Публикации
Гроупедия
Перейти к содержанию

Поиск сообщества

Показаны результаты для тегов 'наркополитика'.

  • Поиск по тегам

    Введите теги через запятую.
  • Поиск по автору

Тип контента


Форумы

  • Администрация
    • ПРАВИЛА ФОРУМА
    • Обратная связь
  • Растениеводство
    • Я – новичок
    • Жизненный цикл. От семечки до урожая
    • Культура употребления
    • Гроубокс
    • Гидропоника
    • Земля и почвосмеси
    • Органика
    • Открытый грунт
    • Сорта и генетика
    • Оборудование и удобрения
    • Видеоканал
    • Своими руками
    • Библиотека
    • Техническое коноплеводство
    • Ситифермерство
    • Энтеогены
    • English Growers Area
  • Гроурепорты
  • Конкурсы
  • Гроу - рынок
  • Общество

Категории

  • Все публикации
    • Новости
    • Тенденции
    • Интервью
    • События
    • Дайджест
    • Истории
    • Конкурсы
    • Видео
  • О нас
  • Важное
  • Акции гроурынка
  • Гроупедия
    • Гроупедия
    • Я - новичок
    • Жизненный цикл
    • Вода и водоподготовка
    • Почва и субстраты
    • Удобрения/стимуляторы
    • Сорта и генетика
    • Проблемы растений
    • Тренировка растений
    • Гроубокс / Гроурум / Микро / Стелс
    • Освещение
    • Гидропоника
    • Органика
    • Открытый грунт (Аутдор)
    • Своими руками (Handmade / DIY)
    • Культура употребления
    • Видеотека
    • Энтеогены
    • Библиотека
    • Кулинария
    • Медицина
    • Топы / подборки
    • Лайфстайл
    • Исследования
    • Ситифермерство
    • Гроухаки
    • История
    • Экстракты
    • Юридическая безопасность
    • Техническое коноплеводство
    • Другое
  • Шпаргалка
  • Архив лунного календаря
  • Оборудование и удобрения
    • Онлайн гроушопы
    • Физические магазины
    • Оборудование
    • Удобрения
    • Магазины оборудования и удобрений в странах СНГ
  • Семена
    • Сидшопы
    • Сидбанки
  • Гороскоп
  • Девайсы

Поиск результатов в...

Поиск контента, содержащего...


Дата создания

  • Начало

    Конец


Дата обновления

  • Начало

    Конец


Фильтр по количеству...

