли Вы устаете? — К сожалению, устаешь от любой работы, даже от той, которая тебе нравится. Проект – это моя жизнь. Я весь посвящен Гидре. На мне лежит большая ответственность за обычных пользователей, за продавцов и за мою команду. Все участники проекта так или иначе доверились мне, и я каждый день стараюсь максимально это доверие оправдать. Дополнительно: Свежачок от Barney's в автоформате Как в мою жизнь вошла Alpujarrena - откровения гровера Интервью с Compound Genetics Источник: tgraph.io
  10. Одним из продуктов, который производит ваша компания является умный горшок GrowBag. Расскажите в двух словах, что это, за продукт – почему он умный? В чем преимущества перед обычным пластиковым горшком?   Сразу хочу заметить, продуктов с таким названием много, мы будем говорить о тканевом горшке из геотекстиля. Это очень простая и гениальная штука.     Каковы преимущества перед пластиковыми горшками?   Преимуществ перед обычными пластиковыми горшками очень много. Самая распространенная проблема начинающего садовода - гибель растений от переувлажнения. Корни растения залиты водой долгое время, они не могут дышать, корневым газам некуда деваться и растение гибнет, медленно, но верно. Гровер хочет помочь своему любимому растению и дополнительно поливает водой с хорошей дозой удобрений… и так  наша любовь убивает растение. В Гроубаге это не возможно, лишняя влага просто вытечет из горшка в поддон и позже субстрат впитает её обратно. Всегда есть доступ кислорода к корням, а корневые газы спокойно просачиваются сквозь ткань горшка. И с удобрениями интересная штука их излишки кристаллизуются снаружи горшка в виде налета. По этому фактору можно визуально следить за количеством удобрений в субстрате.   Когда и кем была разработана технология «воздушной подрезки корней», где в первые появилась?   Трудно сказать, в 70 -80 годах многие садоводы на дачах выращивали растения в мешках и получали отличные результаты. Мешки были обычные из простой ткани они быстро сгнивали и разрушались. С появлением новых материалов - геотекстиля - у этой технологии появилась вторая жизнь. Так что все новое это хорошо забытое старое. Воздушная подрезка корней это ещё один плюс Гроубага. При воздушной подрезке (микрокорень вырастает за пределы горшка, отсыхает, и начинает развиваться в других плоскостях) корень растения имеет правильную форму, отсутствует эффект закручивания, что тоже положительно сказывается на растении. Хорошо развитая корневая система – залог успеха.     С какими сложностями пришлось столкнуться при налаживании процесса производства и продаж?   С самого начала, мы старались, что бы Гроубаг был максимально доступным по цене, но существующие на сегодняшний день объемы производства не позволяют нам существенно снизить его стоимость. Мы не понимаем тех цен, за которые его продают некоторые производители.   На рынке можно встретить умные горшки различных производителей. В чем заключаются отличия и преимущества Гроубаг перед другими умными горшками?   Прежде всего в правильной плотности ткани и конструкции самого горшка. Мы совместно с лабораторией E-Mode провели исследование и выяснили что ткань горшка, вопреки мнению зарубежных производителей, должна быть более плотной и лучше удерживать влагу. Иначе горшок быстро высыхает. Этот момент к стати, является слабым местом тканевых горшков, особенно зарубежного производства.      За влажностью Гроубага нужно следить. Ну и конструкция у нас лучше, объем по факту больше на 20% от заявленного, что позволяет формировать очень мощную корневую систему даже в 15 литровых мешках. У мешков больше 10 литров есть завязки, что позволяет защищать субстрат от вредных насекомых и поддерживать влажность субстрата. У мешков больше 15 литров есть прочные стропы которые позволяют без труда переносить растения даже очень большого веса. Ну и цена, наша цена в разы ниже чем у зарубежных аналогов   C чем лучше использовать умный горшок: с нейтральным субстратом или с землёй?   Отлично подходит и для того и для другого.  Тут главное - качество компонентов. В земле их много и бывает сложно сразу оценить её качество. Гроубаг идеально подходит для органических технологий выращивания, за ними будущее. Его пластиковый конкурент AirPot слишком дорого стоит и не обладает теми достоинствами, которые имеет Гроубаг. Выглядит, конечно, круче. Но, это маркетинг чистой воды, я считаю.     На кого ориентирован Ваш продукт – он для частных потребителей или для массового производства?   В данный момент им пользуются  садоводы- гроверы, они впереди планеты всей, сознание простых садоводов ещё до этого не доросло. Когда в нашей стране, более широко начнут развивать органические индорные технологии, безусловно, Гроубагом заинтересуются производители.        Какие ваши планы на будущее, планируете ли выходить на международный рынок?   Выходить на международный рынок с Гроубагом вряд ли )) а вот с прибором контроля влажности и полива для Гроубага которые разработали наши партнеры из лаборатории E-mode.pro очень может быть. Но это другая история. )).   Официальный сайт Flora Grow о Гроубагах     Обсудить на форуме
  11. Наш спецкор в Украине заехали в гости в Харьков - к первому украинскому гроушопу и взяли небольшое интервью - с чего всё началось, что пользуется особой популярностью, про ассортимент и вмешательство органов в работу магазина. Смотрите также: Видео: Гроушопы России - УралГидропоника Grow Dealer (Mr.GrowChannel) Как открылся и работает первый грузинский гроушоп
  12. Ассоциация каннабиса - это приватные клубы для тех, кто любит покурить. Самый крутой клуб каннабиса Барселоны называется HQ и в этом видео его основатель Давид впервые дает интервью на русском языке, открыто отвечает на вопросы и рассказывает, как он достиг такого успеха. Смотрите также: Видео: Интервью с каннабизнесменом из Испании Интервью Майка Тайсона: Как он переписывает свою историю вместе с каннабисом
  13. Смотрите также: Видео: Интервью с каннабизнесменом из Испании Интервью Майка Тайсона: Как он переписывает свою историю вместе с каннабисом
  14. Смотрите также: Видео: Гроушопы России - УралГидропоника Grow Dealer (Mr.GrowChannel) Как открылся и работает первый грузинский гроушоп