Регистрация

  • Начало

    Конец


Группа


Telegram


Сайт


ICQ


Jabber


Skype


Город


Интересы

  1. Околоправительственная организация под названием «Лига безопасного интернета» попросила Генеральную прокуратуру провести расследование и проверить исполнителя «Моргенштерна» на предмет пропаганды наркотиков. Директор Лиги, член Общественной палаты (ОП) РФ Екатерина Мизулина (дочь Елены Мизулиной) сообщила, что рэпера Моргенштерна необходимо проверить по поводу возможной пропаганды наркотиков в детской среде. «По поводу Моргенштерна. Не озвучивали еще эту тему публично. Лига безопасного интернета обратилась в правоохранительные органы, Генеральную прокуратуру в связи с действиями данного исполнителя», - сказала Мизулина в ходе круглого стола, посвященного информационной безопасности детей. В организации считают, что Моргенштерн «последовательно занимается пропагандой наркотиков в детской среде и призвали правоохранительные органы провести проверку по данному факту». В случае выявления нарушений правоохранительные органы могут привлечь музыканта к ответственности, вполне вероятно, что уже уголовной. Ранее с подобной просьбой обратился к президенту член Общественной палаты Дмитрий Носов. Он заявил, что в своих песнях рэпер открыто пропагандирует наркотики, детскую порнографию и призывает девушек к «порнографическим действиям». Носов также предложил удалить все песни Моргенштерна из сети и призвать его в армию. Близкое по теме: За склонение к употреблению наркотиков в интернете теперь грозит до 10 лет Литературная пропаганда: Наркотики в поэзии Что значит "склонять к употреблению наркотиков"? Источник: daily.afisha.ru Просмотр полной Статья
  2. Директор Лиги, член Общественной палаты (ОП) РФ Екатерина Мизулина (дочь Елены Мизулиной) сообщила, что рэпера Моргенштерна необходимо проверить по поводу возможной пропаганды наркотиков в детской среде. «По поводу Моргенштерна. Не озвучивали еще эту тему публично. Лига безопасного интернета обратилась в правоохранительные органы, Генеральную прокуратуру в связи с действиями данного исполнителя», - сказала Мизулина в ходе круглого стола, посвященного информационной безопасности детей. В организации считают, что Моргенштерн «последовательно занимается пропагандой наркотиков в детской среде и призвали правоохранительные органы провести проверку по данному факту». В случае выявления нарушений правоохранительные органы могут привлечь музыканта к ответственности, вполне вероятно, что уже уголовной. Ранее с подобной просьбой обратился к президенту член Общественной палаты Дмитрий Носов. Он заявил, что в своих песнях рэпер открыто пропагандирует наркотики, детскую порнографию и призывает девушек к «порнографическим действиям». Носов также предложил удалить все песни Моргенштерна из сети и призвать его в армию. Близкое по теме: За склонение к употреблению наркотиков в интернете теперь грозит до 10 лет Литературная пропаганда: Наркотики в поэзии Что значит "склонять к употреблению наркотиков"? Источник: daily.afisha.ru
  3. Документ говорит о том, что основанием не может быть также обнаружение в теле человека наркотических или психотропных средств при отсутствии «достаточных данных, указывающих на факт их передачи». Закон вносит изменения в статью 146 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Авторы отмечают, что инициатива направлена на исключение фактов необоснованного возбуждения уголовных дел по статьям 228.1 и 228.4 Уголовного кодекса. Законопроект был разработанный с целью защиты граждан от необоснованного преследования по «наркотическим статьям», однако был отклонен Совфедом в декабре прошлого года. Тогда говорилось о том, что уголовные дела по факту наркосбыта не могут быть возбуждены при отсутствии данных о виде, массе и наименовании наркотиков, а также без достаточных доказательств об их передачи другим лицам. Профильный комитет Совфеда заявил, что такие формулировки могут привести к снижению эффективности противодействия наркоторговле. Как отметил глава комитета Совфеда по конституционному законодательству и госстроительству Андрей Клишас, в новой редакции закон принимать можно. Близкое по теме: За склонение к употреблению наркотиков в интернете теперь грозит до 10 лет Совфед отклонил закон, ужесточающий порядок возбуждения уголовных дел по наркосбыту Цели и задачи антинаркотической политики России до 2030 года Источник: kp.ru
  4. Совет Федерации одобрил закон, согласно которому факт нахождения лица в состоянии наркотического опьянения не может служить основанием для возбуждения против него уголовного дела о сбыте наркотиков. Документ говорит о том, что основанием не может быть также обнаружение в теле человека наркотических или психотропных средств при отсутствии «достаточных данных, указывающих на факт их передачи». Закон вносит изменения в статью 146 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Авторы отмечают, что инициатива направлена на исключение фактов необоснованного возбуждения уголовных дел по статьям 228.1 и 228.4 Уголовного кодекса. Законопроект был разработанный с целью защиты граждан от необоснованного преследования по «наркотическим статьям», однако был отклонен Совфедом в декабре прошлого года. Тогда говорилось о том, что уголовные дела по факту наркосбыта не могут быть возбуждены при отсутствии данных о виде, массе и наименовании наркотиков, а также без достаточных доказательств об их передачи другим лицам. Профильный комитет Совфеда заявил, что такие формулировки могут привести к снижению эффективности противодействия наркоторговле. Как отметил глава комитета Совфеда по конституционному законодательству и госстроительству Андрей Клишас, в новой редакции закон принимать можно. Близкое по теме: За склонение к употреблению наркотиков в интернете теперь грозит до 10 лет Совфед отклонил закон, ужесточающий порядок возбуждения уголовных дел по наркосбыту Цели и задачи антинаркотической политики России до 2030 года Источник: kp.ru Просмотр полной Статья
  5. Аналитический отдел британского журнал The Economist и международный фонд Альянс общественного здоровья представили отчет о наблюдении за наркополитикой России, Беларуси, Казахстана и Кыргызстана. Презентация состоялась в ходе онлайн-дискуссии, транслируемой на YouTube. К участию в онлайн-дискуссии были приглашены представители гражданского общества стран ВЕЦА, представители профильных государственных структур, которые принимают решения по вопросам политик по наркотикам, представители страновых, донорских и международных организаций, медработники, эксперты, правозащитники, СМИ. Наркополитика стран региона Восточной Европы и Центральной Азии (ВЕЦА) во многом схожа и характеризуется прежде всего преобладанием правоохранительных мер, в то время как меры общественного здоровья, направленные на профилактику, реабилитацию, лечение и доступ к подконтрольным лекарственным средствам остаются менее приоритетными для правительств. Законодательство этих стран и правоприменительная практика имеют ограничительный и даже карательный характер. Основными жертвами такого подхода стают люди, употребляющие наркотики (ЛУН), которые прежде всего являются хронически-больными людьми, которые нуждаются в медицинской и социальной помощи. Вместо этого, на практике, ЛУН стают заложниками существующего подхода, так как на них, а не на организованный наркобизнес, направлены основные усилия правоохранительных органов. В отчете описываются методы и основные выводы исследования аналитического отдела журнала «Экономист» о криминализации, доступе к медицинским и социальным услугам людей, употребляющих инъекционные наркотики (ЛУИН), в четырех странах Восточной Европы и Центральной Азии (ВЕЦА): Беларуси, Казахстане, Кыргызстане и России. Эти страны были выбраны в связи с высоким уровнем потребления наркотиков, несоразмерного законодательного регулирования и правоохранительных практик в отношении ЛУИН. Для понимания социальных и политических барьеров и расходов, связанных с расширением масштабов профилактики ВИЧ для ЛУИН и целевых показателей лечения в исследовании было рассмотрено ряд факторов. Так, в отчете раскрываются последствия карательной политики правоохранительных органов с использованием метода моделирования, который оценивает экономию и выгоды от расширения масштабов мер общественного здравоохранения в интересах ЛУИН, в отличие от нынешнего подхода криминализации. В заключении отчета приводятся ключевые рекомендации по совершенствованию практик снижения вреда для ЛУИН в странах ВЕЦА с целью снижения уровня распространения ВИЧ. Близкое по теме: Как меняется наркополитика России? Мировая война с наркотиками и её итоги. Семь ярких примеров Психоделики в медицине. Интервью с психиатром Александром Лебедевым Просмотр полной Статья
  6. Журналисты с ютюб-канала Редакция решили разобраться, как в России борются с наркотиками, и что не так с этой борьбой. Кто здесь и на чём зарабатывает? Этот выпуск об одной из самых сложных и глубоких проблем, которая есть в России и в мире. По данным ООН, от наркозависимости страдают порядка 35 млн человек. При этом в России официальная и неофициальная статистики отличаются в десятки раз. Косвенно о количестве наркозависимых говорит и популярность реабилитационных центров по всей стране. Близкое по теме: Как стигма «наркоман» мешает всему обществу Расследование BBC: как 5 грамм травки превратились в полкило амфетамина и 11 лет тюрьмы Просмотр полной Статья
  7. Этот выпуск об одной из самых сложных и глубоких проблем, которая есть в России и в мире. По данным ООН, от наркозависимости страдают порядка 35 млн человек. При этом в России официальная и неофициальная статистики отличаются в десятки раз. Косвенно о количестве наркозависимых говорит и популярность реабилитационных центров по всей стране. Близкое по теме: Как стигма «наркоман» мешает всему обществу Расследование BBC: как 5 грамм травки превратились в полкило амфетамина и 11 лет тюрьмы
  8. Законопроект об уголовной ответственности за пропаганду наркотиков в интернете прошел третье чтение и направляется в Совет Федерации. Чем «склонение к употреблению» наркотиков отличается от их «пропаганды» — объясняет юрист Арсений Левинсон. Только что Госдума в третьем, окончательном чтении приняла поправки к статье 230 УК РФ, по которым за использование интернета в склонении к употреблению наркотиков придётся отправиться в колонию на срок от 5 до 10 лет. Поправки также увеличивают минимальный срок заключения в том случае, когда склонение привело к смерти двух и более человек или когда склоняли ребенка — раньше было от 10 до 15 лет, станет от 12 до 15. Пресс-центр Госдумы, не говоря уже о СМИ, не раз называл эти поправки «усилением уголовной ответственности за пропаганду наркотиков». Из-за этого в общественном сознании возникла некоторая путаница, ведь наркопропаганда всегда считалась правонарушением, а не преступлением, и каралась штрафами, размер которых регулирует статья 6.13 КоАП. «В отличии от пропаганды, предполагающей распространение информации неопределенному кругу лиц, для преступления, предусмотренного статьей 230 УК, необходимо наличие потерпевшей стороны, то есть установления лица или нескольких лиц, которые склонялись к употреблению наркотиков», — объяснил нам разницу Арсений Левинсон, юрист проекта @handhelpru, оказывающего правовую помощь по делам, связанным с наркотиками. По словам правозащитника, сейчас, согласно постановлению Пленума Верховного Суда, для возбуждения дел о пропаганде достаточно установить факт распространения запрещённой информации — о способах использования, изготовления, употребления наркотиков или о преимуществах одних наркотиков над другими, в том числе в медицине. К запрещёнке также относят информацию с положительной оценкой употребления наркотиков. А чтобы "штрафную" пропаганду можно было переквалифицировать в "тюремное" склонение, следователям придётся найти конкретного человека или группу лиц, у которых возникло желание употребить запрещённые вещества из-за слов или действий человека, который обвиняется в склонении. «Однако, — отмечает Левинсон. — Истолкование уголовного закона может измениться. Нельзя гарантировать, что практика применения статьи 230 УК в предлагаемой депутатами редакции будет такой же, как была до предлагаемых поправок». Близкое по теме: Что значит "склонять к употреблению наркотиков"? Как меняется наркополитика России? За пропаганду наркотиков в сети предложили сажать на 15 лет Источник: t.me/drugnews_ru Просмотр полной Статья
  9. Только что Госдума в третьем, окончательном чтении приняла поправки к статье 230 УК РФ, по которым за использование интернета в склонении к употреблению наркотиков придётся отправиться в колонию на срок от 5 до 10 лет. Поправки также увеличивают минимальный срок заключения в том случае, когда склонение привело к смерти двух и более человек или когда склоняли ребенка — раньше было от 10 до 15 лет, станет от 12 до 15. Пресс-центр Госдумы, не говоря уже о СМИ, не раз называл эти поправки «усилением уголовной ответственности за пропаганду наркотиков». Из-за этого в общественном сознании возникла некоторая путаница, ведь наркопропаганда всегда считалась правонарушением, а не преступлением, и каралась штрафами, размер которых регулирует статья 6.13 КоАП. «В отличии от пропаганды, предполагающей распространение информации неопределенному кругу лиц, для преступления, предусмотренного статьей 230 УК, необходимо наличие потерпевшей стороны, то есть установления лица или нескольких лиц, которые склонялись к употреблению наркотиков», — объяснил нам разницу Арсений Левинсон, юрист проекта @handhelpru, оказывающего правовую помощь по делам, связанным с наркотиками. По словам правозащитника, сейчас, согласно постановлению Пленума Верховного Суда, для возбуждения дел о пропаганде достаточно установить факт распространения запрещённой информации — о способах использования, изготовления, употребления наркотиков или о преимуществах одних наркотиков над другими, в том числе в медицине. К запрещёнке также относят информацию с положительной оценкой употребления наркотиков. А чтобы "штрафную" пропаганду можно было переквалифицировать в "тюремное" склонение, следователям придётся найти конкретного человека или группу лиц, у которых возникло желание употребить запрещённые вещества из-за слов или действий человека, который обвиняется в склонении. «Однако, — отмечает Левинсон. — Истолкование уголовного закона может измениться. Нельзя гарантировать, что практика применения статьи 230 УК в предлагаемой депутатами редакции будет такой же, как была до предлагаемых поправок». Близкое по теме: Что значит "склонять к употреблению наркотиков"? Как меняется наркополитика России? За пропаганду наркотиков в сети предложили сажать на 15 лет Источник: t.me/drugnews_ru
  10. Некоторые регионы лидируют по числу оформленных документов. Так, больше всего протоколов составили в Татарстане (1,91 тысячи), Бурятии (1,25 тысячи) и Астраханской области (1,18 тысячи). Несколько меньше показатели в Краснодарском (1,11 тысячи) и Приморском (1,02 тысячи) краях. В свою очередь минимальные цифры по потребителям марихуаны — в Магаданской области (семь человек), Камчатском крае (семь человек) и Ненецком автономном округе (восемь человек). Замыкают пятёрку Кировская и Курская области — там нашли по 11 потребителей наркотика. В Москве же составили протоколы в отношении 375 любителей «травки», тогда как в Санкт-Петербурге — 316. Стоит отметить, что также снизилось число потребителей опиоидов (с 7,3 тысячи в 2019 году до 6,31 тысячи в 2020) и героина (с 1,4 тысячи до 1,14 тысячи). По закону потребление наркотиков или психоактивных веществ без назначения врача представляет собой административное правонарушение. За него могут наказать штрафом до пяти тысяч рублей или административным арестом на 15 суток. Во время пандемии наркотрафик снизился во многом благодаря закрытым границам, считают эксперты. Часть зависимых остались без «дозы» и перешли в состояние вынужденной ремиссии, рассказала научный сотрудник отделения амбулаторной медицинской реабилитации филиала НМИЦПН имени В. П. Сербского Ольга Коротина. При этом некоторые наркоманы могли компенсировать недостаток наркотика алкоголем, считает специалист. «Алкоголь в свободном доступе. Это называется перезависимость. Они начинают переходить на другое психоактивное вещество. Не все и не всегда, но чаще всего. Потому что болезнь зависимости требует психоактивного вещества. То есть вынужденное обращение к алкоголю в связи с тем, что болезнь требует употребления», — пояснила Коротина. Она добавила, что на статистике также могли сказаться пропускной режим и самоизоляция — в таких условиях наркоманам труднее затеряться в толпе и потому они становятся более заметными для правоохранителей. Однако в то же время зависимые, вероятно, стали чаще потреблять наркотики дома, в результате чего их меньше задерживали. Близкое по теме: Легализация каннабиса добралась до федеральных каналов России Видео: Новости по плану выпуск №7. Топ событий в России 2020 (Горшков) В «Трезвой России» спрогнозировали сокращение населения страны на 20 млн из-за наркотиков и алкоголя Источник: news.ru
  11. Жители России стали реже потреблять марихуану. Так, в 2020 году протоколы об административных правонарушениях составили в отношении 24,8 тысячи потребителей каннабиноидов, тогда как в 2019 году — 27,4 тысячи. Об этом свидетельствуют данные МВД. Некоторые регионы лидируют по числу оформленных документов. Так, больше всего протоколов составили в Татарстане (1,91 тысячи), Бурятии (1,25 тысячи) и Астраханской области (1,18 тысячи). Несколько меньше показатели в Краснодарском (1,11 тысячи) и Приморском (1,02 тысячи) краях. В свою очередь минимальные цифры по потребителям марихуаны — в Магаданской области (семь человек), Камчатском крае (семь человек) и Ненецком автономном округе (восемь человек). Замыкают пятёрку Кировская и Курская области — там нашли по 11 потребителей наркотика. В Москве же составили протоколы в отношении 375 любителей «травки», тогда как в Санкт-Петербурге — 316. Стоит отметить, что также снизилось число потребителей опиоидов (с 7,3 тысячи в 2019 году до 6,31 тысячи в 2020) и героина (с 1,4 тысячи до 1,14 тысячи). По закону потребление наркотиков или психоактивных веществ без назначения врача представляет собой административное правонарушение. За него могут наказать штрафом до пяти тысяч рублей или административным арестом на 15 суток. Во время пандемии наркотрафик снизился во многом благодаря закрытым границам, считают эксперты. Часть зависимых остались без «дозы» и перешли в состояние вынужденной ремиссии, рассказала научный сотрудник отделения амбулаторной медицинской реабилитации филиала НМИЦПН имени В. П. Сербского Ольга Коротина. При этом некоторые наркоманы могли компенсировать недостаток наркотика алкоголем, считает специалист. «Алкоголь в свободном доступе. Это называется перезависимость. Они начинают переходить на другое психоактивное вещество. Не все и не всегда, но чаще всего. Потому что болезнь зависимости требует психоактивного вещества. То есть вынужденное обращение к алкоголю в связи с тем, что болезнь требует употребления», — пояснила Коротина. Она добавила, что на статистике также могли сказаться пропускной режим и самоизоляция — в таких условиях наркоманам труднее затеряться в толпе и потому они становятся более заметными для правоохранителей. Однако в то же время зависимые, вероятно, стали чаще потреблять наркотики дома, в результате чего их меньше задерживали. Близкое по теме: Легализация каннабиса добралась до федеральных каналов России Видео: Новости по плану выпуск №7. Топ событий в России 2020 (Горшков) В «Трезвой России» спрогнозировали сокращение населения страны на 20 млн из-за наркотиков и алкоголя Источник: news.ru Просмотр полной Статья