  15. Третий выпуск "ситифермер подкаст" с Вадимом, в котором он рассказывает о построении своего бизнеса и с какими проблемами ему пришлось столкнуться и главный вопрос, можно ли работать с друзьями. Смотрите также: Видео: Интервью с технологом по производству удобрений Видео: Интервью с продавцом-консультантом магазина Горшкофф
  16. Смотрите также: Видео: Интервью с технологом по производству удобрений Видео: Интервью с продавцом-консультантом магазина Горшкофф
  17. Смотрите также: Paradise seeds и Стив Пилафф: "Пора бы выгнать конопляных скелетов из ваших шкафов" Интервью с Paradise Seeds: Выбор Чонга
  18. На канале CITY FARMER вышел первый выпуск "ситифермер подкаста" с Дмитрием, продавцом консультантом магазина Горшкофф. Ребята поговорили о родителях и их отношении к увлечениям своих детей. Обсудили историю магазина Gorshkoff и становления команды. Ну и про наше любимое :) Смотрите также: Видео: Как запустить свою ферму с микрозеленью Видео: Ситифермер 2020. Конференция по городскому растениеводству
  19. Смотрите также: Видео: Как запустить свою ферму с микрозеленью Видео: Ситифермер 2020. Конференция по городскому растениеводству
  20. Интервью с легендарным человеком Вильямом Тексье и автором книги «Гидропоника для всех» на Ситифермере 2020 года. Смотрите также: Видео от DzagiGrow: Интервью с Уильямом Тексье Видео: Ситифермер 2020, день 3 (Mr.GrowChannel) Видео: Ситифермер 2020. Конференция по городскому растениеводству
  21. Смотрите также: Видео от DzagiGrow: Интервью с Уильямом Тексье Видео: Ситифермер 2020, день 3 (Mr.GrowChannel) Видео: Ситифермер 2020. Конференция по городскому растениеводству
  22. Telegram-канал DrugStat взял интервью у портала DoseHelp, организации, которая старается минимизировать вред от наркотиков в России. Минимизация вреда - это стремительно развивающийся подход в мировой наркопрактике. В отличии от своих конкурентов, карательных и ограничительных мер, минимизация вреда ставит на первое место потребителя и его нужды. Согласно практике минимизации вреда (harm reduction) наркопотребителям, например, необходимо раздавать стерильное оборудование, проводить с ними всевозможные консультации и тестирования, а не сажать их в тюрьму и выписывать за потребление штрафы. Практику минимизации вреда двигают вперёд не только развитые государства, но и частные проекты. Если на Западе их уже гора, то в России всё только начинается. И безусловный первопроходец в данной области - портал DoseHelp. Данный проект недавно запустил свой собственный сайт и бот в телеграме, предоставляющий пользователю возможность рассчитать дозировку при приёме того или иного наркотика, посмотреть совместимость различных веществ, а также просто прочитать гору материала на тему harm reduction. Интервью Привет! В течение этого интервью мы поговорим о многом: о практике минимизации вреда в России, общей ситуации с веществами в стране, различных формах наркопотребления. Но для начала я, как и читатель, хочу услышать от тебя, что такое DoseHelp. Как давно и почему твой портал зародился? В чём смысл, миссия DoseHelp? Идея давно летала в воздухе: всё не решался делать или не хотел. Где-то год назад она окончательно у меня сформировалась. Почему захотел этим заняться? Просто смотрел на количество информации, количество исследований, читал один известный канал о ПАВ и подумал: "Почему бы и нет?". Не совсем представлял как реализовать такую масштабную задумку, но "дорога рождается под шагами идущего". Приблизительно год ушёл на поиск разработчика, врачей, структирование информации, составление таблицы совместимости... Теперь вот ре-дизайн и кастрирование функционала, который изначально закладывали. Делается это целью не попадать под санкции со стороны регистраторов и государства. Проект успешно работает уже некоторое время, люди им пользуются. Мне даже пару раз его показывали знакомые, говорили: "Смотри что сделали, для людей!". Забавно. Я не говорю знакомым о том, что владею DoseHelp. Зачем кому-то знать? Проект же сделан для людей, а не для моей популяризации, я же не глава какого-нибудь Фонда, который в политику собирается. У DoseHelp одна миссия - уменьшить количество трагических историй, сократить число умерших от веществ на территории моей Родины, а в идеале вообще помочь людям бросить наркотики и начать новую жизнь. Я хотел бы, чтобы DoseHelp стал первой ступенью к этому. При этом я правильно понимаю, что весь проект полностью некоммерческий? Зачем делать сервис, который не принесёт какой-либо материальной выгоды? Да, некоммерческий. Мир не без добрых людей, сейчас стали поступать предложения в плане поддержки, и мы даже начинаем с некоторыми людьми сотрудничать. Если Бог даст, может выйдем хотя бы в ноль. По поводу того, зачем — а зачем работать в скорой, платят же копейки? А зачем работать учителем? А зачем работать обычным сотрудником полиции? Хоть полицейских не любят в нашей стране, но им же тоже гроши платят. А зачем идти на фронт в случае войны? Если некому и никто не хочет - пусть буду я. Отличный ответ. Теперь, когда ты представился, давай поговорим о теме нашего разговора. Что вообще такое минимизация вреда, и почему в последнее время она притягивает к себе всё больше внимания? Объясняю простым языком, для обычных людей. Минимизация вреда - это способ не угробить себя наркотиками. Чтобы в тот момент, когда человек осознает необходимость жизненных изменений, он мог перестать употреблять без критических проблем со здоровьем. А привлекает внимание она по той причине, что работает. Вот и всё. Приведу аналогию. Представьте, что вы 50 лет смотрите одну и туже гонку. Каждый год на старт выходят разные автомобили, от разных концернов, но все они не могут добраться до финиша. Повезёт, если они вообще заведутся. Бывает, на трек залетает какой-то гениальный изобретатель с новым двигателем и концептом автомобиля. Его болид может сделать пару кругов, оставив всех позади, но гонку закончить всё равно не в состоянии. И вот тут появляется команда энтузиастов, учёных, которые выставляют свой автомобиль, каждый год доходящий до финиша первым, в то время как остальные свои болиды не могут и завести. Минимизация вреда поэтому и притягивает внимание. Потому что даёт результат. Приведи различия развития практики минимизации вреда в России и на Западе. Мы сзади или впереди? Вы не оглядывайтесь на Запад. Мы - не они, у нас разный менталитет. Объясню на актуальном примере. Сейчас в мире пандемия, и разные страны лечат вирус по-разному. Большинство стран кое-как справляются с помощью амбулаторного лечения. Амбулаторное лечение - это лечение на дому, пациент сам приходит к врачу, тот ему назначает лекарства, пациент уходит, через время посещает заново и так пока не выздоровеет. В России же исторически сложилась школа стационарного лечения, когда пациент лежит в больнице и врачи могут постоянно иметь к нему доступ. О плюсах и минусах каждой практики можно говорить долго, но важнее всего тут элементарное их различие. То же самое и с минимизацией вреда. Мы не можем на 100% перенять опыт западных специалистов. Не потому что он плохой или не правильный, он просто не для наших стран, вот и всё. Приведи примеры самых выдающихся на твой взгляд достижений в общемировом продвижении Harm reduction. Как по мне, никто ничего выдающегося в масштабах всего мира не делал. Все делают то, что очевидно и так. Раздать шприцы - это не деятельность по минимизации вреда, по крайней мере не в глобальных размерах; рассказать о том, что такое наркотики и что они вредны, тоже ничем не поможет. Чтобы минимизировать вред в мировых размерах необходим комплексный подход и согласованные действия структур в абсолютно разных сферах. Необходимо формировать правильную культуру в обществе наркопотребителей. Я бы очень хотел, чтобы все наркопотребители: — Понимали последствия и законность потребления наркотиков, доносили эту информации до других. — Измеряли точные дозировки и принимали другие меры предосторожности для снижения риска передозировки. — Перед употреблением проводили базовые тесты по определению подлинности и чистоты продукта. — Не управляли транспортными средствами, не эксплуатировали тяжелую технику и не несли какой-либо иной прямой или косвенной ответственности за безопасность или уход за другим лицом во время приёма наркотиков. — Вещества ранее не знакомые организму употребляли под контролем/наблюдением лица способного оказать первую медицинскую помощь. — Не пытались обмануть или убедить кого-либо использовать препарат, который они не хотят использовать. — Не позволяли употреблению наркотиков затмевать другие аспекты своей жизни. — Морально осознавали "природу наркотиков". Эти принципы ответственного подхода к употреблению наркотиков придумал не я, но если каждый (даже тот, кто наркотики не употребляет) будет их знать и придерживаться, то всем станет намного лучше. Одна из основных задач изучаемой нами практики - это необходимость сделать самих наркопотребителей более ответственными. Заставить думать о своём здоровье. Получилось ли Harm reduction за последние годы хоть не в значительной степени повлиять на осознание этого наркопотребителем? Сделать наркопотребителей более ответственными? Задача просто объяснить людям, что ни могут нанести непоправимый вред себе, и помочь им этого не делать. Поэтому наиважнейшая задача - сократить потребление очень опасных веществ, а реалистичная - сделать потребление опасных веществ хотя бы не столь рискованным для жизни. Расскажи об истории развития практики Harm reduction у нас в стране, да и вообще на территории СНГ. Как развивался интерес к данной теме? Информационный Harm reduction в России зародился с подачи редакции телеграм-канала Hydra, за что им от меня низкий поклон. Сколотить 200 000 подписчиков статьями о том, "как торчать и не сдохнуть"... Это было всего один раз и я думаю мы больше такого не увидим. Хорошо, что ты на эту тему высказался, ведь о ней мой следующий вопрос. Раньше, как это ни забавно, основным двигателем информационного harm reduction была Hydra. Огромное количество статей на эту тему на форуме сайта, собственный бот с онлайн-наркологами, Hydra Test. На фоне этого мне кажется, что основным агитатором минимизации вреда в России (по крайней мере такой информационной минимизации) является даркнет, то есть место, откуда наркотики и происходят. Так ли это на твой взгляд? Почему помогать наркопотребителям стремятся те, кто им наркотики и продаёт? Да, это так. Но нужно быть полным идиотом, чтобы верить всему, что происходит. Почему? Я долго сам думал, зачем им это. Может я ошибаюсь, но я пришёл к выводу, что люди просто зарабатывают деньги, но не хотят никого убивать - они придерживаются общечеловеческих принципов. В стране и так проблем хватает, а люди, стоящие во главе Hydra, я уверен, любят нашу страну не меньше, чем все остальные граждане. Иначе зачем им целая команда врачей, которым нужно платить деньги? Зачем они по сути толкнули в Россию направление Harm Reduction? Ради чего? Если ты спрашиваешь моё мнение, эта ситуация никакого отношения к человечности не имеет. Владельцы Hydra - это не патриоты, это в первую очередь барыги. Методы продажи веществ изменились, но цели данных людей остались теми же, что были и всегда. Мексиканские картели раздают в бедных кварталах еду, деньги, строят церкви. Но делают это не из человечности, а из желания сделать людей верными. Чтобы эти люди после скрывали у себя бойцов картелей от полиции. Тут, как мне это видится, аналогичная ситуация. Социальная ответственность Hydra - не более чем пиар ход. Запрет фентанила и его реализации на площадке с целью спасти жизни потребителей? Скорее способ не вызывать большую волну смертей, огромное число материалов о её источнике в СМИ и излишнее внимание правоохранительных органов. Врачи-наркологи и движение Harm reduction с целью помогать наркопотребителям? Больше как маркетинговый ход, выставляющий IT-гиганта в позитивном и добром свете, увеличивающий уважение и любовь в среде клиентов. Того же IT-гиганта, который своими руками создал солевую эпидемию по всей нашей стране. Любовь к родине? А по-моему тут лишь любовь к власти и деньгам. Но мы отвлеклись, давай вернёмся к изначальной теме разговора. Если мы говорим о harm reduction в России, то нельзя не вспомнить НКО по типу ФАР в Москве