  12. Употребление наркотиков в России - одна из самых стигматизированных сфер общественных отношений. К наркопотребителям государство и общество относятся заведомо предвзято, и это не только мешает им выздороветь, но и часто становится причиной прямой дискриминации. Из-за наркотиков екатеринбуржец Вадим Иванов потерял семью: жена ушла вместе с двухлетней дочерью, когда поняла, что муж не может справиться со своей проблемой. Начав со "спайсов", Вадим употреблял наркотики около десяти лет, пока однажды родители в буквальном смысле не пустили его домой. Лишь тогда он согласился лечь в наркологический центр. На четвертом месяце реабилитации он дал интервью местной телекомпании. Вадим говорит, что реабилитация проходила у него очень тяжело, и на общение с журналистом он согласился совершенно сознательно - решил, что пути назад нет. И откровенно рассказал о своей прошлой зависимости и о том, с каким трудом он ее преодолевает. Два года после выздоровления Вадим проработал на стройке и не ожидал, что первая же его попытка устроиться на более квалифицированное и денежное место работы окончится неудачей как раз из-за этого интервью. Он успел проработать менеджером в автосалоне лишь два месяца. "План продаж делал, человек я неконфликтный, на работу не опаздывал, все делал как надо - но вот что-то им не понравилось", - рассказывает Вадим. К нему начали придираться по мелочам, и он понял намек: уволился сам. Через полгода Иванов узнал истинную причину придирок начальства. Его бывшая коллега рассказала, что сотрудники автосалона случайно обнаружили в интернете его интервью телеканалу. Видео дошло до начальства, которое решило, что не хочет иметь дело с "бывшим наркоманом". - У тебя есть предположения, почему начальство решило, что не хочет иметь бывшего наркопотребителя у себя в штате? - Потому что все же знают, что наркоманов бывших не бывает. Это убеждение с 90-х. Помогли средства массовой информации в 90-е года закрепить в сознании людей, что наркоман - это отребье общества, наркоманов надо сажать, бить, убивать, с наркоманами не надо иметь никаких дел. То есть такая… жесткая пропаганда была. Не было такого, что наркоман - это больной человек. Они до сих пор с этим спорят - с тем, что наркоманов надо лечить, а не судить. Абсолютное зло Из-за стигмы, связанной с употреблением наркотиков, статья 228 уголовного кодекса Российской Федерации (ответственность за хранение и сбыт запрещенных наркотических средств) нередко становится инструментом давления на общественных активистов и журналистов. Человеку подбрасывают наркотики, и он оказывается под двойным ударом. В первую очередь, конечно, ему грозит серьезный тюремный срок. Но дискредитирована оказывается и его профессиональная или общественная деятельность: под суд он попадает по "стыдной" статье, и отстаивать его невиновность в глазах общества становится сложнее. В одном из самых громких подобных дел последнего времени - чеченского правозащитника Оюба Титиева, которого осудили за хранение марихуаны. Мотивация властей, по мнению адвокатов Титиева, была именно такой. Подобные же мотивы могли быть в деле журналиста-расследователя Ивана Голунова, которого полицейские пытались обвинить в сбыте наркотиков. Впрочем, друзья и коллеги Титиева и Голунова уверены, что по крайней мере в этих двух случаях безупречной репутации правозащитника и журналиста ничего не угрожает, а абсурдность обвинения лишь подчеркивает заказной характер их дел. Проявлением стигмы является само по себе слово "наркоман", подчеркивает психолог Вячеслав Москвичев, работающий с наркозависимыми. В российском обществе доминирует радикальный взгляд на наркопотребление: справиться с зависимостью можно только полным отказом от употребления, а сами наркотики - абсолютное зло. Поэтому слово "наркоман" дегуманизирует человека, употребляющего наркотики. "Наркоману нельзя верить, наркоман не принадлежит сам себе, наркоманам важны только наркотики - эти идеи очень мощны, и апофеоз этого - наркоман просто не человек", - перечисляет Москвичев стереотипы, связанные с этим словом. При этом российское государство даже не знает, сколько граждан принимает наркотики. Из-за карательной наркополитики властей точную статистику вести невозможно. Как правило, люди стараются скрывать, что употребляют запрещенные вещества, хотя само по себе это и не является преступлением. По приблизительным оценкам профильных ведомств (МВД, минздрава и Росстата) и независимых экспертов, занимающихся этой проблемой, в России сейчас не меньше пяти миллионов активных наркопотребителей. Людей, имеющих тот или иной опыт употребления запрещенных веществ - десятки миллионов. "Приходи, как исправишься" "В больнице они прямо сказали, что я "плохая". Я уехала домой на выходные и должна была приехать в понедельник, а приехала во вторник. У меня еще давно были проблемы: и бабушку парализовало, у мамы там развод тяжелый. Все сразу". Летом прошлого года Таня, тоже жительница Екатеринбурга (по ее просьбе мы изменили ее имя), попала в больницу с целым букетом диагнозов: туберкулез, туберкулезный спондилит, перелом шеи и ВИЧ. Но главная проблема была именно с шеей. Из-за этой травмы она с начала 2018 года несколько месяцев вообще не могла встать с постели, а когда летом ее, наконец, направили в стационар, то очень долго делали анализы и все время откладывали операцию - то один врач уйдет в отпуск, то другой. А потом в очередных анализах у нее обнаружились следы наркотиков. В проведении операции ей окончательно отказали и тут же выписали из больницы. - Они сделали тест и сказали: не хотят они просто делать и все. - Не хотим и все? - Как исправишься - от нарколога справку. Вот так. А как я от нарколога, если я стою на учете? Ну как я им принесу? Не знаю... Вот такая ситуация. - То есть, по их мнению, вы сначала должны решить проблемы с наркотиками, а потом приходить на операцию? - Вылечиться сначала должна, да. Они думают, что это день-два-три?! Случай Татьяны не единичен. По словам Ани Саранг, руководителя Фонда им. Андрея Рылькова, помогающего людям с наркотической зависимостью (организация включена в России в реестр "иностранных агентов". - Би-би-си), наркофобия в профессиональных медицинских кругах носит системный характер. "Врачи относятся ужасно к людям, употребляющим наркотики, им отказывают в получении медицинской помощи, с ними очень по-хамски разговаривают, их могут просто выкинуть на улицу с отгнивающими ногами и руками, - обращение просто ужасное", - комментирует Саранг. "Чувствовал себя прозрачным" Житель Мурманска Борис начал употреблять наркотики в 16 лет и в итоге выпал из жизни на пять лет, "пропустил всю свою задорную молодость": "Это происходило в грязных, запыленных квартирах, где мы запирались месяцами. Это все создает ощущение дна". Освободиться от зависимости ему помогла девушка, ради отношений с которой он смог, хоть и не с первого раза, слезть с амфетамина. Боря считает, что из-за наркотиков он стал хуже формулировать мысли, начались проблемы с памятью, появилась нервозность в общении с окружающими. "Как будто эта стигма до сих пор есть, - говорит он. - Я все равно иногда боюсь, что подумают "ах ты, гребаный наркоман". И из-за этого я веду себя, проявляю эти проблемы нервов и так далее". - Как ты думаешь, окружающие замечали твою зависимость или нет? - Я думаю, что у самого амфетамина есть такой эффект и так работает стигма - ты чувствуешь себя прозрачным. Тебе кажется, что все видят. И ты начинаешь вести себя в этой стигме. Я считаю, что большинство психологических проблем от наркотиков, такие как паранойя, нервозность, стресс - по большей части из-за стигмы. Потому что ты сразу чувствуешь на себя давление со всех сторон, и у тебя начинаются эти нервные срывы. Само по себе употребление вряд ли такие психологические проблемы вызывает, без стигмы. Своим родителям (их он описывает как очень интеллигентных, толерантных людей, к тому же занимающихся правозащитной деятельностью) об опыте употребления Боря никогда не рассказывал и не собирается. Он уверен, что узнай они о его прошлой наркозависимости, отношения с ними будут безвозвратно испорчены. И страх испортить отношения с родителями, и ощущение "прозрачности" - очень типичные проявления, подтверждает психолог Вячеслав Москвичев. Старшее поколение, по его словам, росло в "алкогольной культуре", о наркотиках они часто знают только понаслышке и сам факт контакта с наркотическими запрещенными веществами приводит их в ужас. "И они сталкиваются с двойственным ощущением. С одной стороны, это ощущение страха за своего ребенка - что ребенок стал испорченным, что он разрушился", - объясняет Москвичев. Такая реакция приводит к тому, что родители готовы идти на любые меры, включая насилие, считая, что так могут помочь ребенку (неважно, какого он возраста), - но вместо этого лишь разрушая отношения. И одновременно, продолжает психолог, родители начинают винить в проблеме самих себя. "У них возникает ощущение, что они не просто что-то упустили, а что они тоже испорченные, что они плохие родители, и это ощущение своей несостоятельности еще больше налагает ощущение разрушения, они теряют свою уверенность в себе и соответственно готовы довериться любым идеям - а наиболее доступные идеи опять-таки связаны с дегуманизацией, с суровым контролем и большими деньгами", - предупреждает Москвичев. Ощущение "прозрачности" хорошо известно в психологии и может совсем не быть связано с наркотическими веществами. Так, например, человек, случайно надевший два разных носка, может думать, что все вокруг замечают его оплошность, приводит пример Вячеслав Москвичев. Некоторые наркотики могут сами по себе многократно усиливать этот эффект. Но вторая - и возможно, даже более существенная составляющая этого состояния у наркозависимого человека - это страх. "Это реально то, что наркопотребители переживают постоянно, поскольку наше законодательство репрессивно, и очень небольшие дозы уже подпадают под статью "хранение", а эта статья уже предполагает уголовное наказание", - подчеркивает психолог. Это постоянное ощущение страха и "прозрачности" ведет к тому, что наркопотребитель начинает избегать какого-либо контакта с окружающими, тем самым еще больше лишая себя возможности получить помощь со стороны. Самостигматизация 39-летний Алексей Лахов из Петербурга производит впечатление успешного, состоявшегося человека. У него все в порядке и дома (жена, дочка 10 лет и семилетний сын), и на работе, благодаря которой - как он с гордостью рассказывает - ему довелось недавно выступать на одной пресс-конференции с самим Элтоном Джоном. Между тем Алексей в прошлом страдал тяжелой формой наркозависимости, которая не только стоила ему потраченных впустую десяти лет жизни, но и по-прежнему напоминает о себе чуть ли не ежедневно. По словам Алексея Лахова, ему постоянно приходится сталкиваться с разными проявлениями стигмы. В первую очередь это, конечно, клеймо в виде судимости по "наркотической" 228-й статье. Отсидеть ему пришлось только полгода в предварительном заключении, и из суда его выпустили, назначив условное наказание. Хотя эта судимость давно погашена, она то и дело дает о себе знать. Например, много лет назад, ему пришлось уйти с одной работы до истечения испытательного срока: он узнал, что в анкете о приеме на постоянную работу есть вопрос о судимости, и так испугался, что уволился сам, не дожидаясь, когда ему укажут на дверь. Или совсем недавно, когда банк отказал ему в регистрации ИП и выдаче кредита по той же причине. Другое "наследство" от наркозависимости - гепатиты С и В. Гепатит С он успешно вылечил еще лет десять назад, гепатит В продолжает лечить. И до сих пор сталкивается с предвзятым отношением в медучреждениях. "Я помню прекрасно момент, когда я приходил к врачу, хирургу, которая должна была мне вырезать кисту на зубе. И когда она узнала про мой гепатит, у нее настолько расширились от ужаса глаза, и она чуть ли не выронила из рук инструменты и вообще в принципе не хотела меня обслуживать", - рассказывает он. "Бывают дни, когда тебе действительно страшно, грустно и одиноко, ты опять думаешь - как же так, я же на самом деле бывший наркоман, дадут ли мне кредит на машину, если я захочу его получить?" - рассказывает Алексей о своем состоянии, которое он называет "самостигматизацией". "Я, конечно, себя очень сильно не принимал - со своей зависимостью, со своей судимостью, со своими заболеваниями", - признается он. "Очень часто я встречаюсь с тем, что у людей, даже которые сейчас не употребляют, есть ощущение своей испорченности, - подтверждает психолог Вячеслав Москвичев. - А соответственно дальше из этого следует то, что "раз я такой испорченный, этот стыд говорит о том, что я не ценный". А раз нет ничего ценного - нечего беречь и сохранять. А раз нечего беречь и сохранять - ради чего мне вообще не употреблять?" "В результате стигма не помогает людям, осознавшим всю степень этой испорченности, становиться лучше, а наоборот, приводит к тому, что употребление и срыв становятся значительно более вероятными", - заключает эксперт. "Моё прошлое - моё личное дело" Светлана из маленького поселка в Ленинградской области работает в сфере помощи наркозависимым, она - равный консультант. Рассказывать о собственном опыте наркозависимости - часть ее работы. Однако она не готова к публичности в этом вопросе, поэтому по ее просьбе мы изменили ее имя. - Советуете ли вы своим клиентам скрывать свое прошлое? Вы сами предпочитаете, чтобы окружающие не знали о вашем прошлом? - Да, если ситуация, когда я не среди наркопотребителей, а на каком-нибудь круглом столе, где собрались женщины из организации, которая помогают семьям с детьми, как бы мне не хочется там сидеть и говорить: я Света, я когда-то употребляла. Нет, не хочется. - Почему? - Я считаю это неуместным. Я считаю неуместным для окружающих знать. Я не думаю, что мне будет хуже. Я иногда считаю, что у меня самой недостаточно опыта употребления. Да! Потому что иногда начинаешь консультировать какого-нибудь человека и думаешь, что то, что у тебя было по сравнению с его опытом это вообще какие-то детские шалости. По словам Светланы, в ее маленьком городке все знакомые и соседи всегда знали о ее проблемах с наркотиками, на которые она подсела еще в подростковом возрасте. Но со стигматизацией и дискриминацией она никогда не сталкивалась: в тот период жизни ее просто не волновало, как к ней относятся окружающие. А на работу всегда устраивалась самую низкоквалифицированную и малооплачиваемую - найти такую никогда не было проблемой. В двадцать четыре она забеременела и ради будущего ребенка перестала употреблять наркотики. Может показаться, что избавиться от зависимости у нее получилось легко, но - по ее собственным словам - наркотики нанесли непоправимый ущерб ее психике. У нее по-прежнему бывают частые истерики, нервозность, неуверенность при общении с людьми - и все это многократно усиливается алкоголем, от которого она пока не может отказаться. "И жизнь, наверное, не сложилась из-за того, что все-таки было употребление", - обреченно резюмирует она. - Как вы думаете, почему это произошло? - Наркотики? Не знаю, наверное, из-за того, что у меня проблемы в семье были. Отец покончил с собой, когда я была маленькая, и мама не уделяла должного внимания. Сама себе предоставлена была, потому что мама работала. Как-то так. Я сейчас эти проблемы разбираю с психологом, и скорее всего это идет оттуда. Меня не замечали, не уделяли внимания, а тут появилась компания какая-то, где люди старше меня и внимание какое-то, пускай оно неправильное. Практически все, с кем Светлана употребляла наркотики, умерли, большинство из-за передозировок. Один раз она сама была в шаге от этого: не было героина, решила поставиться метадоном [сделать укол с наркотиком - жарг.], не зная правильной дозировки, отключилась, а в скорой сказали, что "к наркоманам не поедут". Светлане повезло - у ее друга была знакомая медсестра, которая смогла быстро прибежать и сделать инъекцию налоксона. Сейчас Светлана с ребенком живут с ее матерью, с которой у нее очень тяжелые отношения. Мать никак не может забыть и простить ее наркоманского прошлого. Тем не менее некоторое время назад Светлана, из-за наркотиков в свое время не закончившая даже среднего образования, нашла в себе силы снова пойти учиться и планирует стать юристом. А четыре года назад случайно нашла работу в благотворительной организации - и оказалась на своем месте. "Я понимаю, что я ничего не умею делать, кроме как консультировать и работать с наркопотребителями, заниматься сопровождением", - объясняет она. Светлана не советует своим клиентам публично говорить о своих проблемах с наркотиками и считает, что и ее собственное прошлое - это ее личное дело. Это же как с курением, рассуждает она: если человек давным-давно бросил курить, он же не обязан всем сообщать, что он когда-то курил и как тяжело ему было бросить, не правда ли? "Начала смотреть, как будто я ужасный человек" Константин, повар по профессии, утверждает, что никогда ни от кого не скрывал, что употребляет наркотики - ни от знакомых, ни от коллег по работе, ни от родственников. Никакой стигмы он не чувствует: его совершенно не смущает, когда его признания вызывают у собеседников отрицательную реакцию. Сам он из Нижнего Новгорода, и за десять с лишним лет своей наркозависимости успел пожить в Петербурге, Москве, Архангельске, а когда женился, переехал с женой к ее родителям в уральский город Краснотуринск. Серьезность проблемы с наркотиками он осознал, когда у него начала загнивать нижняя часть туловища после месяца лежания на диване. "Я лежал, укрытый под пледом, все время, почти все время спал, - рассказывает он. - Просыпаешься, ребята тебе чего-то приносят, ты ставишься и обратно под плед ложишься". Это происходило в квартире у его знакомых в Петербурге. За квартиру и наркотики платили деньгами, вырученными на перепродаже наркотиков, никаких других трат, даже на еду, у них не было. После длительного употребления солей [наркотики, которые продаются под видом солей для ванн, с постоянно меняющимся составом] начались проблемы с кожей, начали выпадать зубы. Но в одном Константину повезло: он чудом не заразился ВИЧ, хотя пользовался одним шприцом с ВИЧ-положительным приятелем. При этом, по его словам, медицинская книжка, необходимая ему для работы поваром, у него всегда была в порядке. Бросить наркотики он решил в тот момент, когда внезапно осознал, что очень хочет завести ребенка. Константин признается, что в последнее время негативное отношение к себе, как к человеку, употребляющему наркотики, встречает все чаще. Например, недавно познакомился с девушкой, снимающейся в порнофильмах. "И после того, как она узнала, что я этим занимаюсь, она на меня начала смотреть, как будто я ужасный человек. И вот мне от этого стало немного непонятно. В смысле?! Я не стал ей ничего говорить или спорить с ней, что то, чем она занимается, возможно, в какой-то степени хуже, аморальнее и асоциальнее, чем то, чем занимаюсь я. Но она все, типа - она хорошая, а я плохой, я неправильный", - удивляется Константин. "Никогда бы не подумала, что они наркоманы" Татьяна - девушка из Екатеринбурга, которой из-за наркотиков отказали в операции на сломанной шее - сейчас выглядит очень неважно: в ортопедическом воротнике, поддерживающем голову, с нездоровым цветом лица и гнилыми зубами. Говорит отрывисто, с трудом формулирует мысли. Ей немного за тридцать, на наркотиках она сидит уже 15 лет, как говорит, "с перерывами" - на две беременности. Старшего сына еще кормила грудью, на дочери, еще до родов, ей диагностировали ВИЧ. Однако у детей проблем со здоровьем нет. "Нет, нет, нет, с детьми у меня все хорошо, мы стояли на учете до полутора лет, все анализы хорошие - что первый, что второй", - с гордостью повторяет Таня. Наркотики Таня употребляет вместе с мужем, и оба тщательно скрывают это от детей: при детях никогда этого не делают, обычно ходят по этой надобности через дорогу от дома на свой садовый участок. При этом Таня не считает свою семью неблагополучной. У мужа хорошая работа промышленного альпиниста, работа сезонная, зарабатывает он неплохо, и сама Таня лишь год назад получила пенсию по инвалидности, а до того всегда работала - официанткой, барменшей либо поваром. Шейные позвонки сломала как раз на своей последней работе: попыталась резко поднять тяжелую кастрюлю и надорвалась. Татьяна уверена, что никто из соседей и знакомых даже не подозревает, что у нее с мужем серьезные проблемы с наркотиками. В округе ее считают заботливой мамой. Впрочем, Таня признает, что и сама мало что знает о проблемах своих соседей. Со стороны кажется, что все у людей нормально, но время от времени в разговорах с подругами вдруг всплывает что-то об общих знакомых. "Знаете, я некоторых людей знаю много лет, и начинаешь узнавать, что люди-то вот, рядом с тобой, и ты бы никогда не подумал, а они да, наркоманы. Столько лет скрывают. Понятно, что так не скажешь. Просто общий знакомый где-то, раз, просто разговор: знаешь? Знаешь. Никогда бы не подумала, да. Есть такое", - рассказывает Татьяна. Несмотря на то, что "никто ни про кого ничего не знает", Таня уверена, что именно окружение и доступность наркотиков - главный фактор, почему они с мужем не могут отказаться от вредной привычки. По ее словам, они часто это обсуждают между собой, но выход видят только один: бросить все и уехать куда-то подальше, полностью сменить окружение. Таня уверяет, что ее семья - "не бедная-несчастная", денег на жизнь хватает, но вот лечь на операцию в коммерческое отделение ей, конечно, не по карману: замена одного позвонка стоит 150 тысяч рублей, вся операция в целом будет стоить больше полумиллиона. Поэтому она ждет, когда ее снова будут готовы принять в государственной клинике. "Готов быть открытым" Алексей Лахов из Петербурга уверен, что в борьбе с наркозависимостью помогает открытость. И на интервью с Би-би-си он согласился в том числе по этой причине. "Отчасти из-за того, чтобы попытаться, с одной стороны, и для себя все расставить по полочкам в очередной раз - таким путем, через СМИ, а может быть, и для кого-то донести мысль о том, что все реально, и независимо от того, какие тараканы у тебя в голове бегают и как они тебе мешают отказаться от наркотиков и начать выздоравливать - это, тем не менее, реально", - объясняет он. За десять лет употребления наркотиков он, по собственному выражению, утратил все основные социальные навыки, последние два года буквально не выходил из своего микрорайона и был даже рад, когда полиция взяла его с наркотиками и его судили, дав пять лет условно. Родители помогли положить его на реабилитацию в наркологическую больницу. Окончательно стать "чистым", рассказывает Лахов, ему удалось благодаря сообществу анонимных наркоманов, которые помогают таким как он прожить первый, самый сложный этап отказа от наркотиков. Алексей в итоге успешно закончил институт - через 14 лет после поступления. Благодаря хорошему английскому устроился на свою первую постоянную работу. Но и сейчас, спустя 13 лет после отказа от наркотиков, Алексей временами все еще стесняется своего прошлого. Борьбой с этой "самостигмой" он объясняет и то, что в итоге перешел работать в сферу некоммерческих организаций и уже два года работает в благотворительном фонде "Гуманитарное действие" - в программе помощи наркозависимым, клиентом которой был он сам много лет назад. Алексей с детства мечтал побывать в США, пару лет назад получил возможность поехать туда на стажировку как сотрудник благотворительной организации и ужасно испугался, увидев их анкету на визу, в которой есть вопросы и о наркотической зависимости, и о криминальном прошлом. Он честно ответил на них и считает знаковым событием своей жизни то, что визу ему все-таки дали. Другим поворотным моментом в его жизни стало участие в конференции в Амстердаме. "У меня там было два выступления: на одном я выступал на пресс-конференции совместно с Элтоном Джоном. Ну это прямо ваще было! А другое выступление - я выступал на аудиторию около тысячи человек, и я говорил с ними по-английски! А я там говорил от лица людей, употребляющих наркотики, и для меня это тоже было важно - что они меня слушают". - На данный момент можешь ли ты сказать, что абсолютно готов быть открытым в плане своего прошлого, связанного с наркотиками? Или до сих пор бывают моменты, когда ты понимаешь, что лучше об этом молчать? - Хороший вопрос. Я хочу на него ответить, что готов быть открытым. И опять же в каких-то пределах я уже открыт. Например, когда заполнял анкету на визу в США. Или, например, когда соглашался на это интервью. Уже есть определенная открытость. Ну... Наверное, да, я готов быть открытым. Опять же - я не знаю, как бы я ответил на этот вопрос год назад. Возможно, эти выступления на конференции, возможно, то, что я побывал в США, еще какие-то моменты - они помогли в чем-то преодолеть "самостигму" и говорить сейчас с вами, а потом, может быть, где-то быть еще более открытым. - В этом есть какой-то такой элемент "сжигания мостов"? - Ну да... Наверное, был такой период сжигания мостов, в принципе продолжался он все то время, пока я работаю в этой сфере - в сфере помощи наркозависимым, людям с ВИЧ и вирусными гепатитами. Потому что так или иначе ты где-то уже говоришь о себе, о своей истории - клиентам, сотрудникам государственных учреждений. Это было сначала страшно, неприятно, противно в чем-то даже, и не все относились к этому хорошо. Тем не менее, именно с открытостью и преодолением своего прошлого он связывает все самые важные и счастливые события в своей жизни - наряду с рождением детей. Ему кажется, что сейчас примирение со своим прошлым лично для него связано с помощью другим людям. "Это такой этап, о котором даже нужно рассказать, просто потому хотя бы, чтобы помогать другим людям. И плюс помогать до сих пор самому себе. Как ни крути, в моем случае это так и есть. Потому что я, честно говоря, не верю, что люди, которые употребляли долгое время наркотики, когда-нибудь смогут об этом забыть. Потому что с этим связано очень много. И физических последствий, и эмоциональных, и соответственно социальных". "Первопроходцы всегда страдают" Уволенный из автосалона екатеринбуржец Вадим Иванов признается, что публичность и для него стала важным фактором выздоровления. После интервью он еще несколько раз приезжал на эфиры в телестудию в качестве приглашенного гостя - "бывшего наркомана". О своей открытости он ничуть не жалеет. Более того, Вадим считает, что и другим наркозависимым надо открыто говорить о своей проблеме. "Первопроходцы всегда страдают, к сожалению, - признает Вадим. - Это ноша тяжела - в любой сфере, тем более в такой щекотливой, но это надо [делать]". Вадим снова женился, недавно у него родился сын. После увольнения из автосалона ему пришлось снова работать на стройке, но потом Вадим нашел работу, о которой мечтал. На интервью с Би-би-си он согласился с готовностью. Но перед публикацией все же попросил изменить его имя, чтобы публичность, с помощью которой он когда-то боролся со своей зависимостью, не помешала его дальнейшей карьере. Близкое по теме: Мифы об употреблении наркотиков Литературная пропаганда: Наркотики в поэзии Как изменился наркорынок России под влиянием коронавируса Источник: bbc.com
  13. «Наркоманов бывших не бывает». Как стигма мешает наркозависимым и всему обществу. Употребление наркотиков в России - одна из самых стигматизированных сфер общественных отношений. К наркопотребителям государство и общество относятся заведомо предвзято, и это не только мешает им выздороветь, но и часто становится причиной прямой дискриминации. Из-за наркотиков екатеринбуржец Вадим Иванов потерял семью: жена ушла вместе с двухлетней дочерью, когда поняла, что муж не может справиться со своей проблемой. Начав со "спайсов", Вадим употреблял наркотики около десяти лет, пока однажды родители в буквальном смысле не пустили его домой. Лишь тогда он согласился лечь в наркологический центр. На четвертом месяце реабилитации он дал интервью местной телекомпании. Вадим говорит, что реабилитация проходила у него очень тяжело, и на общение с журналистом он согласился совершенно сознательно - решил, что пути назад нет. И откровенно рассказал о своей прошлой зависимости и о том, с каким трудом он ее преодолевает. Два года после выздоровления Вадим проработал на стройке и не ожидал, что первая же его попытка устроиться на более квалифицированное и денежное место работы окончится неудачей как раз из-за этого интервью. Он успел проработать менеджером в автосалоне лишь два месяца. "План продаж делал, человек я неконфликтный, на работу не опаздывал, все делал как надо - но вот что-то им не понравилось", - рассказывает Вадим. К нему начали придираться по мелочам, и он понял намек: уволился сам. Через полгода Иванов узнал истинную причину придирок начальства. Его бывшая коллега рассказала, что сотрудники автосалона случайно обнаружили в интернете его интервью телеканалу. Видео дошло до начальства, которое решило, что не хочет иметь дело с "бывшим наркоманом". - У тебя есть предположения, почему начальство решило, что не хочет иметь бывшего наркопотребителя у себя в штате? - Потому что все же знают, что наркоманов бывших не бывает. Это убеждение с 90-х. Помогли средства массовой информации в 90-е года закрепить в сознании людей, что наркоман - это отребье общества, наркоманов надо сажать, бить, убивать, с наркоманами не надо иметь никаких дел. То есть такая… жесткая пропаганда была. Не было такого, что наркоман - это больной человек. Они до сих пор с этим спорят - с тем, что наркоманов надо лечить, а не судить. Абсолютное зло Из-за стигмы, связанной с употреблением наркотиков, статья 228 уголовного кодекса Российской Федерации (ответственность за хранение и сбыт запрещенных наркотических средств) нередко становится инструментом давления на общественных активистов и журналистов. Человеку подбрасывают наркотики, и он оказывается под двойным ударом. В первую очередь, конечно, ему грозит серьезный тюремный срок. Но дискредитирована оказывается и его профессиональная или общественная деятельность: под суд он попадает по "стыдной" статье, и отстаивать его невиновность в глазах общества становится сложнее. В одном из самых громких подобных дел последнего времени - чеченского правозащитника Оюба Титиева, которого осудили за хранение марихуаны. Мотивация властей, по мнению адвокатов Титиева, была именно такой. Подобные же мотивы могли быть в деле журналиста-расследователя Ивана Голунова, которого полицейские пытались обвинить в сбыте наркотиков. Впрочем, друзья и коллеги Титиева и Голунова уверены, что по крайней мере в этих двух случаях безупречной репутации правозащитника и журналиста ничего не угрожает, а абсурдность обвинения лишь подчеркивает заказной характер их дел. Проявлением стигмы является само по себе слово "наркоман", подчеркивает психолог Вячеслав Москвичев, работающий с наркозависимыми. В российском обществе доминирует радикальный взгляд на наркопотребление: справиться с зависимостью можно только полным отказом от употребления, а сами наркотики - абсолютное зло. Поэтому слово "наркоман" дегуманизирует человека, употребляющего наркотики. "Наркоману нельзя верить, наркоман не принадлежит сам себе, наркоманам важны только наркотики - эти идеи очень мощны, и апофеоз этого - наркоман просто не человек", - перечисляет Москвичев стереотипы, связанные с этим словом. При этом российское государство даже не знает, сколько граждан принимает наркотики. Из-за карательной наркополитики властей точную статистику вести невозможно. Как правило, люди стараются скрывать, что употребляют запрещенные вещества, хотя само по себе это и не является преступлением. По приблизительным оценкам профильных ведомств (МВД, минздрава и Росстата) и независимых экспертов, занимающихся этой проблемой, в России сейчас не меньше пяти миллионов активных наркопотребителей. Людей, имеющих тот или иной опыт употребления запрещенных веществ - десятки миллионов. "Приходи, как исправишься" "В больнице они прямо сказали, что я "плохая". Я уехала домой на выходные и должна была приехать в понедельник, а приехала во вторник. У меня еще давно были проблемы: и бабушку парализовало, у мамы там развод тяжелый. Все сразу". Летом прошлого года Таня, тоже жительница Екатеринбурга (по ее просьбе мы изменили ее имя), попала в больницу с целым букетом диагнозов: туберкулез, туберкулезный спондилит, перелом шеи и ВИЧ. Но главная проблема была именно с шеей. Из-за этой травмы она с начала 2018 года несколько месяцев вообще не могла встать с постели, а когда летом ее, наконец, направили в стационар, то очень долго делали анализы и все время откладывали операцию - то один врач уйдет в отпуск, то другой. А потом в очередных анализах у нее обнаружились следы наркотиков. В проведении операции ей окончательно отказали и тут же выписали из больницы. - Они сделали тест и сказали: не хотят они просто делать и все. - Не хотим и все? - Как исправишься - от нарколога справку. Вот так. А как я от нарколога, если я стою на учете? Ну как я им принесу? Не знаю... Вот такая ситуация. - То есть, по их мнению, вы сначала должны решить проблемы с наркотиками, а потом приходить на операцию? - Вылечиться сначала должна, да. Они думают, что это день-два-три?! Случай Татьяны не единичен. По словам Ани Саранг, руководителя Фонда им. Андрея Рылькова, помогающего людям с наркотической зависимостью (организация включена в России в реестр "иностранных агентов". - Би-би-си), наркофобия в профессиональных медицинских кругах носит системный характер. "Врачи относятся ужасно к людям, употребляющим наркотики, им отказывают в получении медицинской помощи, с ними очень по-хамски разговаривают, их могут просто выкинуть на улицу с отгнивающими ногами и руками, - обращение просто ужасное", - комментирует Саранг. "Чувствовал себя прозрачным" Житель Мурманска Борис начал употреблять наркотики в 16 лет и в итоге выпал из жизни на пять лет, "пропустил всю свою задорную молодость": "Это происходило в грязных, запыленных квартирах, где мы запирались месяцами. Это все создает ощущение дна". Освободиться от зависимости ему помогла девушка, ради отношений с которой он смог, хоть и не с первого раза, слезть с амфетамина. Боря считает, что из-за наркотиков он стал хуже формулировать мысли, начались проблемы с памятью, появилась нервозность в общении с окружающими. "Как будто эта стигма до сих пор есть, - говорит он. - Я все равно иногда боюсь, что подумают "ах ты, гребаный наркоман". И из-за этого я веду себя, проявляю эти проблемы нервов и так далее". - Как ты думаешь, окружающие замечали твою зависимость или нет? - Я думаю, что у самого амфетамина есть такой эффект и так работает стигма - ты чувствуешь себя прозрачным. Тебе кажется, что все видят. И ты начинаешь вести себя в этой стигме. Я считаю, что большинство психологических проблем от наркотиков, такие как паранойя, нервозность, стресс - по большей части из-за стигмы. Потому что ты сразу чувствуешь на себя давление со всех сторон, и у тебя начинаются эти нервные срывы. Само по себе употребление вряд ли такие психологические проблемы вызывает, без стигмы. Своим родителям (их он описывает как очень интеллигентных, толерантных людей, к тому же занимающихся правозащитной деятельностью) об опыте употребления Боря никогда не рассказывал и не собирается. Он уверен, что узнай они о его прошлой наркозависимости, отношения с ними будут безвозвратно испорчены. И страх испортить отношения с родителями, и ощущение "прозрачности" - очень типичные проявления, подтверждает психолог Вячеслав Москвичев. Старшее поколение, по его словам, росло в "алкогольной культуре", о наркотиках они часто знают только понаслышке и сам факт контакта с наркотическими запрещенными веществами приводит их в ужас. "И они сталкиваются с двойственным ощущением. С одной стороны, это ощущение страха за своего ребенка - что ребенок стал испорченным, что он разрушился", - объясняет Москвичев. Такая реакция приводит к тому, что родители готовы идти на любые меры, включая насилие, считая, что так могут помочь ребенку (неважно, какого он возраста), - но вместо этого лишь разрушая отношения. И одновременно, продолжает психолог, родители начинают винить в проблеме самих себя. "У них возникает ощущение, что они не просто что-то упустили, а что они тоже испорченные, что они плохие родители, и это ощущение своей несостоятельности еще больше налагает ощущение разрушения, они теряют свою уверенность в себе и соответственно готовы довериться любым идеям - а наиболее доступные идеи опять-таки связаны с дегуманизацией, с суровым контролем и большими деньгами", - предупреждает Москвичев. Ощущение "прозрачности" хорошо известно в психологии и может совсем не быть связано с наркотическими веществами. Так, например, человек, случайно надевший два разных носка, может думать, что все вокруг замечают его оплошность, приводит пример Вячеслав Москвичев. Некоторые наркотики могут сами по себе многократно усиливать этот эффект. Но вторая - и возможно, даже более существенная составляющая этого состояния у наркозависимого человека - это страх. "Это реально то, что наркопотребители переживают постоянно, поскольку наше законодательство репрессивно, и очень небольшие дозы уже подпадают под статью "хранение", а эта статья уже предполагает уголовное наказание", - подчеркивает психолог. Это постоянное ощущение страха и "прозрачности" ведет к тому, что наркопотребитель начинает избегать какого-либо контакта с окружающими, тем самым еще больше лишая себя возможности получить помощь со стороны. Самостигматизация 39-летний Алексей Лахов из Петербурга производит впечатление успешного, состоявшегося человека. У него все в порядке и дома (жена, дочка 10 лет и семилетний сын), и на работе, благодаря которой - как он с гордостью рассказывает - ему довелось недавно выступать на одной пресс-конференции с самим Элтоном Джоном. Между тем Алексей в прошлом страдал тяжелой формой наркозависимости, которая не только стоила ему потраченных впустую десяти лет жизни, но и по-прежнему напоминает о себе чуть ли не ежедневно. По словам Алексея Лахова, ему постоянно приходится сталкиваться с разными проявлениями стигмы. В первую очередь это, конечно, клеймо в виде судимости по "наркотической" 228-й статье. Отсидеть ему пришлось только полгода в предварительном заключении, и из суда его выпустили, назначив условное наказание. Хотя эта судимость давно погашена, она то и дело дает о себе знать. Например, много лет назад, ему пришлось уйти с одной работы до истечения испытательного срока: он узнал, что в анкете о приеме на постоянную работу есть вопрос о судимости, и так испугался, что уволился сам, не дожидаясь, когда ему укажут на дверь. Или совсем недавно, когда банк отказал ему в регистрации ИП и выдаче кредита по той же причине. Другое "наследство" от наркозависимости - гепатиты С и В. Гепатит С он успешно вылечил еще лет десять назад, гепатит В продолжает лечить. И до сих пор сталкивается с предвзятым отношением в медучреждениях. "Я помню прекрасно момент, когда я приходил к врачу, хирургу, которая должна была мне вырезать кисту на зубе. И когда она узнала про мой гепатит, у нее настолько расширились от ужаса глаза, и она чуть ли не выронила из рук инструменты и вообще в принципе не хотела меня обслуживать", - рассказывает он. "Бывают дни, когда тебе действительно страшно, грустно и одиноко, ты опять думаешь - как же так, я же на самом деле бывший наркоман, дадут ли мне кредит на машину, если я захочу его получить?" - рассказывает Алексей о своем состоянии, которое он называет "самостигматизацией". "Я, конечно, себя очень сильно не принимал - со своей зависимостью, со своей судимостью, со своими заболеваниями", - признается он. "Очень часто я встречаюсь с тем, что у людей, даже которые сейчас не употребляют, есть ощущение своей испорченности, - подтверждает психолог Вячеслав Москвичев. - А соответственно дальше из этого следует то, что "раз я такой испорченный, этот стыд говорит о том, что я не ценный". А раз нет ничего ценного - нечего беречь и сохранять. А раз нечего беречь и сохранять - ради чего мне вообще не употреблять?" "В результате стигма не помогает людям, осознавшим всю степень этой испорченности, становиться лучше, а наоборот, приводит к тому, что употребление и срыв становятся значительно более вероятными", - заключает эксперт. "Моё прошлое - моё личное дело" Светлана из маленького поселка в Ленинградской области работает в сфере помощи наркозависимым, она - равный консультант. Рассказывать о собственном опыте наркозависимости - часть ее работы. Однако она не готова к публичности в этом вопросе, поэтому по ее просьбе мы изменили ее имя. - Советуете ли вы своим клиентам скрывать свое прошлое? Вы сами предпочитаете, чтобы окружающие не знали о вашем прошлом? - Да, если ситуация, когда я не среди наркопотребителей, а на каком-нибудь круглом столе, где собрались женщины из организации, которая помогают семьям с детьми, как бы мне не хочется там сидеть и говорить: я Света, я когда-то употребляла. Нет, не хочется. - Почему? - Я считаю это неуместным. Я считаю неуместным для окружающих знать. Я не думаю, что мне будет хуже. Я иногда считаю, что у меня самой недостаточно опыта употребления. Да! Потому что иногда начинаешь консультировать какого-нибудь человека и думаешь, что то, что у тебя было по сравнению с его опытом это вообще какие-то детские шалости. По словам Светланы, в ее маленьком городке все знакомые и соседи всегда знали о ее проблемах с наркотиками, на которые она подсела еще в подростковом возрасте. Но со стигматизацией и дискриминацией она никогда не сталкивалась: в тот период жизни ее просто не волновало, как к ней относятся окружающие. А на работу всегда устраивалась самую низкоквалифицированную и малооплачиваемую - найти такую никогда не было проблемой. В двадцать четыре она забеременела и ради будущего ребенка перестала употреблять наркотики. Может показаться, что избавиться от зависимости у нее получилось легко, но - по ее собственным словам - наркотики нанесли непоправимый ущерб ее психике. У нее по-прежнему бывают частые истерики, нервозность, неуверенность при общении с людьми - и все это многократно усиливается алкоголем, от которого она пока не может отказаться. "И жизнь, наверное, не сложилась из-за того, что все-таки было употребление", - обреченно резюмирует она. - Как вы думаете, почему это произошло? - Наркотики? Не знаю, наверное, из-за того, что у меня проблемы в семье были. Отец покончил с собой, когда я была маленькая, и мама не уделяла должного внимания. Сама себе предоставлена была, потому что мама работала. Как-то так. Я сейчас эти проблемы разбираю с психологом, и скорее всего это идет оттуда. Меня не замечали, не уделяли внимания, а тут появилась компания какая-то, где люди старше меня и внимание какое-то, пускай оно неправильное. Практически все, с кем Светлана употребляла наркотики, умерли, большинство из-за передозировок. Один раз она сама была в шаге от этого: не было героина, решила поставиться метадоном [сделать укол с наркотиком - жарг.], не зная правильной дозировки, отключилась, а в скорой сказали, что "к наркоманам не поедут". Светлане повезло - у ее друга была знакомая медсестра, которая смогла быстро прибежать и сделать инъекцию налоксона. Сейчас Светлана с ребенком живут с ее матерью, с которой у нее очень тяжелые отношения. Мать никак не может забыть и простить ее наркоманского прошлого. Тем не менее некоторое время назад Светлана, из-за наркотиков в свое время не закончившая даже среднего образования, нашла в себе силы снова пойти учиться и планирует стать юристом. А четыре года назад случайно нашла работу в благотворительной организации - и оказалась на своем месте. "Я понимаю, что я ничего не умею делать, кроме как консультировать и работать с наркопотребителями, заниматься сопровождением", - объясняет она. Светлана не советует своим клиентам публично говорить о своих проблемах с наркотиками и считает, что и ее собственное прошлое - это ее личное дело. Это же как с курением, рассуждает она: если человек давным-давно бросил курить, он же не обязан всем сообщать, что он когда-то курил и как тяжело ему было бросить, не правда ли? "Начала смотреть, как будто я ужасный человек" Константин, повар по профессии, утверждает, что никогда ни от кого не скрывал, что употребляет наркотики - ни от знакомых, ни от коллег по работе, ни от родственников. Никакой стигмы он не чувствует: его совершенно не смущает, когда его признания вызывают у собеседников отрицательную реакцию. Сам он из Нижнего Новгорода, и за десять с лишним лет своей наркозависимости успел пожить в Петербурге, Москве, Архангельске, а когда женился, переехал с женой к ее родителям в уральский город Краснотуринск. Серьезность проблемы с наркотиками он осознал, когда у него начала загнивать нижняя часть туловища после месяца лежания на диване. "Я лежал, укрытый под пледом, все время, почти все время спал, - рассказывает он. - Просыпаешься, ребята тебе чего-то приносят, ты ставишься и обратно под плед