и "Гуманитарное действие" в Питере. Данные организации раздают стерильное оборудование, проводят тестирования и снабжают наркопотребителей справочными материалами. Как ты оцениваешь вклад таких НКО в развитие практики у нас в стране? А как можно оценивать это? Исключительно положительно. Наркопотребителям нужны чистые шприцы, тесты на ВИЧ, гепатит, СПИД... Не только для того, чтобы спасти себя, но и чтобы спасти всех остальных. Чтобы человек знал: он болеет, - чтобы он был осторожен. По юности лично наблюдал, как компания из нескольких человек шприц водичкой полоскала и передавала по кругу. Объяснять им, что так делать нельзя, бесполезно, зачем друга слушать? А вот если бы им врачи объясняли, возможно, так не делали бы. Если Гуманитарному Действию удаётся держаться, то от ФАР неспящее око не отводит свой взгляд достаточно давно, то признавая данную организацию иностранным агентом, то вынуждая закрыть свой сайт и называя “сеятелем зла”. Как ты думаешь, почему государство оказывает такой прессинг именно на данный фонд? Наше государство на то и наше, логику в его действиях искать не надо. Ввести методы борьбы с санкциями, запретив в страну привозить лекарства от того же ВИЧ... Мы выстрелим себе в ногу и будем показывать своё величие. Но анти-санкции отменили как только появился повод отменить их, не роняя в грязь лицо. Мол, мы идиоты, не до конца подумали о последствиях. Так что в масштабах государства 3-5 лет - не такой уж и большой срок, если сравнивать с советским наследием, где могли и 50 лет делать вид, что проблемы нет. И раз уж мы заговорили о государстве, каково официальное отношение России к вопросу минимизации вреда? Помогает ли государство в продвижении практики или только пытается остановить прогресс? Как и почему? Я не могу говорить за всех, могу говорить конкрентно за наш проект. Наш сайт заблокировали в первый месяц, пришлось менять название домена. Если кому-то помогают (надеюсь, такие люди есть), то нам нет. Но нам и не надо. Я знаю как наше государство помогает: потом догоняет и "помогает" ещё раз. Возникали ли на данный момент у нас в стране сервисы помимо Dose.Help, направленные на Harm Reduction? Какие ты бы мог выделить и почему? Были пару проектов, толкаемые энтузиастами, но все канули в лету. Однако, если вдруг появится новый амбициозный проект, мы готовы сотрудничать! Чем наркопотребитель в России и других ближних странах СНГ отличается от наркопотребителя на Западе? Как отличается его понимание принципов минимизации вреда и вообще отношение к этой практике? Наркопотребитель в России может взять 3 бутылки растворителя за 500 рублей, уйти в поля и сделать себе химии пару пакетов. Наркопотребитель на западе на такое не пойдёт. А если без шуток, я не жил на Западе, не работал с тем контингентом людей. Я не могу говорить за них, могу лишь описать наших людей. Конкретно в России наркопотребители в большинстве своём имеют крайне отдалённое представление о минимизации вреда. Что называется, слышал звон, да не знает, где он. Да что там, наркопотребители даже не пытаются определить, откуда этот звон идёт. Но мы стараемся изменить ситуацию. Кто такой российский наркопотребитель? Какие основные группы наркопотребителей в условиях нашей страны ты можешь выделить? Что им нужно, чтобы быть защищённым при употреблении веществ? И как приведённые тобой различные группы относятся к минимизации вреда и практикуют ли её? У меня статистических данных по наркопотребителям в стране, увы, нет. Наш бот запрашивает возраст, пол, вес, но не собирает информацию о пользователях. Мы не знаем сколько им лет, какой их вес, мы даже пол не можем точно сказать. Однако DoseHelp планирует сделать виртуальную клинику и юридическую консультацию. Если мы это сделаем, то будем собирать ряд статистических данных для определения проблем и географии этих проблем в регионах нашего присутствия. “Быдло-потребление” наркотиков. Что это и почему в России такой вид наркопотребления превалирует над Harm Reduction подходом? В России огромное множество людей, желающих просто забыться, не думать. Их пугает окружающая реальность, а тут доза радости подарит тебе прекрасное настроение. И не видишь больше, что ты в рваных кедах по первому снегу маршируешь в Мухосранске без денег и работы, а домой приходишь в панельку, где старые советские обои и ковёр на стене. Я сам, осознавая это, порой думаю, а не заторчать ли? А ведь есть совсем страшные ситуации. Люди, которые пережили моральное страдание, смерть близких. Не "быдло-потребление" это, просто желание не видеть всей окружающей реальности. Есть люди, кто употребляет вещества от хорошей жизни, но я их никогда не понимал и понимать не собираюсь. В наших ли силах изменить наркопотребителя, его осознание необходимости минимизировать вред? Нет, но в наших силах помочь снизить вред, стать первой ступенью к началу трезвой жизни - самому ответственному шагу. Раз мы говорим о минимизации вреда от наркотиков, давай и поговорим о том, что к этой минимизации толкает. С ростом популярности Hydra в России, какжется, всё больше людей начинают употреблять вещества. Как сегодняшняя наркоситуация нашей страны представляется тебе? Единственное на что действительно повлияла Hydra - это ценник. Он вырос и вырос значительно. Я помню что творилось в 90-е: как героин в один день заполонил все улицы городов всей нашей страны. Почему не вспоминают нулевые года? Когда в любом супермаркете можно было купить за баксов 10 пачку маковых семечек. И шли в страну тысячи тонн этих маковых семечек. Прекрасно помню момент, когда наконец-то ФСКН добилась запрета ввоза этого вещества, но закон вступил в силу лишь через полгода, а в течение этого времени супермаркеты продолжали завозить в страну мак. Hydra просто дала возможность увидеть весь размах. До этого никто не мог предоставить никакие данные, никакой статистики, как у тебя. Даже официальные отчёты не отражали ситуацию. Размах рынка кого-то может пугать, но ведь Пабло Эскобар зарабатывал гораздо больше. Цифра оборота всего сайта, как я понимаю, равна 1 000 000 000 долларов США в год, читал это где-то в западных изданиях. Это не прибыль и не доход, это оборот всего сайта, поправь