ложишься". Это происходило в квартире у его знакомых в Петербурге. За квартиру и наркотики платили деньгами, вырученными на перепродаже наркотиков, никаких других трат, даже на еду, у них не было. После длительного употребления солей [наркотики, которые продаются под видом солей для ванн, с постоянно меняющимся составом] начались проблемы с кожей, начали выпадать зубы. Но в одном Константину повезло: он чудом не заразился ВИЧ, хотя пользовался одним шприцом с ВИЧ-положительным приятелем. При этом, по его словам, медицинская книжка, необходимая ему для работы поваром, у него всегда была в порядке. Бросить наркотики он решил в тот момент, когда внезапно осознал, что очень хочет завести ребенка. Константин признается, что в последнее время негативное отношение к себе, как к человеку, употребляющему наркотики, встречает все чаще. Например, недавно познакомился с девушкой, снимающейся в порнофильмах. "И после того, как она узнала, что я этим занимаюсь, она на меня начала смотреть, как будто я ужасный человек. И вот мне от этого стало немного непонятно. В смысле?! Я не стал ей ничего говорить или спорить с ней, что то, чем она занимается, возможно, в какой-то степени хуже, аморальнее и асоциальнее, чем то, чем занимаюсь я. Но она все, типа - она хорошая, а я плохой, я неправильный", - удивляется Константин. "Никогда бы не подумала, что они наркоманы" Татьяна - девушка из Екатеринбурга, которой из-за наркотиков отказали в операции на сломанной шее - сейчас выглядит очень неважно: в ортопедическом воротнике, поддерживающем голову, с нездоровым цветом лица и гнилыми зубами. Говорит отрывисто, с трудом формулирует мысли. Ей немного за тридцать, на наркотиках она сидит уже 15 лет, как говорит, "с перерывами" - на две беременности. Старшего сына еще кормила грудью, на дочери, еще до родов, ей диагностировали ВИЧ. Однако у детей проблем со здоровьем нет. "Нет, нет, нет, с детьми у меня все хорошо, мы стояли на учете до полутора лет, все анализы хорошие - что первый, что второй", - с гордостью повторяет Таня. Наркотики Таня употребляет вместе с мужем, и оба тщательно скрывают это от детей: при детях никогда этого не делают, обычно ходят по этой надобности через дорогу от дома на свой садовый участок. При этом Таня не считает свою семью неблагополучной. У мужа хорошая работа промышленного альпиниста, работа сезонная, зарабатывает он неплохо, и сама Таня лишь год назад получила пенсию по инвалидности, а до того всегда работала - официанткой, барменшей либо поваром. Шейные позвонки сломала как раз на своей последней работе: попыталась резко поднять тяжелую кастрюлю и надорвалась. Татьяна уверена, что никто из соседей и знакомых даже не подозревает, что у нее с мужем серьезные проблемы с наркотиками. В округе ее считают заботливой мамой. Впрочем, Таня признает, что и сама мало что знает о проблемах своих соседей. Со стороны кажется, что все у людей нормально, но время от времени в разговорах с подругами вдруг всплывает что-то об общих знакомых. "Знаете, я некоторых людей знаю много лет, и начинаешь узнавать, что люди-то вот, рядом с тобой, и ты бы никогда не подумал, а они да, наркоманы. Столько лет скрывают. Понятно, что так не скажешь. Просто общий знакомый где-то, раз, просто разговор: знаешь? Знаешь. Никогда бы не подумала, да. Есть такое", - рассказывает Татьяна. Несмотря на то, что "никто ни про кого ничего не знает", Таня уверена, что именно окружение и доступность наркотиков - главный фактор, почему они с мужем не могут отказаться от вредной привычки. По ее словам, они часто это обсуждают между собой, но выход видят только один: бросить все и уехать куда-то подальше, полностью сменить окружение. Таня уверяет, что ее семья - "не бедная-несчастная", денег на жизнь хватает, но вот лечь на операцию в коммерческое отделение ей, конечно, не по карману: замена одного позвонка стоит 150 тысяч рублей, вся операция в целом будет стоить больше полумиллиона. Поэтому она ждет, когда ее снова будут готовы принять в государственной клинике. "Готов быть открытым" Алексей Лахов из Петербурга уверен, что в борьбе с наркозависимостью помогает открытость. И на интервью с Би-би-си он согласился в том числе по этой причине. "Отчасти из-за того, чтобы попытаться, с одной стороны, и для себя все расставить по полочкам в очередной раз - таким путем, через СМИ, а может быть, и для кого-то донести мысль о том, что все реально, и независимо от того, какие тараканы у тебя в голове бегают и как они тебе мешают отказаться от наркотиков и начать выздоравливать - это, тем не менее, реально", - объясняет он. За десять лет употребления наркотиков он, по собственному выражению, утратил все основные социальные навыки, последние два года буквально не выходил из своего микрорайона и был даже рад, когда полиция взяла его с наркотиками и его судили, дав пять лет условно. Родители помогли положить его на реабилитацию в наркологическую больницу. Окончательно стать "чистым", рассказывает Лахов, ему удалось благодаря сообществу анонимных наркоманов, которые помогают таким как он прожить первый, самый сложный этап отказа от наркотиков. Алексей в итоге успешно закончил институт - через 14 лет после поступления. Благодаря хорошему английскому устроился на свою первую постоянную работу. Но и сейчас, спустя 13 лет после отказа от наркотиков, Алексей временами все еще стесняется своего прошлого. Борьбой с этой "самостигмой" он объясняет и то, что в итоге перешел работать в сферу некоммерческих организаций и уже два года работает в благотворительном фонде "Гуманитарное действие" - в программе помощи наркозависимым, клиентом которой был он сам много лет назад. Алексей с детства мечтал побывать в США, пару лет назад получил возможность поехать туда на стажировку как сотрудник благотворительной организации и ужасно испугался, увидев их анкету на визу, в которой есть вопросы и о наркотической зависимости, и о криминальном прошлом. Он честно ответил на них и считает знаковым событием своей жизни то, что визу ему все-таки дали. Другим поворотным моментом в его жизни стало участие в конференции в Амстердаме. "У меня там было два выступления: на одном я выступал на пресс-конференции совместно с Элтоном Джоном. Ну это прямо ваще было! А другое выступление - я выступал на аудиторию около тысячи человек, и я говорил с ними по-английски! А я там говорил от лица людей, употребляющих наркотики, и для меня это тоже было важно - что они меня слушают". - На данный момент можешь ли ты сказать, что абсолютно готов быть открытым в плане своего прошлого, связанного с наркотиками? Или до сих пор бывают моменты, когда ты понимаешь, что лучше об этом молчать? - Хороший вопрос. Я хочу на него ответить, что готов быть открытым. И опять же в каких-то пределах я уже открыт. Например, когда заполнял анкету на визу в США. Или, например, когда соглашался на это интервью. Уже есть определенная открытость. Ну... Наверное, да, я готов быть открытым. Опять же - я не знаю, как бы я ответил на этот вопрос год назад. Возможно, эти выступления на конференции, возможно, то, что я побывал в США, еще какие-то моменты - они помогли в чем-то преодолеть "самостигму" и говорить сейчас с вами, а потом, может быть, где-то быть еще более открытым. - В этом есть какой-то такой элемент "сжигания мостов"? - Ну да... Наверное, был такой период сжигания мостов, в принципе продолжался он все то время, пока я работаю в этой сфере - в сфере помощи наркозависимым, людям с ВИЧ и вирусными гепатитами. Потому что так или иначе ты где-то уже говоришь о себе, о своей истории - клиентам, сотрудникам государственных учреждений. Это было сначала страшно, неприятно, противно в чем-то даже, и не все относились к этому хорошо. Тем не менее, именно с открытостью и преодолением своего прошлого он связывает все самые важные и счастливые события в своей жизни - наряду с рождением детей. Ему кажется, что сейчас примирение со своим прошлым лично для него связано с помощью другим людям. "Это такой этап, о котором даже нужно рассказать, просто потому хотя бы, чтобы помогать другим людям. И плюс помогать до сих пор самому себе. Как ни крути, в моем случае это так и есть. Потому что я, честно говоря, не верю, что люди, которые употребляли долгое время наркотики, когда-нибудь смогут об этом забыть. Потому что с этим связано очень много. И физических последствий, и эмоциональных, и соответственно социальных". "Первопроходцы всегда страдают" Уволенный из автосалона екатеринбуржец Вадим Иванов признается, что публичность и для него стала важным фактором выздоровления. После интервью он еще несколько раз приезжал на эфиры в телестудию в качестве приглашенного гостя - "бывшего наркомана". О своей открытости он ничуть не жалеет. Более того, Вадим считает, что и другим наркозависимым надо открыто говорить о своей проблеме. "Первопроходцы всегда страдают, к сожалению, - признает Вадим. - Это ноша тяжела - в любой сфере, тем более в такой щекотливой, но это надо [делать]". Вадим снова женился, недавно у него родился сын. После увольнения из автосалона ему пришлось снова работать на стройке, но потом Вадим нашел работу, о которой мечтал. На интервью с Би-би-си он согласился с готовностью. Но перед публикацией все же попросил изменить его имя, чтобы публичность, с помощью которой он когда-то боролся со своей зависимостью, не помешала его дальнейшей карьере. Близкое по теме: Мифы об употреблении наркотиков Литературная пропаганда: Наркотики в поэзии Как изменился наркорынок России под влиянием коронавируса Источник: bbc.com Просмотр полной Статья
  14. Совет Федерации отклонил на пленарном заседании в пятницу закон, ужесточающий условия возбуждения уголовных дел, связанных со сбытом наркотиков, который был разработан с целью защиты граждан от необоснованного преследования по таким делам. За закон проголосовали 10 сенаторов, против - 122, воздержались - 6. Накануне заседания профильный комитет СФ по конституционному законодательству и госстроительству рекомендовал отклонить документ с целью доработки, поскольку в предложенных формулировках он, по мнению членов комитета, может повлечь за собой снижение эффективности противодействия наркоторговле. Речь идет о поправках в статью 146 Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РФ, согласно которым предлагается установить, что уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 228.1 и 228.4 Уголовного кодекса (УК) РФ по факту незаконного сбыта наркотиков, не могут быть возбуждены при отсутствии данных о виде, массе и наименовании наркотиков, а также достаточных доказательств, указывающих на их передачу другим лицам. С принятием закона основанием для возбуждения уголовного дела о преступлениях по фактам незаконного сбыта наркотиков неустановленными лицами, в том числе по материалам, выделенным из дел об административных правонарушениях, должны стать данные, подтверждающие факт передачи наркотиков другому лицу, а также заключение эксперта, определяющее их вид, массу и наименование. Как отметил глава комитета по законодательству Андрей Клишас, закон по своей сути формирует новый механизм установления исключения из общих оснований для возбуждения уголовного дела - путем дополнения статьи 146 УПК РФ более жесткими требованиями к набору действий и информации для возбуждения дела. Однако члены комитета сочли, что введение обязательства проводить полноценное расследование еще до возбуждения уголовного дела не решает проблему необоснованного вовлечения граждан в доследственные проверки и расследование уголовных дел. Однако при этом правоохранительным органам предоставляется дополнительное основание, позволяющее им не возбуждать уголовное дело при наличии всех признаков состава преступления. Андрей Клишас Сенатор отметил, что для реализации поставленной задачи эффективнее применить уже существующий механизм установления подобных исключений - в статье 140 УПК РФ определить условия, когда уголовное дело о сбыте наркотиков не может быть возбуждено. По его словам, на стадии возбуждения уголовного дела фиксируется лишь факт обнаружения признаков преступления, что является законным основанием для проведения предварительного расследования, в ходе которого уже будут устанавливаться элементы состава преступления. При этом сама потребность в возбуждении уголовного дела может быть обусловлена не только установлением бесспорных и очевидных признаков определенного состава преступления, но и необходимостью проведения следственных действий для обнаружения таких фактических обстоятельств дела, которые невозможно выявить посредством проверочных действий на стадии возбуждения дела. Дискуссия по закону Мнения участников пленарного заседания по данной инициативе разошлись. В частности, замглавы МВД Игорь Зубов попросил сенаторов поддержать закон и заявил, что позиция правительства РФ по нему изложена в самом тексте и прилагаемых к нему документах. "Документ прошел все стадии общественного обсуждения, получения согласований от заинтересованных министерств и ведомств, был принят на заседании Государственной думы. Его суть состоит в том, что мы планировали разрешить ситуацию, которая вызывает большое количество жалоб, обращений, спорных и конфликтных ситуаций, а именно ситуации, когда в теле человека, живого или мертвого, имеются признаки наркотических, сильнодействующих или одурманивающих веществ, но при этом не представляется возможным определить, что это за вещество, в каком оно количестве находится в этом теле, как его можно классифицировать. Плюс к этому в таких ситуациях, как правило, нет информации, каким образом это вещество было получено, передавалось ли оно третьим лицам, имелся ли факт сбыта", - пояснил он. По словам Зубова, почти половина всех дел о сбыте наркотиков - дела такой категории. Они возбуждаются в отношении неустановленных сбытчиков. "На выходе так: 48 тыс. уголовных дел, 23 дела доходит до суда, из них по трем люди были оправданы. Мы полагаем, что принятие данного закона ни в коем не приведет к ухудшению наркоситуации и снижению показателей работы правоохранительных органов и, наоборот, позволит сконцентрироваться на борьбе с организованной наркопреступностью и ее последствиями", - сообщил замминистра. В поддержку закона выступил и член комитета СФ по конституционному законодательству и госстроительству Николай Федоров, отметив, что речь идет о судьбе "десятков тысяч невинно страдающих семей, которые преследуют". В свою очередь, председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко отметила, что нельзя не учитывать аргументы, приведенные Клишасом, как и аргументированное мнение прокуратуры. "Я считаю, ничего не произойдет смертельного, если мы закон отклоним с созданием согласительной комиссии, еще внимательно послушаем все стороны и найдем оптимальное решение, которое в наилучшей степени будут защищать права наших граждан. За месяц, условно говоря, ничего не изменится. Согласительная комиссия поработает, мы в январе можем принять закон в согласованном виде", - сказала она. Спикер СФ призвала не торопиться и заявила, что "при принятии таких очень важных законов нельзя упустить даже одно мнение". Близкое по теме: Цели и задачи антинаркотической политики России до 2030 года В России выросло число передозировок наркотиками Что делать если вас задержали и предлагают пройти тест на наркотики? Источник: tass.ru Просмотр полной Статья
  15. Совет Федерации отклонил на пленарном заседании в пятницу закон, ужесточающий условия возбуждения уголовных дел, связанных со сбытом наркотиков, который был разработан с целью защиты граждан от необоснованного преследования по таким делам. За закон проголосовали 10 сенаторов, против - 122, воздержались - 6. Накануне заседания профильный комитет СФ по конституционному законодательству и госстроительству рекомендовал отклонить документ с целью доработки, поскольку в предложенных формулировках он, по мнению членов комитета, может повлечь за собой снижение эффективности противодействия наркоторговле. Речь идет о поправках в статью 146 Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РФ, согласно которым предлагается установить, что уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 228.1 и 228.4 Уголовного кодекса (УК) РФ по факту незаконного сбыта наркотиков, не могут быть возбуждены при отсутствии данных о виде, массе и наименовании наркотиков, а также достаточных доказательств, указывающих на их передачу другим лицам. С принятием закона основанием для возбуждения уголовного дела о преступлениях по фактам незаконного сбыта наркотиков неустановленными лицами, в том числе по материалам, выделенным из дел об административных правонарушениях, должны стать данные, подтверждающие факт передачи наркотиков другому лицу, а также заключение эксперта, определяющее их вид, массу и наименование. Как отметил глава комитета по законодательству Андрей Клишас, закон по своей сути формирует новый механизм установления исключения из общих оснований для возбуждения уголовного дела - путем дополнения статьи 146 УПК РФ более жесткими требованиями к набору действий и информации для возбуждения дела. Однако члены комитета сочли, что введение обязательства проводить полноценное расследование еще до возбуждения уголовного дела не решает проблему необоснованного вовлечения граждан в доследственные проверки и расследование уголовных дел. Однако при этом правоохранительным органам предоставляется дополнительное основание, позволяющее им не возбуждать уголовное дело при наличии всех признаков состава преступления. Андрей Клишас Сенатор отметил, что для реализации поставленной задачи эффективнее применить уже существующий механизм установления подобных исключений - в статье 140 УПК РФ определить условия, когда уголовное дело о сбыте наркотиков не может быть возбуждено. По его словам, на стадии возбуждения уголовного дела фиксируется лишь факт обнаружения признаков преступления, что является законным основанием для проведения предварительного расследования, в ходе которого уже будут устанавливаться элементы состава преступления. При этом сама потребность в возбуждении уголовного дела может быть обусловлена не только установлением бесспорных и очевидных признаков определенного состава преступления, но и необходимостью проведения следственных действий для обнаружения таких фактических обстоятельств дела, которые невозможно выявить посредством проверочных действий на стадии возбуждения дела. Дискуссия по закону Мнения участников пленарного заседания по данной инициативе разошлись. В частности, замглавы МВД Игорь Зубов попросил сенаторов поддержать закон и заявил, что позиция правительства РФ по нему изложена в самом тексте и прилагаемых к нему документах. "Документ прошел все стадии общественного обсуждения, получения согласований от заинтересованных министерств и ведомств, был принят на заседании Государственной думы. Его суть состоит в том, что мы планировали разрешить ситуацию, которая вызывает большое количество жалоб, обращений, спорных и конфликтных ситуаций, а именно ситуации, когда в теле человека, живого или мертвого, имеются признаки наркотических, сильнодействующих или одурманивающих веществ, но при этом не представляется возможным определить, что это за вещество, в каком оно количестве находится в этом теле, как его можно классифицировать. Плюс к этому в таких ситуациях, как правило, нет информации, каким образом это вещество было получено, передавалось ли оно третьим лицам, имелся ли факт сбыта", - пояснил он. По словам Зубова, почти половина всех дел о сбыте наркотиков - дела такой категории. Они возбуждаются в отношении неустановленных сбытчиков. "На выходе так: 48 тыс. уголовных дел, 23 дела доходит до суда, из них по трем люди были оправданы. Мы полагаем, что принятие данного закона ни в коем не приведет к ухудшению наркоситуации и снижению показателей работы правоохранительных органов и, наоборот, позволит сконцентрироваться на борьбе с организованной наркопреступностью и ее последствиями", - сообщил замминистра. В поддержку закона выступил и член комитета СФ по конституционному законодательству и госстроительству Николай Федоров, отметив, что речь идет о судьбе "десятков тысяч невинно страдающих семей, которые преследуют". В свою очередь, председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко отметила, что нельзя не учитывать аргументы, приведенные Клишасом, как и аргументированное мнение прокуратуры. "Я считаю, ничего не произойдет смертельного, если мы закон отклоним с созданием согласительной комиссии, еще внимательно послушаем все стороны и найдем оптимальное решение, которое в наилучшей степени будут защищать права наших граждан. За месяц, условно говоря, ничего не изменится. Согласительная комиссия поработает, мы в январе можем принять закон в согласованном виде", - сказала она. Спикер СФ призвала не торопиться и заявила, что "при принятии таких очень важных законов нельзя упустить даже одно мнение". Близкое по теме: Цели и задачи антинаркотической политики России до 2030 года В России выросло число передозировок наркотиками Что делать если вас задержали и предлагают пройти тест на наркотики? Источник: tass.ru