меня если я перепутал. В этот миллиард долларов в год входят зарплаты всех кто работает в сфере, расходы на товар, форс-мажоры и так далее... цифра кажется страшной, но это для обывателя. Hydra невероятно раскручена и распиарена, но если говорить о цифрах, её оборот же не может превышать даже mail.ru. По моим расчётам лишь в России заработок Hydra на комиссиях, аукционах и прочему открытому для подсчётов равняется 6.2 млрд рублей. Оборот площадки куда больше. Она действительно меньше mail.ru, но факт того, что сайт по продаже наркотиков может в одной строчке сравниваться с таким IT-монстром, как mail.ru, уже говорит о многом, не так ли? Какие основные тенденции заметны в нарко-профиле России? И как смягчить вред от этих тенденций может практика Harm Reduction? Тенденции? В глубинке как торчали на всём, так и торчат. Как можем смягчить вред, покажет только время. Мы только в начале пути. Как за последние пару лет у нас изменилась культура наркопотребления? Огромное количество наркопотребитилей стали крайне негативно относится к так называемым солям. А ведь раньше этот наркотик был крайне популярен. Это главное изменение, которое произошло, но как и раньше данное вещество всё равно остается в топе. Какой бы ты хотел увидеть наркоситуацию нашей страны через 5 лет? Как должен измениться наркопотребитель, государство и дилеры, чтобы потребление веществ стало безопаснее? Ну и какое будущее ты видишь у практики Harm Reduction? Все принципы у дилеров умерли давно, у большинства из них точно. В идеале, хотелось бы, чтобы дилеры сами отказались от продажи и производств опасных веществ. Если дилеры будут самостоятельно продвигать политику минимизации вреда от употребления наркотиков, то тогда можно говорить о том, что что-то изменится. Можно будет находить точки соприкосновения по многим направлениям, а итогом станет отсутствие (минимизация) негативного отношения со стороны общества к наркопотребителям. Как следствие придёт снижение карательных мер к потребителям и сбытчикам. В это мне хочется верить. Хочется верить также и в то, что люди больше начнут заботиться о своём здоровье. Практика минимизации живёт в каждом из наркопотребителей. Чем больше людей знают, что так можно, тем больше практикующих. В России же, я уверен, общими усилиями мы сможем хотя бы сократить количество смертей. Последний вопрос в нашем интервью. Как ты планируешь влиять будущее наркоситуации в России? Какие у DoseHelp планы на ближайший год, несколько лет? Мы будем работать по многим фронтам. Один из таких - работа с дилерами. Минимизация вреда должна идти не только со стороны потребителя, но и со стороны продавца. Если ты помогаешь минимизировать вред со стороны дилера, ты не помогаешь продавать наркотики, а делаешь благо для покупателя. Я надеюсь, что дилеры в будущем будут делать себе ботов в телеграма на базе нашего проекта и давать его своим клиентам, чтобы они могли получить хоть какую-то помощь и прочитать хоть немного важной информации. На фронте работы с потребителем будем продолжать продвигать нашего бота, в котором уже около 4000 участников. Развивать сайт, внедрять больший функционал, ну и, конечно, стараться помочь большему количеству людей спасти своё здоровье от пагубного воздействия веществ. Очень надеюсь, что это получится! На такой позитивной ноте наше интервью подходит к концу. Искренне благодарю владельца портала DoseHelp за одновременно интересный и содержательный диалог. Больше узнать о DoseHelp, самолично попробовать калькулятор дозировок и таблицу совместимости вы можете на сайте: dose.help Читайте также по теме: Исследование: на каких наркотиках сидит Россия Яндекс: Какие наркотики люди ищут в поисковике Москва вошла в топ-10 городов мира по употреблению каннабиса Источник: DrugStat
  23. Минимизация вреда - это стремительно развивающийся подход в мировой наркопрактике. В отличии от своих конкурентов, карательных и ограничительных мер, минимизация вреда ставит на первое место потребителя и его нужды. Согласно практике минимизации вреда (harm reduction) наркопотребителям, например, необходимо раздавать стерильное оборудование, проводить с ними всевозможные консультации и тестирования, а не сажать их в тюрьму и выписывать за потребление штрафы. Практику минимизации вреда двигают вперёд не только развитые государства, но и частные проекты. Если на Западе их уже гора, то в России всё только начинается. И безусловный первопроходец в данной области - портал DoseHelp. Данный проект недавно запустил свой собственный сайт и бот в телеграме, предоставляющий пользователю возможность рассчитать дозировку при приёме того или иного наркотика, посмотреть совместимость различных веществ, а также просто прочитать гору материала на тему harm reduction. Интервью Привет! В течение этого интервью мы поговорим о многом: о практике минимизации вреда в России, общей ситуации с веществами в стране, различных формах наркопотребления. Но для начала я, как и читатель, хочу услышать от тебя, что такое DoseHelp. Как давно и почему твой портал зародился? В чём смысл, миссия DoseHelp? Идея давно летала в воздухе: всё не решался делать или не хотел. Где-то год назад она окончательно у меня сформировалась. Почему захотел этим заняться? Просто смотрел на количество информации, количество исследований, читал один известный канал о ПАВ и подумал: "Почему бы и нет?". Не совсем представлял как реализовать такую масштабную задумку, но "дорога рождается под шагами идущего". Приблизительно год ушёл на поиск разработчика, врачей, структирование информации, составление таблицы совместимости... Теперь вот ре-дизайн и кастрирование функционала, который изначально закладывали. Делается это целью не попадать под санкции со стороны регистраторов и государства. Проект успешно работает уже некоторое время, люди им пользуются. Мне даже пару раз его показывали знакомые, говорили: "Смотри что сделали, для людей!". Забавно. Я не говорю знакомым о том, что владею DoseHelp. Зачем кому-то знать? Проект же сделан для людей, а не для моей популяризации, я же не глава какого-нибудь Фонда, который в политику собирается. У DoseHelp одна миссия - уменьшить количество трагических историй, сократить число умерших от веществ на территории моей Родины, а в идеале вообще помочь людям бросить наркотики и начать новую жизнь. Я хотел бы, чтобы DoseHelp стал первой ступенью к этому. При этом я правильно понимаю, что весь проект полностью некоммерческий? Зачем делать сервис, который не принесёт какой-либо материальной выгоды? Да, некоммерческий. Мир не без добрых людей, сейчас стали поступать предложения в плане поддержки, и мы даже начинаем с некоторыми людьми сотрудничать. Если Бог даст, может выйдем хотя бы в ноль. По поводу того, зачем — а зачем работать в скорой, платят же копейки? А зачем работать учителем? А зачем работать обычным сотрудником полиции? Хоть полицейских не любят в нашей стране, но им же тоже гроши платят. А зачем идти на фронт в случае войны? Если некому и никто не хочет - пусть буду я. Отличный ответ. Теперь, когда ты представился, давай поговорим о теме нашего разговора. Что вообще такое минимизация вреда, и почему в последнее время она притягивает к себе всё больше внимания? Объясняю простым языком, для обычных людей. Минимизация вреда - это способ не угробить себя наркотиками. Чтобы в тот момент, когда человек осознает необходимость жизненных изменений, он мог перестать употреблять без критических проблем со здоровьем. А привлекает внимание она по той причине, что работает. Вот и всё. Приведу аналогию. Представьте, что вы 50 лет смотрите одну и туже гонку. Каждый год на старт выходят разные автомобили, от разных концернов, но все они не могут добраться до финиша. Повезёт, если они вообще заведутся. Бывает, на трек залетает какой-то гениальный изобретатель с новым двигателем и концептом автомобиля. Его болид может сделать пару кругов, оставив всех позади, но гонку закончить всё равно не в состоянии. И вот тут появляется команда энтузиастов, учёных, которые выставляют свой автомобиль, каждый год доходящий до финиша первым, в то время как остальные свои болиды не могут и завести. Минимизация вреда поэтому и притягивает внимание. Потому что даёт результат. Приведи различия развития практики минимизации вреда в России и на Западе. Мы сзади или впереди? Вы не оглядывайтесь на Запад. Мы - не они, у нас разный менталитет. Объясню на актуальном примере. Сейчас в мире пандемия, и разные страны лечат вирус по-разному. Большинство стран кое-как справляются с помощью амбулаторного лечения. Амбулаторное лечение - это лечение на дому, пациент сам приходит к врачу, тот ему назначает лекарства, пациент уходит, через время посещает заново и так пока не выздоровеет. В России же исторически сложилась школа стационарного лечения, когда пациент лежит в больнице и врачи могут постоянно иметь к нему доступ. О плюсах и минусах каждой практики можно говорить долго, но важнее всего тут элементарное их различие. То же самое и с минимизацией вреда. Мы не можем на 100% перенять опыт западных специалистов. Не потому что он плохой или не правильный, он просто не для наших стран, вот и всё. Приведи примеры самых выдающихся на твой взгляд достижений в общемировом продвижении Harm reduction. Как по мне, никто ничего выдающегося в масштабах всего мира не делал. Все делают то, что очевидно и так. Раздать шприцы - это не деятельность по минимизации вреда, по крайней мере не в глобальных размерах; рассказать о том, что такое наркотики и что они вредны, тоже ничем не поможет. Чтобы минимизировать вред в мировых размерах необходим комплексный подход и согласованные действия структур в абсолютно разных сферах. Необходимо формировать правильную культуру в обществе наркопотребителей. Я бы очень хотел, чтобы все наркопотребители: — Понимали последствия и законность потребления наркотиков, доносили эту информации до других. — Измеряли точные дозировки и принимали другие меры предосторожности для снижения риска передозировки. — Перед употреблением проводили базовые тесты по определению подлинности и чистоты продукта. — Не управляли транспортными средствами, не эксплуатировали тяжелую технику и не несли какой-либо иной прямой или косвенной ответственности за безопасность или уход за другим лицом во время приёма наркотиков. — Вещества ранее не знакомые организму употребляли под контролем/наблюдением лица способного оказать первую медицинскую помощь. — Не пытались обмануть или убедить кого-либо использовать препарат, который они не хотят использовать. — Не позволяли употреблению наркотиков затмевать другие аспекты своей жизни. — Морально осознавали "природу наркотиков". Эти принципы ответственного подхода к употреблению наркотиков придумал не я, но если каждый (даже тот, кто наркотики не употребляет) будет их знать и придерживаться, то всем станет намного лучше. Одна из основных задач изучаемой нами практики - это необходимость сделать самих наркопотребителей более ответственными. Заставить думать о своём здоровье. Получилось ли Harm reduction за последние годы хоть не в значительной степени повлиять на осознание этого наркопотребителем? Сделать наркопотребителей более ответственными? Задача просто объяснить людям, что ни могут нанести непоправимый вред себе, и помочь им этого не делать. Поэтому наиважнейшая задача - сократить потребление очень опасных веществ, а реалистичная - сделать потребление опасных веществ хотя бы не столь рискованным для жизни. Расскажи об истории развития практики Harm reduction у нас в стране, да и вообще на территории СНГ. Как развивался интерес к данной теме? Информационный Harm reduction в России зародился с подачи редакции телеграм-канала Hydra, за что им от меня низкий поклон. Сколотить 200 000 подписчиков статьями о том, "как торчать и не сдохнуть"... Это было всего один раз и я думаю мы больше такого не увидим. Хорошо, что ты на эту тему высказался, ведь о ней мой следующий вопрос. Раньше, как это ни забавно, основным двигателем информационного harm reduction была Hydra. Огромное количество статей на эту тему на форуме сайта, собственный бот с онлайн-наркологами, Hydra Test. На фоне этого мне кажется, что основным агитатором минимизации вреда в России (по крайней мере такой информационной минимизации) является даркнет, то есть место, откуда наркотики и происходят. Так ли это на твой