  16. Поездка в Подмосковье за закладкой с пятью граммами марихуаны ноябрьским утром 2018 года обернулась для 27-летнего Алексея Завицкого стрельбой, ранениями и 11 годами строгого режима. Однако такой срок он получил не за марихуану, а за полкило амфетамина, сверток с которым полицейские подмосковного города Видное обнаружили в его рюкзаке, забытом в машине. Завицкий убеждал следствие и суд, что наркотики ему подбросили. Би-би-си изучила обстоятельства дела. 1 8 ноября 2018 года в Москве было пасмурно. 27-летний Алексей Завицкий и его девушка, 26-летняя Анна Клименко проснулись в небольшой двухкомнатной квартире, которую они снимали в многоэтажке в Южном Чертаново, и пошли гулять со своей собакой - двухлетним французским бульдогом Дэнни. На тот момент Завицкий с Клименко были вместе больше трех лет. Клименко работала хореографом в балете. Завицкий, строитель по образованию, в последнее время занимался поставками металлических контейнеров (например, для раздевалок или гримерок) на массовые мероприятия. Готовил инфраструктуру к чемпионату мира по футболу 2018 года, строил стадион "Спартак". Его зарплата варьировалась в зависимости от времени года и количества работы - летом он мог зарабатывать 100-150 тысяч рублей, а зимой, когда заказов не так много, - 40-70 тысяч. Завицкий старался помогать родителям, отправлял им деньги. Они постоянно были на связи, созванивались, Он часто ездил их навещать в деревню Селижарово Тверской области - его отец Николай Завицкий занимается там фермерством. У Завицкого с Клименко было много планов, они хотели путешествовать, смотреть мир. Но так как у Завицкого не было загранпаспорта, пока что им удалось побывать только в Абхазии - они ездили туда летом втроем, вместе с Дэнни. Осенью Завицкий как раз собирался делать себе паспорт, собирал документы. Клименко, переехавшая в Москву из Украины в начале 2010-х годов, очень хотела показать ему свою родину. "Моя мама даже сделала ему приглашение, потому что русским парням очень сложно попасть в Украину, - рассказывает Аня. - Конечно, у нас с ним были планы. Мне с ним было весело, как с другом. Это, наверно, единственный человек, который меня по-настоящему любил". В четверг, 8 ноября, их жизнь изменилась. Накануне Завицкий купил в даркнете пять граммов марихуаны. Заказ он оплатил в тот же вечер - спустился из дома до ближайшего магазина с терминалом и перевел деньги. Употребление наркотиков в России противозаконно, но не считается преступлением и влечет административную, а не уголовную ответственность. Так же обстоит дело и с хранением наркотиков в незначительном с точки зрения законодательства размере. Утром 8 ноября, погуляв с Дэнни, Завицкий открыл компьютер посмотреть данные заказа и скинул себе на телефон координаты закладки. Судя по карте, она должна была лежать в Подмосковье, в лесу рядом с дорогой, которая ведет от Каширского шоссе в деревню Калиновка. Он забронировал каршеринг - ближайшая машина стояла в километре от их дома. Он сел за руль, Клименко поехала с ним. На заднее сиденье Леша бросил свой рюкзак. Было примерно 11 часов утра. 2 Минут через 40 они доехали до места - Завицкий остановился напротив узкой лесополосы, в которой должна была быть закопана закладка, и пошел ее забирать. Листва с деревьев уже почти опала, и видимость была хорошая - место закладки он нашел быстро, рассказывал он потом на допросе. Она лежала в упавших листьях рядом со сломанным березовым бревном. Подняв небольшой черный пакетик, Завицкий положил его в правый карман куртки и направился обратно к дороге, где стояла машина. Клименко все это время ждала его внутри. Вокруг не было ни души, вспоминает она, мимо проехал только один автомобиль. Как только Завицкий показался из леса, она увидела, что со стороны дороги ему навстречу идёт человек. Клименко не видела его лица, но запомнила, что он был лысый и одет в черную кожаную куртку, - похожий человек как раз сидел за рулем автомобиля, который проехал мимо, пока она ждала Завицкого. Мужчина подошел к Завицкому, они стали о чем-то разговаривать - о чем именно, она не слышала. Через два месяца, во время допроса, она вспомнит, что мужчина стоял примерно в метре от их машины и каких-либо документов или удостоверений не показывал. Их разговор, по ее словам, продлился около 15 секунд. "Ко мне подошел этот человек и с напором начал требовать документы. Я попытался спросить - зачем, на каком основании - но он мне ничего не ответил на мой вопрос. Только "давай документы, а то будет хуже". Я в тот момент испугался, и единственное, что пришло мне в голову - я побежал через дорогу. Я побежал и услышал вслед слова: "Стой, сука, стрелять буду", - так Завицкий описал эту встречу спустя год, во время допроса в суде. Он побежал в сторону леса, лысый мужчина в кожаной куртке достал пистолет и начал стрелять ему вслед. Леша услышал выстрелы, уже когда добежал от дороги до лесополосы. Он не остановился. "Я испугался за себя и за девушку, которая сидела в машине, и решил увести его подальше от машины", - рассказывал Завицкий в суде. Клименко в это время сидела в машине и смотрела, как неизвестный мужчина стреляет из пистолета в ее убегающего в лес парня: "Я такого в жизни никогда не видела. Даже сейчас я это вспоминаю, и у меня мурашки по коже. Непонятно, что это за человек, кто он такой. Леша убегает, и он бежит за ним и стреляет. Я слышу эти выстрелы, у меня срабатывает инстинкт самосохранения, и я понимаю, что мне тоже надо валить", - рассказывает она. Водить Клименко не умела, и прав у нее не было, поэтому уехать она не могла. Она выскочила из машины и побежала в сторону, противоположную той, куда побежал Завицкий. Машина осталась открытой. В ней на заднем сиденье остался рюкзак. От страха Клименко про него даже не вспомнила. 3 "Я, наверно, так быстро никогда в жизни не бегала, - вспоминает она, - У меня все в голове было затуманено. Я просто бежала, я падала - помню, упала в лужу. Мне казалось, что за мной тоже бегут, но я не оборачивалась. Я просто бежала, потому что мне было страшно". Она не помнит, сколько бежала. В какой-то момент ей позвонил Завицкий. Они поговорили быстро - рассказали друг другу, что оба убежали, и он попросил ее скинуть ему в WhatsApp свои координаты. Клименко находилась в поле. "Я посмотрел, где находится ближайшая к ней деревня, сказал дойти дотуда и вызвать такси", - рассказывал Завицкий в суде. Пока Клименко шла - по ее воспоминаниям, до деревни она прошла еще километра два-три - Завицкий открыл карту и нашел на ней кафе на берегу реки в деревне Калиновка, скинул ей адрес и попросил ее забрать его оттуда на такси. Сам он находился в лесу неподалеку. Завицкий вышел к реке и направился вдоль нее в сторону кафе. Пакетик с марихуаной он выбросил в реку - на всякий случай. Примерно в тот же момент он заметил, что у него ранена левая нога. Он дошел до кафе, примерно через полчаса подъехала Клименко. Когда он сел в машину, она заметила, что он был весь в крови. В такси ехали молча. 4 Дома они увидели, что стрелявший мужчина попал в Завицкого дважды - в ягодицу и в икру левой ноги. Раны сильно кровоточили и по форме походили на глубокие кратеры - пистолет был травматическим. В больницу обращаться не стали - побоялись, что врачи вызовут полицию. Клименко сходила в аптеку, купила бинты и заживляющие антибиотики. Раны Завицкого она обработала самостоятельно. Клименко не помнит, что именно Завицкий ей рассказывал в тот вечер о том, что произошло у лесополосы. Вероятно, он понял, что стрелявший был полицейским, несмотря на то, что тот не представился и не показал удостоверение, говорит она. Девушка переживала из-за того, что произошло, и уговаривала Завицкого куда-нибудь уехать, хотя бы в Тверскую область к его родителям. Он ее успокаивал и говорил, что ничего не случится, ведь от наркотиков он избавился. "Я ему говорила: может, давай куда-то поедем, потому что я беспокоюсь. Хотя бы к родителям, куда-нибудь. Он отвечал: да не переживай, все нормально, это же шишки! Подумаешь, максимум на 15 суток может меня посадят и все", - вспоминает Клименко. Шишками на сленге называют марихуану. Завицкий знал, что по российским законам пять граммов этого наркотика - незначительный размер, наказание за хранение такого веса - штраф до пяти тысяч рублей или 15 суток ареста. Уголовная ответственность за хранение марихуаны начинается с шести граммов. Больше Завицкий переживал за то, что убежал от подошедшего к нему мужчины в лес. Последние поисковые запросы в его телефоне были такими: "убежал от полиции", "штраф за погоню от полиции", "что будет, если скрылся от полиции", "в каких случаях полицейский может стрелять". Про забытый в машине рюкзак они вспомнили уже дома. "Когда все заварилось, я себя очень долго винила в том, что в тот момент я про него забыла, если бы тогда его забрала, то всего, что было дальше, возможно бы и не случилось", - признается Клименко. 5 На следующий день они проснулись около 10 утра. Клименко обработала Завицкому раны и пошла гулять с Дэнни. Из дома они так и не вышли - внизу в подъезде их ждали оперативники. Среди них был и лысый мужчина, который накануне стрелял в Завицкого у лесополосы. "Не помню, сколько их было - то ли четверо, то ли пятеро. Они меня просто завернули и сказали: иди, показывай, где он. Они мне начали сразу угрожать: в твоих интересах с нами сотрудничать, потому что потом увидишь, что будет. Все это прямо в лифте началось, когда мы ехали на 23-й этаж", - рассказывает Клименко. "Я захожу, я просто в шоке, - продолжает она. - Они надевают на Лешу наручники. Он был в одних шортах, когда они пришли, и они даже не дали ему нормально одеться. Я им говорила: пожалуйста, снимите наручники, дайте ему хотя бы футболку нормально надеть. Я ему помогала одеваться уже с наручниками на руках". По словам Клименко, оперативники вели себя "очень жестко", "быковали". "Мы их спрашивали - по какой причине они вломились и что хотят. Они сказали, и то больше говорили не мне, а моей девушке, что "незаконный оборот наркотиков", - описывал Завицкий свое задержание во время допроса в суде. "Его начали уводить, я спрашиваю их: а куда вы его повезете-то? Они даже этого не сказали, просто забрали его и ушли", - рассказывает Клименко. Когда Завицкого увели, Клименко в панике позвонила своим друзьям, и те приехали к ней домой, чтобы она не оставалась одна. Они начали обзванивать ближайшие отделы полиции. "Спрашивали: такой-то такой-то у вас есть? Нет. Нигде его не было", - вспоминает она. В районе шести вечера Завицкий позвонил ей сам: "Он позвонил уже с телефона следователя и прям по телефону сказал: "Малыш, ищи адвоката, мне подкинули наркотики в рюкзак". 6 Лысым мужчиной в кожаной куртке, который стрелял в Завицкого у лесополосы рядом с Каширским шоссе, оказался оперуполномоченный отдела по по контролю за оборотом наркотиков (ОНК) управления МВД по Ленинскому району Подмосковья Дмитрий Белов. Когда он вошел в квартиру, Завицкий сразу его узнал. Вместе с Беловым задерживать Завицкого приехали начальник отдела по контролю за оборотом наркотиков УМВД по Ленинскому району Иван Емельянов, еще один оперативник и свидетель Алексей Якушин. Завицкого в наручниках вывели из дома и посадили в стоявший у подъезда черный Range Rover. Через три месяца на допросе следователю он расскажет, а позже повторит в суде, что как только они сели в машину, в его сторону посыпались угрозы. "Мы тронулись, и мне сразу начали говорить: ты рюкзак оставил в машине, и мы в него положили полкилограмма амфетамина. Объяснили, что меня ждет, и сразу же напрямую начали узнавать: моя ли квартира - я сказал, что снимали; чем занимаются родители - я сказал, что отец фермер, а мать - домохозяйка; есть ли богатые друзья", - описывал Завицкий то, что происходило в машине, в суде. "Мне предлагали взять на себя 500 граммов амфетамина и начать сотрудничать, тогда бы мне грозил условный срок наказания, либо предложили решить вопрос взяткой", - рассказывал он. "Я отказался, все игнорировал, если честно, не верил, что так нагло можно упечь человека", - признался Завицкий в суде. Как он понял, сотрудничество, которое ему предлагали, заключалось в работе штатным свидетелем вместе с Якушиным, приехавшим с оперативниками на его задержание. Кроме него этого разговора в машине никто из присутствовавших больше не запомнил. 7 Провозив Завицкого несколько часов в машине, его доставили в отдел полиции подмосковного города Видное. "Меня завели в кабинет. Емельянов достал из сейфа в этом кабинете прозрачный пакет, в котором был порошок. Он мне сказал: вот что было у меня в рюкзаке, бросил на стол и приказал своим сотрудникам быстро меня оформлять", - говорил он в суде. В пакете было 493 грамма амфетамина. После этого Завицкого отвели к следователю. Та подписала постановление о возбуждении в отношении него уголовного дела по статье о покушении на сбыт наркотиков в особо крупном размере (часть 3 статьи 30, часть 5 статьи 228.1 УК РФ). Максимальное наказание по ней - пожизненное лишение свободы. У Завицкого было право на звонок, и он позвонил своей девушке. "Он сказал, что будет обыск, и попросил постараться найти к этому времени адвоката. Я начала искать адвоката, звонить всем-всем возможным. Где-то к 10 вечера я успела найти адвоката, он приехал к нам домой. И он был у нас дома, когда пришли с обыском. Обыск был в тот же день, когда его задержали, поздно вечером", - рассказывает Клименко. Когда пришли с обыском, в квартире находились четыре человека - она, двое ее друзей и адвокат. "Слава богу, что со мной тогда были мои друзья. Потому что мне даже сам адвокат сказал: если бы вы были одна, то вам бы по-любому еще что-то подкинули в квартиру. Мы все у них над душой стояли, когда они все обыскивали, чтобы они ничего не подкинули", - говорит Клименко. Во время обыска у них дома ничего не нашли. На следующий день Видновский суд избирал Завицкому меру пресечения. "Мы поехали, я уже не помню, что там было, потому что я тогда просто не могла остановиться и постоянно рыдала. Со мной были друзья, но что происходило после этих двух дней - все как в тумане", - рассказывает Клименко. Видновский суд заключил Завицкого под стражу. 8 Николай Завицкий узнал об аресте сына уже постфактум. Он сначала не хотел волновать родителей, думал, что все обойдется, объясняет Клименко: "Его родителям я позвонила, когда Леша дал добро. Он позвонил и сказал: Ань, так и так, звони папе". "На мере пресечения я не был, даже не знал. После этого Аня мне позвонила, говорит: Николай Алексеевич, Леше подкинули наркотики и арестовали. И мы начали разговаривать. У меня сначала истерика была, я поэтому половину из того, что она рассказывала, плохо помню, - признается Николай Завицкий. - Она говорит: Николай Алексеевич, когда мы туда приехали, в Лешу стреляли. Я не понял сначала. Я в истерике говорю: как стреляли?! Не могу понять". После звонка Клименко он приехал из Тверской области к ним домой, в Москву. Там же был и адвокат, которого Аня наняла в день задержания Завицкого. "Аня рассказывает: Николай Алексеевич, у нас был обыск, но все нормально. Я спрашиваю: а что искали-то? Наркотики искали. Адвокат объясняет: они весы подкинуть хотели. Я говорю: какие весы? Я-то не понимаю, что за весы, представил весы, чтоб мясо вешать, - смеется Николай. - А он говорит, что нет, бывают еще маленькие весы, с ноготок, - взвешивать наркотики" (в делах о покушении на сбыт наркотиков следователи часто используют наличие дома у обвиняемого маленьких весов как косвенное доказательство его преступных намерений - прим. Би-би-си). Завицкие до сих пор благодарны этому первому адвокату, которого наняла Клименко, хотя потом и сменили его. Николай убежден, что во время обыска у сына в квартире ничего не нашли именно потому, что там присутствовал адвокат: "Он за ними наблюдал, сразу их юридически на место поставил. Подкинули бы 100%, но там был адвокат и поэтому ничего не получилось". Николай попросил адвоката ходить к Завицкому каждый день: "Знаете, когда адвокат приходит, он же видит изменения или еще что. И мы первое время держали адвоката только чтобы он каждый день ходил к сыну. Мы боялись, что сына будут бить". Поговорить с сыном Николаю Завицкому удалось, уже когда прошло больше месяца с его ареста - на свидании в СИЗО. "С него сначала просили деньги. После задержания его с утра до вечера катали в машине, хотели взятку 400 или 500 тысяч. Я сыну говорил: "Сынок, позвонил бы мне. Я привез бы". Он молодой, с полицией никогда дел не имел, отвечал мне: "Пап, ну это несправедливо, это нечестно, за что мне 400 тысяч им давать, я не хотел тебя беспокоить. По закону [пять граммов марихуаны] - это штраф", - описывает Николай свой разговор с сыном. - Я говорю: "Сынок, и вот видишь, к чему привело твое вот это "по закону"?! Никаких законов здесь нет". 9 Спустя неделю после ареста Завицкому предъявили обвинение в сговоре с целью продажи крупной партии амфетамина. В материалах дела говорится, что в сговор он вступил в неустановленное время, при неустановленных обстоятельствах и с неустановленным лицом. По версии следствия, неустановленный сообщник Завицкого поместил сверток с 493 граммами амфетамина в тайник, сделанный в 30 метрах от дороги, ведущей от Каширского шоссе в деревню Калиновка, а затем сообщил Завицкому координаты тайника - каким способом, следствие не установило. По версии следствия, 8 ноября Завицкий приехал к тайнику, забрал из него сверток с амфетамином и положил его в рюкзак, который взял с собой. Однако довести начатое до конца ему не удалось, так его задержали сотрудники наркоконтроля управления МВД по Ленинскому району Московской области, которые проводили в той местности оперативно-розыскное мероприятие (ОРМ) "Наблюдение", утверждает следствие. Во время задержания Завицкий оказал сопротивление сотрудникам полиции и попытался избавиться от свертка с амфетамином, бросив рюкзак на землю - в ходе осмотра места происшествия этот сверток был обнаружен и впоследствии изъят, заключила старший следователь следственного управления УМВД по Ленинскому району, майор юстиции Мухтарова. 10 9 ноября, уже после того как Завицкого задержали и доставили в отдел, начальник местного наркоконтроля Иван Емельянов написал в рапорте, что сотрудники его отдела проводили операцию "Наблюдение", поскольку у них были оперативные данные о месте закладки свертка с амфетамином и о приметах молодого человека, который должен был ее забрать в этот день: "Возраст на вид 25-30 лет, рост примерно 180 сантиметров, худощавого телосложения, одет в темные брюки, куртку зеленого цвета, с рюкзаком черного цвета на спине". По словам Емельянова, согласно их оперативным данным, сверток амфетамина Завицкому собирался через интернет-магазин передать мужчина по имени Дамир. Установить его личность оперативники, судя по всему, даже не пытались: 9 ноября Емельянов в другом своем рапорте написал, что это не представилось возможным, так как Завицкий воспользовался 51-й статьей Конституции и в день своего задержания отказался давать какие-либо показания. В операции "Наблюдение" 8 ноября, по утверждению полицейских, участвовали четыре человека: Емельянов, его подчиненный Дмитрий Белов, а также два человека, которых сотрудники полиции попросили поучаствовать в мероприятии в качестве незаинтересованных лиц - Рустам Мусин и Алексей Якушин. Во время допросов они рассказали примерно одно и тоже. 8 ноября Мусин и Якушин, проживающие в Москве и, по их словам, не знакомые друг с другом, одновременно - в 9:20 утра - оказались на улице Школьная в городе Видное, где к ним обоим подошли сотрудники полиции и попросили поучаствовать в ОРМ "Наблюдение" в качестве незаинтересованных лиц и быть понятыми при задержании. 9 ноября Мусина и Якушина допросила следователь Мухтарова. Протоколы их допросов идентичны и совпадают практически слово в слово. Оба сказали, что участвовали вместе с полицейскими в ОРМ "Наблюдение" и наблюдали за предположительным местом закладки, когда примерно в 14:50 мск к этому месту подошел мужчина и "начал что-то искать в траве, несколько раз наклонялся к земле, затем поднял что-то с земли и положил это в рюкзак черного цвета, который был при нем". После этого, как запомнили Мусин и Якушин, примерно в 15:00 мужчина вышел из леса и направился к дороге, после чего к нему подошел полицейский Белов. "Когда к нему подошел сотрудник полиции, молодой человек нанес ему несколько ударов по лицу и грудной клетке, потом толкнул его и перебежал дорогу в сторону леса, после чего он с правого плеча снял рюкзак и бросил его на землю. Сотрудник полиции достал травматический пистолет, предупредил о его применении молодого человека, но он продолжил бежать вглубь леса. Сотрудник полиции два раза выстрелил в воздух, однако молодой человек продолжил бежать, сотрудник полиции бежал за ним, однако молодой человек скрылся", - эти события Мусин и Якушин, согласно протоколам, пересказали на допросе слово в слово. Полицейские и понятые говорят, что Завицкий бросил рюкзак в лесу, когда убегал. Леша с Аней утверждают, что рюкзак он оставил в каршеринге. До приезда следственной группы рюкзак находился в распоряжении полицейских 5-7 часов Все четверо - Белов, Емельянов, Якушин и Мусин - рассказали, что во время ОРМ "Наблюдение" находились в машине. Клименко же утверждает, что кроме Белова там никого не было. "Когда Алексей зашел в лес, я видела автомобиль, который проезжал по полосе встречного движения, типа джип, темного или серого цвета. Этот автомобиль ехал медленно, и через лобовое стекло я видела, что за рулем сидит мужчина, который впоследствии подходил к Алексею и стрелял в него. Никого в салоне джипа я больше не заметила, ни на переднем пассажирском, ни на заднем сиденье никого не было", - рассказала она во время допроса. Завицкий не брал с собой рюкзак, когда пошел за закладкой, он остался на заднем сиденье каршеринговой машины, утверждала его девушка. 