взгляд? Почему помогать наркопотребителям стремятся те, кто им наркотики и продаёт? Да, это так. Но нужно быть полным идиотом, чтобы верить всему, что происходит. Почему? Я долго сам думал, зачем им это. Может я ошибаюсь, но я пришёл к выводу, что люди просто зарабатывают деньги, но не хотят никого убивать - они придерживаются общечеловеческих принципов. В стране и так проблем хватает, а люди, стоящие во главе Hydra, я уверен, любят нашу страну не меньше, чем все остальные граждане. Иначе зачем им целая команда врачей, которым нужно платить деньги? Зачем они по сути толкнули в Россию направление Harm Reduction? Ради чего? Если ты спрашиваешь моё мнение, эта ситуация никакого отношения к человечности не имеет. Владельцы Hydra - это не патриоты, это в первую очередь барыги. Методы продажи веществ изменились, но цели данных людей остались теми же, что были и всегда. Мексиканские картели раздают в бедных кварталах еду, деньги, строят церкви. Но делают это не из человечности, а из желания сделать людей верными. Чтобы эти люди после скрывали у себя бойцов картелей от полиции. Тут, как мне это видится, аналогичная ситуация. Социальная ответственность Hydra - не более чем пиар ход. Запрет фентанила и его реализации на площадке с целью спасти жизни потребителей? Скорее способ не вызывать большую волну смертей, огромное число материалов о её источнике в СМИ и излишнее внимание правоохранительных органов. Врачи-наркологи и движение Harm reduction с целью помогать наркопотребителям? Больше как маркетинговый ход, выставляющий IT-гиганта в позитивном и добром свете, увеличивающий уважение и любовь в среде клиентов. Того же IT-гиганта, который своими руками создал солевую эпидемию по всей нашей стране. Любовь к родине? А по-моему тут лишь любовь к власти и деньгам. Но мы отвлеклись, давай вернёмся к изначальной теме разговора. Если мы говорим о harm reduction в России, то нельзя не вспомнить НКО по типу ФАР в Москве и "Гуманитарное действие" в Питере. Данные организации раздают стерильное оборудование, проводят тестирования и снабжают наркопотребителей справочными материалами. Как ты оцениваешь вклад таких НКО в развитие практики у нас в стране? А как можно оценивать это? Исключительно положительно. Наркопотребителям нужны чистые шприцы, тесты на ВИЧ, гепатит, СПИД... Не только для того, чтобы спасти себя, но и чтобы спасти всех остальных. Чтобы человек знал: он болеет, - чтобы он был осторожен. По юности лично наблюдал, как компания из нескольких человек шприц водичкой полоскала и передавала по кругу. Объяснять им, что так делать нельзя, бесполезно, зачем друга слушать? А вот если бы им врачи объясняли, возможно, так не делали бы. Если Гуманитарному Действию удаётся держаться, то от ФАР неспящее око не отводит свой взгляд достаточно давно, то признавая данную организацию иностранным агентом, то вынуждая закрыть свой сайт и называя “сеятелем зла”. Как ты думаешь, почему государство оказывает такой прессинг именно на данный фонд? Наше государство на то и наше, логику в его действиях искать не надо. Ввести методы борьбы с санкциями, запретив в страну привозить лекарства от того же ВИЧ... Мы выстрелим себе в ногу и будем показывать своё величие. Но анти-санкции отменили как только появился повод отменить их, не роняя в грязь лицо. Мол, мы идиоты, не до конца подумали о последствиях. Так что в масштабах государства 3-5 лет - не такой уж и большой срок, если сравнивать с советским наследием, где могли и 50 лет делать вид, что проблемы нет. И раз уж мы заговорили о государстве, каково официальное отношение России к вопросу минимизации вреда? Помогает ли государство в продвижении практики или только пытается остановить прогресс? Как и почему? Я не могу говорить за всех, могу говорить конкрентно за наш проект. Наш сайт заблокировали в первый месяц, пришлось менять название домена. Если кому-то помогают (надеюсь, такие люди есть), то нам нет. Но нам и не надо. Я знаю как наше государство помогает: потом догоняет и "помогает" ещё раз. Возникали ли на данный момент у нас в стране сервисы помимо Dose.Help, направленные на Harm Reduction? Какие ты бы мог выделить и почему? Были пару проектов, толкаемые энтузиастами, но все канули в лету. Однако, если вдруг появится новый амбициозный проект, мы готовы сотрудничать! Чем наркопотребитель в России и других ближних странах СНГ отличается от наркопотребителя на Западе? Как отличается его понимание принципов минимизации вреда и вообще отношение к этой практике? Наркопотребитель в России может взять 3 бутылки растворителя за 500 рублей, уйти в поля и сделать себе химии пару пакетов. Наркопотребитель на западе на такое не пойдёт. А если без шуток, я не жил на Западе, не работал с тем контингентом людей. Я не могу говорить за них, могу лишь описать наших людей. Конкретно в России наркопотребители в большинстве своём имеют крайне отдалённое представление о минимизации вреда. Что называется, слышал звон, да не знает, где он. Да что там, наркопотребители даже не пытаются определить, откуда этот звон идёт. Но мы стараемся изменить ситуацию. Кто такой российский наркопотребитель? Какие основные группы наркопотребителей в условиях нашей страны ты можешь выделить? Что им нужно, чтобы быть защищённым при употреблении веществ? И как приведённые тобой различные группы относятся к минимизации вреда и практикуют ли её? У меня статистических данных по наркопотребителям в стране, увы, нет. Наш бот запрашивает возраст, пол, вес, но не собирает информацию о пользователях. Мы не знаем сколько им лет, какой их вес, мы даже пол не можем точно сказать. Однако DoseHelp планирует сделать виртуальную клинику и юридическую консультацию. Если мы это сделаем, то будем собирать ряд статистических данных для определения проблем и географии этих проблем в регионах нашего присутствия. “Быдло-потребление” наркотиков. Что это и почему в России такой вид наркопотребления превалирует над Harm Reduction подходом? В России огромное множество людей, желающих просто забыться, не думать. Их пугает окружающая реальность, а тут доза радости подарит тебе прекрасное настроение. И не видишь больше, что ты в рваных кедах по первому снегу маршируешь в Мухосранске без денег и работы, а домой приходишь в панельку, где старые советские обои и ковёр на стене. Я сам, осознавая это, порой думаю, а не заторчать ли? А ведь есть совсем страшные ситуации. Люди, которые пережили моральное страдание, смерть близких. Не "быдло-потребление" это, просто желание не видеть всей окружающей реальности. Есть люди, кто употребляет вещества от хорошей жизни, но я их никогда не понимал и понимать не собираюсь. В наших ли силах изменить наркопотребителя, его осознание необходимости минимизировать вред? Нет, но в наших силах помочь снизить вред, стать первой ступенью к началу трезвой жизни - самому ответственному шагу. Раз мы говорим о минимизации вреда от наркотиков, давай и поговорим о том, что к этой минимизации толкает. С ростом популярности Hydra в России, какжется, всё больше людей начинают употреблять вещества. Как сегодняшняя наркоситуация нашей страны представляется тебе? Единственное на что действительно повлияла Hydra - это ценник. Он вырос и вырос значительно. Я помню что творилось в 90-е: как героин в один день заполонил все улицы городов всей нашей страны. Почему не вспоминают нулевые года? Когда в любом супермаркете можно было купить за баксов 10 пачку маковых семечек. И шли в страну тысячи тонн этих маковых семечек. Прекрасно помню момент, когда наконец-то ФСКН добилась запрета ввоза этого вещества, но закон вступил в силу лишь через полгода, а в течение этого времени супермаркеты продолжали завозить в страну мак. Hydra просто дала возможность увидеть весь размах. До этого никто не мог предоставить никакие данные, никакой статистики, как у тебя. Даже официальные отчёты не отражали ситуацию. Размах рынка кого-то может пугать, но ведь Пабло Эскобар зарабатывал гораздо больше. Цифра оборота всего сайта, как я понимаю, равна 1 000 000 000 долларов США в год, читал это где-то в западных изданиях. Это не прибыль и не доход, это оборот всего сайта, поправь меня если я перепутал. В этот миллиард долларов в год входят зарплаты всех кто работает в сфере, расходы на товар, форс-мажоры и так далее... цифра кажется страшной, но это для обывателя. Hydra невероятно раскручена и распиарена, но если говорить о цифрах, её оборот же не может превышать даже mail.ru. По моим расчётам лишь в России заработок Hydra на комиссиях, аукционах и прочему открытому для подсчётов равняется 6.2 млрд рублей. Оборот площадки куда больше. Она действительно меньше mail.ru, но факт того, что сайт по продаже наркотиков может в одной строчке сравниваться с таким IT-монстром, как mail.ru, уже говорит о многом, не так ли? Какие основные тенденции заметны в нарко-профиле России? И как смягчить вред от этих тенденций может практика Harm Reduction? Тенденции? В глубинке как торчали на всём, так и торчат. Как можем смягчить вред, покажет только время. Мы только в начале пути. Как за последние пару лет у нас изменилась культура наркопотребления? Огромное количество наркопотребитилей стали крайне негативно относится к так называемым солям. А ведь раньше этот наркотик был крайне популярен. Это главное изменение, которое произошло, но как и раньше данное вещество всё равно остается в топе. Какой бы ты хотел увидеть наркоситуацию нашей страны через 5 лет? Как должен измениться наркопотребитель, государство и дилеры, чтобы потребление веществ стало безопаснее? Ну и какое будущее ты видишь у практики Harm Reduction? Все принципы у дилеров умерли давно, у большинства из них точно. В идеале, хотелось бы, чтобы дилеры сами отказались от продажи и производств опасных веществ. Если дилеры будут самостоятельно продвигать политику минимизации вреда от употребления наркотиков, то тогда можно говорить о том, что что-то изменится. Можно будет находить точки соприкосновения по многим направлениям, а итогом станет отсутствие (минимизация) негативного отношения со стороны общества к наркопотребителям. Как следствие придёт снижение карательных мер к потребителям и сбытчикам. В это мне хочется верить. Хочется верить также и в то, что люди больше начнут заботиться о своём здоровье. Практика минимизации живёт в каждом из наркопотребителей. Чем больше людей знают, что так можно, тем больше практикующих. В России же, я уверен, общими усилиями мы сможем хотя бы сократить количество смертей. Последний вопрос в нашем интервью. Как ты планируешь влиять будущее наркоситуации в России? Какие у DoseHelp планы на ближайший год, несколько лет? Мы будем работать по многим фронтам. Один из таких - работа с дилерами. Минимизация вреда должна идти не только со стороны потребителя, но и со стороны продавца. Если ты помогаешь минимизировать вред со стороны дилера, ты не помогаешь продавать наркотики, а делаешь благо для покупателя. Я надеюсь, что дилеры в будущем будут делать себе ботов в телеграма на базе нашего проекта и давать его своим клиентам, чтобы они могли получить хоть какую-то помощь и прочитать хоть немного важной информации. На фронте работы с потребителем будем продолжать продвигать нашего бота, в котором уже около 4000 участников. Развивать сайт, внедрять больший функционал, ну и, конечно, стараться помочь большему количеству людей спасти своё здоровье от пагубного воздействия веществ. Очень надеюсь, что это получится! На такой позитивной ноте наше интервью подходит к концу. Искренне благодарю владельца портала DoseHelp за одновременно интересный и содержательный диалог. Больше узнать о DoseHelp, самолично попробовать калькулятор дозировок и таблицу совместимости вы можете на сайте: dose.help Читайте также по теме: Исследование: на каких наркотиках сидит Россия Яндекс: Какие наркотики люди ищут в поисковике Москва вошла в топ-10 городов мира по употреблению каннабиса Источник: DrugStat
  24. В этом видео Николай Горшков расскажет нам интересные истории из своей жизни, связанные с лекарственными растениями. Его отношение и прогноз касательно ситуации вокруг лекарственных растений. Разговоры о Украине и надвигающейся легализации. Смотрите также: Аграрный Китай. Часть 3. Итоги Видео: Новый закон о веществах и растениях (GORSHKOFFTV)
  • Создать...

Успех! Новость принята на премодерацию. Совсем скоро ищите в ленте новостей!