11 После ареста Завицкого Клименко ходила с дрожащими руками. "Я каждый день выходила из дома как параноик, мне было реально страшно. Я сидела на успокоительных", - говорит она. Из квартиры в Южном Чертаново, которую они снимали с Лешей, ей пришлось съехать - она не могла платить за аренду одна, и с квартирой стали связаны тяжелые воспоминания. Вместе с Дэнни она переехала к своей подруге в Медведково: "Одна я бы с ума сошла. Мне подруга сказала: все, едешь ко мне, и без вариантов. Она меня буквально вытянула из этого состояния, не давала мне пасть духом капитально, потому что я была на грани". О возможных проблемах Аню предупреждал адвокат, вспоминает она: "Он говорил: Аня, будь осторожна. Старайся одна из дома не выходить. Потому что могут встретить у подъезда, что-то подкинуть. Например, чтобы Леха взял вину на себя, чтобы меня спасти". На допрос к следователю она пошла в конце января. Примерно в то же время адвокаты Завицкого (на тот момент в дело вступили адвокаты Андрей Лайков и Андрей Заикин, которые потом защищали Лешу в суде) пожаловались на неправомерные действия полицейских в управление собственной безопасности (УСБ) МВД. После этого Клименко вызвали еще и на допрос в УСБ, сотрудникам которого нужно было провести проверку по факту жалобы. Уже после допроса ей позвонили - было 5 февраля. По ее словам, позвонил ей сотрудник УСБ: "Он начал угрожать: что ты же понимаешь, что тебе сейчас лучше все сразу сказать и с нами сотрудничать, потому что тебе потом будет пипец, ты же понимаешь, что тебе светит. С таким намеком что-то было". "Ей угрожал кто-то из сотрудников УСБ, звонили ей. После того, как мы пожаловались. Знаете, Аня тогда была тоже в истерике страшной. На нее наехали по телефону, я ей говорю: Анют, ты не записала? Она отвечает: дядь Коль, я не смогла, я не сообразила. Понимаете, это надо опытным в таких делах быть, чтоб телефон всегда на записи держать", - говорит Николай Завицкий. После звонка с угрозами адвокат посоветовал Клименко уехать из России. То же самое ей сказал Завицкий-старший: "Я ей говорю: Ань, тебя щас посадят, а мне вас двоих не вытянуть. Мне и одного не вытянуть, а так я же не брошу ее, чужой ребенок, девушка моего сына. И как мне? Я бы с ума сошел бы. Я говорю ей: лучше уедь. Потому что иначе будет плохо", - рассказывает он. 7 февраля следователь Мухтарова написала рапорт, в котором сообщила, что во время осмотра мобильного телефона Завицкого в нем была обнаружена переписка с Клименко, в которой "имеется информация о том, что Клименко совместно с Завицким в неустановленных местах осуществляют "закладки" запрещенных веществ". "На основании изложенного полагаю необходимым провести дополнительную проверку по данному факту", - написала следователь. Клименко собрала вещи и 9 февраля уехала из России. С Завицким они последний раз виделись на заседании по продлению его ареста. 12 После задержания 9 ноября Завицкого отправили на медосвидетельствование. Его анализы показали положительную реакцию на марихуану. Следов амфетамина в них не нашли. Следователь Мухтарова изучила телефон Завицкого и приобщила к делу скриншоты его переписок с Клименко за полгода, в которых речь шла о наркотиках. Там были сообщения вроде "А я клад нашел", "Щас буду выезжать через 10 мин. Мы просто так **** [указывается способ употребления марихуаны - Би-би-си], Аня к барыге съездила", "Если стремно, то лучше даже не пробуйте. И если что, ты помнишь, все выкидывай". В переписке не было ни одного упоминания амфетамина. Следователь нашла в их переписке фотографии из разных общественных мест, на которых стрелочками были указаны - вероятно - места закладок: "под люком", "возле камня", "под кустиком", "под крышкой бачка", несколько сообщений с координатами - вероятно - закладок, одну фотографию бонга (устройство для употребление марихуаны), фото с нарезанным на доске гашишем. Следователь изучила историю поисковых запросов Завицкого. Там помимо координат она обнаружила, что один раз он заинтересовался выращиванием дома псилоцибиновых грибов и гуглил, легальны ли их споры. В истории его поисковых запросов не было ни одного упоминания амфетамина. 11 декабря, спустя месяц после ареста Завицкого, следователь Мухтарова назначила по его делу психиатрическую экспертизу. Ее проводили психиатры Центральной клинической психиатрической больницы Московской области. Врачи заключили, что в его случае имело место "пагубное, с вредными последствиями употребление каннабиноидов". Сам Завицкий признавал, что периодически употреблял марихуану, и настаивал на том, что к лесу рядом с Каширским шоссе приехал забирать закладку именно с ней. Причастность к амфетамину он отрицал и на стадии следствия, и во время судебного процесса. - Амфетамин не ваш? - спрашивала его судья Видновского городского суда Маргарита Волчихина. - Нет, - отвечал Завицкий. - Вы полагаете, что вам его подкинули? - задавала вопрос судья Волчихина. - Да, - соглашался Завицкий. - А вы употребляли только марихуану? - продолжала задавать вопросы судья Волчихина. - Да, - говорил Завицкий. - По вашим показаниям следует, что в лес вы пошли за? - уточняла судья Волчихина. - Марихуаной, - закончил за ней предложение Завицкий. 13 Статья о покушении на сбыт наркотиков в особо крупном размере, по которой обвинили Завицкого, предполагает наказание вплоть до пожизненного лишения свободы, поэтому у него было право на рассмотрение дела с участием присяжных. Но вскоре после того как адвокаты Завицкого подали ходатайство о рассмотрении его дела с участием присяжных, ему переквалифицировали обвинение с покушения на сбыт на более легкую статью - хранение наркотиков в особо крупном размере (часть 3 статьи 228). Наказание по ней тоже суровое - от 10 до 15 лет лишения свободы, а вот возможности суда присяжных она не предполагает. Адвокаты Завицкого считают, что обвинение переквалифицировали специально, чтобы не допустить суда присяжных. По их мнению, из-за огромного количества нарушений и нестыковок в деле присяжные бы обязательно оправдали Завицкого. "Если бы был суд присяжных, сын бы уже давно был дома", - уверен Николай Завицкий. Завицкому не сделали смывы рук на предмет наличия на них следов наркотиков. Не сделали смывы с образцов волос. Не сделали срезы ногтевых пластин. Не стали исследовать его одежду. Рюкзак, в который Завицкого, по версии следствия, положил сверток с амфетамином, его девушке вернули еще во время обыска у них дома 9 ноября. Следователь Мухтарова решила, что он не представляет интереса для следствия и признавать его вещдоком нецелесообразно. "Адвокаты задают вопрос: там же земля, следы земли там, где он якобы копал. Если он в рюкзак положил, там же должно было что-то остаться? Я еще засмеялся с сыном на суде, когда фотографии показывали. Я говорю: "Сынок, ты че, с лопатой ходил туда?". Там правда все раскопано было, как будто кабаны все изрыли. И ты в любом случае эту землю найдешь - и на рюкзаке, и на руках, везде ты найдешь эту землю", - рассуждает Николай Завицкий. 14 Отпечатки пальцев - адвокат Завицкого Андрей Лайков, бывший следователь, называет их наличие железным доказательством вины в делах о наркотиках - с изъятого свертка брать не стали. Лайков еще на стадии следствия просил Мухтарову назначить и провести дактилоскопическую экспертизу - на предмет наличия на свертке отпечатков Завицкого, - и биологическую экспертизу - на предмет наличия на свертке его пото-жировых выделений. Она отказала. В постановлении об отказе в удовлетворении его ходатайства она написала, что проводить такие экспертизы нецелесообразно, потому что сверток несколько раз вскрывали. Аналогичное ходатайство Лайков заявлял и во время судебного процесса: он просил суд провести дактилоскопическую, биологическую и геномномолекулярную экспертизы свертка. Прокурор Кравченко была против. Она тоже сказала, что проводить эти экспертизы нецелесообразно, потому что сверток трогало много людей без перчаток, вследствие чего одни отпечатки на нем наложились на другие. "На суде, когда они сказали, что там все заляпано, мне просто плохо стало. Вы судьбу человека решаете, и вы заляпали доказательство его вины?!" - возмущается Николай Завицкий. Лайков убежден, что даже в таком случае следы Завицкого на свертке, если они там действительно были, обнаружить было возможно. "Даже если этот пакет все потрогали, можно было выделить геном определенного человека", - сказал он Би-би-си. 15 В основу обвинения Завицкого легли показания полицейских - Емельянова и Белова - и свидетелей Мусина и Якушина. Но, по словам Лайкова, так и не доказано, были ли они в тот день на месте преступления - суд отказался запросить информацию о перемещениях автомобиля полицейских и детализацию телефонных звонков. Емельянов на допросе сказал, что попросил понятых оставить мобильные телефоны в отделе полиции, но сам телефон взял. В суде полицейский говорил, что именно по мобильному телефону он вызвал следственно-оперативную группу для осмотра места происшествия после того, как Завицкий убежал. По словам полицейских, Завицкий приехал на место приблизительно в 14:50, а уже через 10 минут поднял закладку и, как они утверждают, положил в рюкзак. Соответственно, следствие указывает, что преступление было совершено в 15:00. Сверток с 493 граммами амфетамина, который обнаружили в рюкзаке Завицкого. Отпечатки с него снимать не стали Сам Завицкий утверждал, что приехал к лесополосе на три часа раньше - к 12:00. Это подтверждает биллинг его телефона и переписка с Аней в вотсапе - в 12:45 она уже скинула ему фотографию поля, в котором оказалась после того, как сбежала с места происшествия. То, что Завицкий был на месте уже в 12:00, подтверждает и предоставленный защитой суду ответ из каршеринговой компании. В нем говорится, что Завицкий в тот день взял автомобиль в аренду в 10:45 утра. При этом из материалов дела следует, что следственно-оперативная группа приехала на место в 20:00, когда уже было темно - следователи осматривали место происшествия с фонарями. Белов объяснял это в суде тем, что группа долго добиралась до лесополосы. В то же время следователь Анастасия Казакова, которая тогда была дежурной, сказала в суде, что следственно-оперативная группа всегда выезжает на место незамедлительно. В любом случае получается, что рюкзак был в распоряжении оперативников как минимум пять часов. Они утверждают, что не трогали рюкзак и не открывали его. "Никто его не трогал. Были приняты меры по охране вещественных доказательств", - сказал в суде Белов. По словам Емельянова, первые три часа после того как Завицкий убежал, они вместе с Беловым бегали по лесу и искали его. Где в этот момент были понятые, он вспомнить не смог. После этого, рассказал свидетель Мусин, они ждали следственно-оперативную группу в машине. Все четверо выходили из машины покурить и отлучались в лес в туалет. Свидетель Якушин вспомнил, что автомобиль, в котором они сидели, находился на расстоянии около 100 метров от места, где, по версии следствия, Завицкий бросил рюкзак. На следующий день после происшествия в лесу свидетель Якушин поехал вместе с оперативниками домой к Завицкому на его задержание. "Просто ему было интересно, как и что", - объяснил Емельянов, зачем его взяли с собой. Из слов Якушина и Мусина следовало, что полицейских, которые подошли к ним на улице Школьная и попросили быть понятыми, они не знали. Однако адвокаты Завицкого обнаружили в интернете фотографию (она есть у Би-би-си), сделанную за много лет до этих событий, на которой Мусин и Емельянов проводят время в одной компании. Заикин заявлял об этом в суде. После ареста сына Николай Завицкий узнал, что в СИЗО по статьям о наркотиках сидят и другие молодые люди, у которых понятыми были либо Мусин, либо Якушин. Он утверждает, что они участвовали в качестве понятых по меньшей мере в пяти уголовных делах в Видном. "Сама следователь сказала нам, что они уже выносили на руководство этот вопрос, что сколько ж можно, одни и те же свидетели. По пяти эпизодам были те же свидетели. Потому что когда Леша уже сидел, посадили других ребят, и эти двое были свидетелями", - рассказывает он. Би-би-си в открытых источниках удалось обнаружить одно такое дело - о покушении на сбыт гашиша в особо крупном размере. Полицейским, который давал показания по делу, был Дмитрий Белов. Понятым - Алексей Якушин. На допросе он заявил, что в 8:20 утра шел по городу Видное, когда его остановили сотрудники полиции и попросили быть понятым. Это было 16 ноября 2018 года - спустя неделю после задержания Завицкого. 16 Адвокаты считают, что интернет-магазин, в котором Завицкий купил марихуану, сотрудничал с правоохранительными органами и передал им данные его заказа, поэтому полицейский Дмитрий Белов знал координаты закладки и 8 ноября целенаправленно приехал туда ждать человека, который за ней приедет. На место приехала машина Завицкого, он ушел за закладкой, поднял ее и пошел к дороге, где его остановил Белов. Завицкий оттолкнул его и побежал, Белов начал в него стрелять. Установлено, что Белов стрелял не из табельного оружия, а из личного травматического пистолета. Адвокат Заикин считает, что полиции надо было как-то объяснить применение оружия в ситуации, когда подозреваемый сбежал, а никаких наркотиков найти не удалось. Защиту удивило, что следственно-оперативную группу даже исходя из версии следствия ждали пять часов (а по версии защиты - еще дольше), а один из понятых явно был знаком с полицейским, что прямо противоречит закону. Установить личность Завицкого полицейским было легко, думает Лайков. Незадолго до этих событий у бульдога Дэнни открылась межпозвоночная грыжа, и впоследствии отказали задние лапки. Завицкий с Клименко возили его в ветеринарную клинику, где ему сделали операцию. В рюкзаке Завицкого, который нашли полицейские, лежал ветеринарный паспорт Дэнни и документы из ветеринарки. В них были указаны фамилия, имя и отчество Завицкого, его мобильный телефон и фактический адрес проживания. Видновский городской суд начал рассматривать дело Алексея Завицкого 3 октября 2019 года. 20 декабря состоялось последнее заседание. Прокурор Кравченко попросила суд приговорить Завицкого к 11 годам колонии строгого режима. Завицкий просил суд его оправдать. Судья Волчихина вынесла приговор в тот же день - 11 лет колонии строгого режима. 17 На апелляции даже прокуратура попросила суд отменить этот приговор и направить дело на новое рассмотрение. Заместитель видновского городского прокурора Ольга Борисова подала в Мособлсуд жалобу на приговор, в которой назвала его "незаконным, необоснованным, несправедливым". В жалобе она обратила внимание на существенные расхождения во времени в показаниях свидетелей обвинения, которым судья Волчихина не придала значения. Также Борисова указала, что Аня Клименко была единственным свидетелем, помимо самого Завицкого, которая сказала, что рюкзак он оставил в машине, и что Белов был на месте один. Но судья Волчихина в приговоре даже не стала давать оценку ее показаниям, указала прокурор. Мособлсуд посчитал виновность Завицкого доказанной и оставил приговор без изменений. Еще до начала рассмотрения дела в Видновском суде адвокаты Завицкого, помимо УСБ, жаловались в областную прокуратуру и в управление СК - на невыполнение следственных мероприятий, подтверждающих его виновность либо невиновность. "Там большие были жалобы, начиная с отпечатков пальцев, осмотра места происшествия, неустановления телефонов свидетелей. На то, что следствие ничего из этого не сделало", - рассказывает Лайков. Родители Завицкого написали письмо президенту Владимиру Путину. "Мы искали спасения, куда только не писали жалобы. Мы везде, куда могли залезть, пытались. Даже Путину написали письмо", - рассказывает Николай Завицкий. Все их жалобы спускались обратно в Видное, откуда отвечали, что они не подлежат удовлетворению. После апелляции родители Завицкого обратились к правозащитникам - вышли на Московскую Хельсинскую группу. Там им посоветовали обратиться в международную правозащитную группу "Агора". В мае этого года "Агора" с правозащитниками из "Зоны права" запустили совместный проект "Фабрика 228" - для оказания юридической помощи тем, кто столкнулся с произволом по делам о наркотиках. Куратор проекта, адвокат "Агоры" Ирина Хрунова в конце августа направила жалобу в Европейский суд по правам человека, в которой указала, что в деле Завицкого было нарушено его право на справедливый суд (пункт 1 статьи 6 Европейской конвенции по защите прав и свобод человека). До этого Европейский суд неоднократно выносил решения в пользу осужденных в России по делам о сбыте наркотиков, а вот по делам о хранении наркотиков есть только один известный случай, когда ЕСПЧ встал на сторону заявителя. Летом прошлого года он присудил 5,2 тысячи евро компенсации морального вреда москвичу Александру Борисову, которого в России осудили на 4,5 года колонии по обвинению в хранении 1,2 грамма амфетамина, которые ему, по его утверждению, подбросили. В результате Верховный суд направил его дело на пересмотр, и Борисова освободили с правом на реабилитацию. Хрунова посчитала, что у дела Завицкого есть перспектива обжалования в ЕСПЧ, потому что у суда уже была соответствующая практика - в частности, жалоба Борисова. Однако суд жалобу Завицкого регистрировать не стал. Суд посчитал, что в ней приведено недостаточно доводов того, что Россия в его деле нарушила конвенцию о правах человека, а оценку решений национальных судов он не дает. Оспорить это решение или переподать жалобу уже нельзя, пояснила Хрунова. 18 По статистике ФСИН, которую в марте этого года приводил ТАСС, осужденные за преступления, связанные с оборотом наркотиков, составляют самую массовую категорию заключенных в российских колониях. По данным ведомства, в 2019 году в колониях за наркопреступления отбывали наказание 120 тысяч человек - это 28% всех заключенных. В первую очередь под угрозой стать жертвой полицейской провокации находятся сами наркопотребители, говорит адвокат "Агоры" Ирина Хрунова: "В отношении наркозависимых, как правило, существует очень большая стигма со стороны юридического сообщества. То есть если у наркозависимого человека нашли наркотики, уже ни один юрист не поверит, что эти наркотики ему были подброшены. Он же наркозависимый, значит у него при себе должны быть наркотики". Понятия наркозависимый и наркопотребитель при этом не разграничиваются, добавляет она: "Согласно российской наркологии, если человек курит хотя бы раз в месяц, то у него зависимость". Родители Завицкого уже третий год пытаются добиться справедливости для своего сына. Французский бульдог Дэнни сейчас живет с ними. Задние лапки у него так и не работают. Аня Клименко сейчас живет на Украине, работает хореографом. В Россию она возвращаться не хочет: "После того что произошло, у меня такие воспоминания [связаны с Россией]. И опасения тоже есть. Учитывая то, как поступили с Лешей, я просто уже ничему не удивлюсь". Иван Емельянов больше не работает в УМВД по Ленинскому району. Как рассказал Би-би-си источник, знакомый с кадровыми перестановками в управлении, Емельянова уволили летом 2019 года после того как стало известно, что он якобы вымогал деньги у задержанного. Дмитрий Белов больше не работает в отделе по борьбе с наркотиками. Он перешел в ГИБДД и стал инспектором ДПС. 26-летний свидетель Алексей Якушин стал полицейским. Когда он давал показания в суде по делу Завицкого осенью 2019 года, он был младшим инспектором линейного управления МВД России в аэропорту Домодедово. 29-летний Алексей Завицкий сейчас находится в исправительной колонии №6 в Липецкой области. Осталось две инстанции, в которых у него есть шанс доказать свою невиновность - Кассационный суд и Верховный суд. Уже после публикации текста стало известно, что 23 декабря Первый кассационный суд общей юрисдикции в Саратове рассмотрел кассационную жалобу Завицкого и оставил приговор без изменений. Близкое по теме: Полицейские вымогали деньги, угрожая подбросить наркотики Правозащитники пытаются остановить полицейский беспредел в России Полиция довела пенсионера до суицида из-за конопли Источник: bbc.com
  17. Поездка в Подмосковье за закладкой с пятью граммами марихуаны ноябрьским утром 2018 года обернулась для 27-летнего Алексея Завицкого стрельбой, ранениями и 11 годами строгого режима. Однако такой срок он получил не за марихуану, а за полкило амфетамина, сверток с которым полицейские подмосковного города Видное обнаружили в его рюкзаке, забытом в машине. Завицкий убеждал следствие и суд, что наркотики ему подбросили. Би-би-си изучила обстоятельства дела. 1 8 ноября 2018 года в Москве было пасмурно. 27-летний Алексей Завицкий и его девушка, 26-летняя Анна Клименко проснулись в небольшой двухкомнатной квартире, которую они снимали в многоэтажке в Южном Чертаново, и пошли гулять со своей собакой - двухлетним французским бульдогом Дэнни. На тот момент Завицкий с Клименко были вместе больше трех лет. Клименко работала хореографом в балете. Завицкий, строитель по образованию, в последнее время занимался поставками металлических контейнеров (например, для раздевалок или гримерок) на массовые мероприятия. Готовил инфраструктуру к чемпионату мира по футболу 2018 года, строил стадион "Спартак". Его зарплата варьировалась в зависимости от времени года и количества работы - летом он мог зарабатывать 100-150 тысяч рублей, а зимой, когда заказов не так много, - 40-70 тысяч. Завицкий старался помогать родителям, отправлял им деньги. Они постоянно были на связи, созванивались, Он часто ездил их навещать в деревню Селижарово Тверской области - его отец Николай Завицкий занимается там фермерством. У Завицкого с Клименко было много планов, они хотели путешествовать, смотреть мир. Но так как у Завицкого не было загранпаспорта, пока что им удалось побывать только в Абхазии - они ездили туда летом втроем, вместе с Дэнни. Осенью Завицкий как раз собирался делать себе паспорт, собирал документы. Клименко, переехавшая в Москву из Украины в начале 2010-х годов, очень хотела показать ему свою родину. "Моя мама даже сделала ему приглашение, потому что русским парням очень сложно попасть в Украину, - рассказывает Аня. - Конечно, у нас с ним были планы. Мне с ним было весело, как с другом. Это, наверно, единственный человек, который меня по-настоящему любил". В четверг, 8 ноября, их жизнь изменилась. Накануне Завицкий купил в даркнете пять граммов марихуаны. Заказ он оплатил в тот же вечер - спустился из дома до ближайшего магазина с терминалом и перевел деньги. Употребление наркотиков в России противозаконно, но не считается преступлением и влечет административную, а не уголовную ответственность. Так же обстоит дело и с хранением наркотиков в незначительном с точки зрения законодательства размере. Утром 8 ноября, погуляв с Дэнни, Завицкий открыл компьютер посмотреть данные заказа и скинул себе на телефон координаты закладки. Судя по карте, она должна была лежать в Подмосковье, в лесу рядом с дорогой, которая ведет от Каширского шоссе в деревню Калиновка. Он забронировал каршеринг - ближайшая машина стояла в километре от их дома. Он сел за руль, Клименко поехала с ним. На заднее сиденье Леша бросил свой рюкзак. Было примерно 11 часов утра. 2 Минут через 40 они доехали до места - Завицкий остановился напротив узкой лесополосы, в которой должна была быть закопана закладка, и пошел ее забирать. Листва с деревьев уже почти опала, и видимость была хорошая - место закладки он нашел быстро, рассказывал он потом на допросе. Она лежала в упавших листьях рядом со сломанным березовым бревном. Подняв небольшой черный пакетик, Завицкий положил его в правый карман куртки и направился обратно к дороге, где стояла машина. Клименко все это время ждала его внутри. Вокруг не было ни души, вспоминает она, мимо проехал только один автомобиль. Как только Завицкий показался из леса, она увидела, что со стороны дороги ему навстречу идёт человек. Клименко не видела его лица, но запомнила, что он был лысый и одет в черную кожаную куртку, - похожий человек как раз сидел за рулем автомобиля, который проехал мимо, пока она ждала Завицкого. Мужчина подошел к Завицкому, они стали о чем-то разговаривать - о чем именно, она не слышала. Через два месяца, во время допроса, она вспомнит, что мужчина стоял примерно в метре от их машины и каких-либо документов или удостоверений не показывал. Их разговор, по ее словам, продлился около 15 секунд. "Ко мне подошел этот человек и с напором начал требовать документы. Я попытался спросить - зачем, на каком основании - но он мне ничего не ответил на мой вопрос. Только "давай документы, а то будет хуже". Я в тот момент испугался, и единственное, что пришло мне в голову - я побежал через дорогу. Я побежал и услышал вслед слова: "Стой, сука, стрелять буду", - так Завицкий описал эту встречу спустя год, во время допроса в суде. Он побежал в сторону леса, лысый мужчина в кожаной куртке достал пистолет и начал стрелять ему вслед. Леша услышал выстрелы, уже когда добежал от дороги до лесополосы. Он не остановился. "Я испугался за себя и за девушку, которая сидела в машине, и решил увести его подальше от машины", - рассказывал Завицкий в суде. Клименко в это время сидела в машине и смотрела, как неизвестный мужчина стреляет из пистолета в ее убегающего в лес парня: "Я такого в жизни никогда не видела. Даже сейчас я это вспоминаю, и у меня мурашки по коже. Непонятно, что это за человек, кто он такой. Леша убегает, и он бежит за ним и стреляет. Я слышу эти выстрелы, у меня срабатывает инстинкт самосохранения, и я понимаю, что мне тоже надо валить", - рассказывает она. Водить Клименко не умела, и прав у нее не было, поэтому уехать она не могла. Она выскочила из машины и побежала в сторону, противоположную той, куда побежал Завицкий. Машина осталась открытой. В ней на заднем сиденье остался рюкзак. От страха Клименко про него даже не вспомнила. 3 "Я, наверно, так быстро никогда в жизни не бегала, - вспоминает она, - У меня все в голове было затуманено. Я просто бежала, я падала - помню, упала в лужу. Мне казалось, что за мной тоже бегут, но я не оборачивалась. Я просто бежала, потому что мне было страшно". Она не помнит, сколько бежала. В какой-то момент ей позвонил Завицкий. Они поговорили быстро - рассказали друг другу, что оба убежали, и он попросил ее скинуть ему в WhatsApp свои координаты. Клименко находилась в поле. "Я посмотрел, где находится ближайшая к ней деревня, сказал дойти дотуда и вызвать такси", - рассказывал Завицкий в суде. Пока Клименко шла - по ее воспоминаниям, до деревни она прошла еще километра два-три - Завицкий открыл карту и нашел на ней кафе на берегу реки в деревне Калиновка, скинул ей адрес и попросил ее забрать его оттуда на такси. Сам он находился в лесу неподалеку. Завицкий вышел к реке и направился вдоль нее в сторону кафе. Пакетик с марихуаной он выбросил в реку - на всякий случай. Примерно в тот же момент он заметил, что у него ранена левая нога. Он дошел до кафе, примерно через полчаса подъехала Клименко. Когда он сел в машину, она заметила, что он был весь в крови. В такси ехали молча. 4 Дома они увидели, что стрелявший мужчина попал в Завицкого дважды - в ягодицу и в икру левой ноги. Раны сильно кровоточили и по форме походили на глубокие кратеры - пистолет был травматическим. В больницу обращаться не стали - побоялись, что врачи вызовут полицию. Клименко сходила в аптеку, купила бинты и заживляющие антибиотики. Раны Завицкого она обработала самостоятельно. Клименко не помнит, что именно Завицкий ей рассказывал в тот вечер о том, что произошло у лесополосы. Вероятно, он понял, что стрелявший был полицейским, несмотря на то, что тот не представился и не показал удостоверение, говорит она. Девушка переживала из-за того, что произошло, и уговаривала Завицкого куда-нибудь уехать, хотя бы в Тверскую область к его родителям. Он ее успокаивал и говорил, что ничего не случится, ведь от наркотиков он избавился. "Я ему говорила: может, давай куда-то поедем, потому что я беспокоюсь. Хотя бы к родителям, куда-нибудь. Он отвечал: да не переживай, все нормально, это же шишки! Подумаешь, максимум на 15 суток может меня посадят и все", - вспоминает Клименко. Шишками на сленге называют марихуану. Завицкий знал, что по российским законам пять граммов этого наркотика - незначительный размер, наказание за хранение такого веса - штраф до пяти тысяч рублей или 15 суток ареста. Уголовная ответственность за хранение марихуаны начинается с шести граммов. Больше Завицкий переживал за то, что убежал от подошедшего к нему мужчины в лес. Последние поисковые запросы в его телефоне были такими: "убежал от полиции", "штраф за погоню от полиции", "что будет, если скрылся от полиции", "в каких случаях полицейский может стрелять". Про забытый в машине рюкзак они вспомнили уже дома. "Когда все заварилось, я себя очень долго винила в том, что в тот момент я про него забыла, если бы тогда его забрала, то всего, что было дальше, возможно бы и не случилось", - признается Клименко. 5 На следующий день они проснулись около 10 утра. Клименко обработала Завицкому раны и пошла гулять с Дэнни. Из дома они так и не вышли - внизу в подъезде их ждали оперативники. Среди них был и лысый мужчина, который накануне стрелял в Завицкого у лесополосы. "Не помню, сколько их было - то ли четверо, то ли пятеро. Они меня просто завернули и сказали: иди, показывай, где он. Они мне начали сразу угрожать: в твоих интересах с нами сотрудничать, потому что потом увидишь, что будет. Все это прямо в лифте началось, когда мы ехали на 23-й этаж", - рассказывает Клименко. "Я захожу, я просто в шоке, - продолжает она. - Они надевают на Лешу наручники. Он был в одних шортах, когда они пришли, и они даже не дали ему нормально одеться. Я им говорила: пожалуйста, снимите наручники, дайте ему хотя бы футболку нормально надеть. Я ему помогала одеваться уже с наручниками на руках". По словам Клименко, оперативники вели себя "очень жестко", "быковали". "Мы их спрашивали - по какой причине они вломились и что хотят. Они сказали, и то больше говорили не мне, а моей девушке, что "незаконный оборот наркотиков", - описывал Завицкий свое задержание во время допроса в суде. "Его начали уводить, я спрашиваю их: а куда вы его повезете-то? Они даже этого не сказали, просто забрали его и ушли", - рассказывает Клименко. Когда Завицкого увели, Клименко в панике позвонила своим друзьям, и те приехали к ней домой, чтобы она не оставалась одна. Они начали обзванивать ближайшие отделы полиции. "Спрашивали: такой-то такой-то у вас есть? Нет. Нигде его не было", - вспоминает она. В районе шести вечера Завицкий позвонил ей сам: "Он позвонил уже с телефона следователя и прям по телефону сказал: "Малыш, ищи адвоката, мне подкинули наркотики в рюкзак". 6 Лысым мужчиной в кожаной куртке, который стрелял в Завицкого у лесополосы рядом с Каширским шоссе, оказался оперуполномоченный отдела по по контролю за оборотом наркотиков (ОНК) управления МВД по Ленинскому району Подмосковья Дмитрий Белов. Когда он вошел в квартиру, Завицкий сразу его узнал. Вместе с Беловым задерживать Завицкого приехали начальник отдела по контролю за оборотом наркотиков УМВД по Ленинскому району Иван Емельянов, еще один оперативник и свидетель Алексей Якушин. Завицкого в наручниках вывели из дома и посадили в стоявший у подъезда черный Range Rover. Через три месяца на допросе следователю он расскажет, а позже повторит в суде, что как только они сели в машину, в его сторону посыпались угрозы. "Мы тронулись, и мне сразу начали говорить: ты рюкзак оставил в машине, и мы в него положили полкилограмма амфетамина. Объяснили, что меня ждет, и сразу же напрямую начали узнавать: моя ли квартира - я сказал, что снимали; чем занимаются родители - я сказал, что отец фермер, а мать - домохозяйка; есть ли богатые друзья", - описывал Завицкий то, что происходило в машине, в суде. "Мне предлагали взять на себя 500 граммов амфетамина и начать сотрудничать, тогда бы мне грозил условный срок наказания, либо предложили решить вопрос взяткой", - рассказывал он. "Я отказался, все игнорировал, если честно, не верил, что так нагло можно упечь человека", - признался Завицкий в суде. Как он понял, сотрудничество, которое ему предлагали, заключалось в работе штатным свидетелем вместе с Якушиным, приехавшим с оперативниками на его задержание. Кроме него этого разговора в машине никто из присутствовавших больше не запомнил. 7 Провозив Завицкого несколько часов в машине, его доставили в отдел полиции подмосковного города Видное. "Меня завели в кабинет. Емельянов достал из сейфа в этом кабинете прозрачный пакет, в котором был порошок. Он мне сказал: вот что было у меня в рюкзаке, бросил на стол и приказал своим сотрудникам быстро меня оформлять", - говорил он в суде. В пакете было 493 грамма амфетамина. После этого Завицкого отвели к следователю. Та подписала постановление о возбуждении в отношении него уголовного дела по статье о покушении на сбыт наркотиков в особо крупном размере (часть 3 статьи 30, часть 5 статьи 228.1 УК РФ). Максимальное наказание по ней - пожизненное лишение свободы. У Завицкого было право на звонок, и он позвонил своей девушке. "Он сказал, что будет обыск, и попросил постараться найти к этому времени адвоката. Я начала искать адвоката, звонить всем-всем возможным. Где-то к 10 вечера я успела найти адвоката, он приехал к нам домой. И он был у нас дома, когда пришли с обыском. Обыск был в тот же день, когда его задержали, поздно вечером", - рассказывает Клименко. Когда пришли с обыском, в квартире находились четыре человека - она, двое ее друзей и адвокат. "Слава богу, что со мной тогда были мои друзья. Потому что мне даже сам адвокат сказал: если бы вы были одна, то вам бы по-любому еще что-то подкинули в квартиру. Мы все у них над душой стояли, когда они все обыскивали, чтобы они ничего не подкинули", - говорит Клименко. Во время обыска у них дома ничего не нашли. На следующий день Видновский суд избирал Завицкому меру пресечения. "Мы поехали, я уже не помню, что там было, потому что я тогда просто не могла остановиться и постоянно рыдала. Со мной были друзья, но что происходило после этих двух дней - все как в тумане", - рассказывает Клименко. Видновский суд заключил Завицкого под стражу. 8 Николай Завицкий узнал об аресте сына уже постфактум. Он сначала не хотел волновать родителей, думал, что все обойдется, объясняет Клименко: "Его родителям я позвонила, когда Леша дал добро. Он позвонил и сказал: Ань, так и так, звони папе". "На мере пресечения я не был, даже не знал. После этого Аня мне позвонила, говорит: Николай Алексеевич, Леше подкинули наркотики и арестовали. И мы начали разговаривать. У меня сначала истерика была, я поэтому половину из того, что она рассказывала, плохо помню, - признается Николай Завицкий. - Она говорит: Николай Алексеевич, когда мы туда приехали, в Лешу стреляли. Я не понял сначала. Я в истерике говорю: как стреляли?! Не могу понять". После звонка Клименко он приехал из Тверской области к ним домой, в Москву. Там же был и адвокат, которого Аня наняла в день задержания Завицкого. "Аня рассказывает: Николай Алексеевич, у нас был обыск, но все нормально. Я спрашиваю: а что искали-то? Наркотики искали. Адвокат объясняет: они весы подкинуть хотели. Я говорю: какие весы? Я-то не понимаю, что за весы, представил весы, чтоб мясо вешать, - смеется Николай. - А он говорит, что нет, бывают еще маленькие весы, с ноготок, - взвешивать наркотики" (в делах о покушении на сбыт наркотиков следователи часто используют наличие дома у обвиняемого маленьких весов как косвенное доказательство его преступных намерений - прим. Би-би-си). Завицкие до сих пор благодарны этому первому адвокату, которого наняла Клименко, хотя потом и сменили его. Николай убежден, что во время обыска у сына в квартире ничего не нашли именно потому, что там присутствовал адвокат: "Он за ними наблюдал, сразу их юридически на место поставил. Подкинули бы 100%, но там был адвокат и поэтому ничего не получилось". Николай попросил адвоката ходить к Завицкому каждый день: "Знаете, когда адвокат приходит, он же видит изменения или еще что. И мы первое время держали адвоката только чтобы он каждый день ходил к сыну. Мы боялись, что сына будут бить". Поговорить с сыном Николаю Завицкому удалось, уже когда прошло больше месяца с его ареста - на свидании в СИЗО. "С него сначала просили деньги. После задержания его с утра до вечера катали в машине, хотели взятку 400 или 500 тысяч. Я сыну говорил: "Сынок, позвонил бы мне. Я привез бы". Он молодой, с полицией никогда дел не имел, отвечал мне: "Пап, ну это несправедливо, это нечестно, за что мне 400 тысяч им давать, я не хотел тебя беспокоить. По закону [пять граммов марихуаны] - это штраф", - описывает Николай свой разговор с сыном. - Я говорю: "Сынок, и вот видишь, к чему привело твое вот это "по закону"?! Никаких законов здесь нет". 9 Спустя неделю после ареста Завицкому предъявили обвинение в сговоре с целью продажи крупной партии амфетамина. В материалах дела говорится, что в сговор он вступил в неустановленное время, при неустановленных обстоятельствах и с неустановленным лицом. По версии следствия, неустановленный сообщник Завицкого поместил сверток с 493 граммами амфетамина в тайник, сделанный в 30 метрах от дороги, ведущей от Каширского шоссе в деревню Калиновка, а затем сообщил Завицкому координаты тайника - каким способом, следствие не установило. По версии следствия, 8 ноября Завицкий приехал к тайнику, забрал из него сверток с амфетамином и положил его в рюкзак, который взял с собой. Однако довести начатое до конца ему не удалось, так его задержали сотрудники наркоконтроля управления МВД по Ленинскому району Московской области, которые проводили в той местности оперативно-розыскное мероприятие (ОРМ) "Наблюдение", утверждает следствие. Во время задержания Завицкий оказал сопротивление сотрудникам полиции и попытался избавиться от свертка с амфетамином, бросив рюкзак на землю - в ходе осмотра места происшествия этот сверток был обнаружен и впоследствии изъят, заключила старший следователь следственного управления УМВД по Ленинскому району, майор юстиции Мухтарова. 10 9 ноября, уже после того как Завицкого задержали и доставили в отдел, начальник местного наркоконтроля Иван Емельянов написал в рапорте, что сотрудники его отдела проводили операцию "Наблюдение", поскольку у них были оперативные данные о месте закладки свертка с амфетамином и о приметах молодого человека, который должен был ее забрать в этот день: "Возраст на вид 25-30 лет, рост примерно 180 сантиметров, худощавого телосложения, одет в темные брюки, куртку зеленого цвета, с рюкзаком черного цвета на спине". По словам Емельянова, согласно их оперативным данным, сверток амфетамина Завицкому собирался через интернет-магазин передать мужчина по имени Дамир. Установить его личность оперативники, судя по всему, даже не пытались: 9 ноября Емельянов в другом своем рапорте написал, что это не представилось возможным, так как Завицкий воспользовался 51-й статьей Конституции и в день своего задержания отказался давать какие-либо показания. В операции "Наблюдение" 8 ноября, по утверждению полицейских, участвовали четыре человека: Емельянов, его подчиненный Дмитрий Белов, а также два человека, которых сотрудники полиции попросили поучаствовать в мероприятии в качестве незаинтересованных лиц - Рустам Мусин и Алексей Якушин. Во время допросов они рассказали примерно одно и тоже. 8 ноября Мусин и Якушин, проживающие в Москве и, по их словам, не знакомые друг с другом, одновременно - в 9:20 утра - оказались на улице Школьная в городе Видное, где к ним обоим подошли сотрудники полиции и попросили поучаствовать в ОРМ "Наблюдение" в качестве незаинтересованных лиц и быть понятыми при задержании. 9 ноября Мусина и Якушина допросила следователь Мухтарова. Протоколы их допросов идентичны и совпадают практически слово в слово. Оба сказали, что участвовали вместе с полицейскими в ОРМ "Наблюдение" и наблюдали за предположительным местом закладки, когда примерно в 14:50 мск к этому месту подошел мужчина и "начал что-то искать в траве, несколько раз наклонялся к земле, затем поднял что-то с земли и положил это в рюкзак черного цвета, который был при нем". После этого, как запомнили Мусин и Якушин, примерно в 15:00 мужчина вышел из леса и направился к дороге, после чего к нему подошел полицейский Белов. "Когда к нему подошел сотрудник полиции, молодой человек нанес ему несколько ударов по лицу и грудной клетке, потом толкнул его и перебежал дорогу в сторону леса, после чего он с правого плеча снял рюкзак и бросил его на землю. Сотрудник полиции достал травматический пистолет, предупредил о его применении молодого человека, но он продолжил бежать вглубь леса. Сотрудник полиции два раза выстрелил в воздух, однако молодой человек продолжил бежать, сотрудник полиции бежал за ним, однако молодой человек скрылся", - эти события Мусин и Якушин, согласно протоколам, пересказали на допросе слово в слово. Полицейские и понятые говорят, что Завицкий бросил рюкзак в лесу, когда убегал. Леша с Аней утверждают, что рюкзак он оставил в каршеринге. До приезда следственной группы рюкзак находился в распоряжении полицейских 5-7 часов Все четверо - Белов, Емельянов, Якушин и Мусин - рассказали, что во время ОРМ "Наблюдение" находились в машине. Клименко же утверждает, что кроме Белова там никого не было. "Когда Алексей зашел в лес, я видела автомобиль, который проезжал по полосе встречного движения, типа джип, темного или серого цвета. Этот автомобиль ехал медленно, и через лобовое стекло я видела, что за рулем сидит мужчина, который впоследствии подходил к Алексею и стрелял в него. Никого в салоне джипа я больше не заметила, ни на переднем пассажирском, ни на заднем сиденье никого не было", - рассказала она во время допроса. Завицкий не брал с собой рюкзак, когда пошел за закладкой, он остался на заднем сиденье каршеринговой машины, утверждала его девушка. 11 После ареста Завицкого Клименко ходила с дрожащими руками. "Я каждый день выходила из дома как параноик, мне было реально страшно. Я сидела на успокоительных", - говорит она. Из квартиры в Южном Чертаново, которую они снимали с Лешей, ей пришлось съехать - она не могла платить за аренду одна, и с квартирой стали связаны тяжелые воспоминания. Вместе с Дэнни она переехала к своей подруге в Медведково: "Одна я бы с ума сошла. Мне подруга сказала: все, едешь ко мне, и без вариантов. Она меня буквально вытянула из этого состояния, не давала мне пасть духом капитально, потому что я была на грани". О возможных проблемах Аню предупреждал адвокат, вспоминает она: "Он говорил: Аня, будь осторожна. Старайся одна из дома не выходить. Потому что могут встретить у подъезда, что-то подкинуть. Например, чтобы Леха взял вину на себя, чтобы меня спасти". На допрос к следователю она пошла в конце января. Примерно в то же время адвокаты Завицкого (на тот момент в дело вступили адвокаты Андрей Лайков и Андрей Заикин, которые потом защищали Лешу в суде) пожаловались на неправомерные действия полицейских в управление собственной безопасности (УСБ) МВД. После этого Клименко вызвали еще и на допрос в УСБ, сотрудникам которого нужно было провести проверку по факту жалобы. Уже после допроса ей позвонили - было 5 февраля. По ее словам, позвонил ей сотрудник УСБ: "Он начал угрожать: что ты же понимаешь, что тебе сейчас лучше все сразу сказать и с нами сотрудничать, потому что тебе потом будет пипец, ты же понимаешь, что тебе светит. С таким намеком что-то было". "Ей угрожал кто-то из сотрудников УСБ, звонили ей. После того, как мы пожаловались. Знаете, Аня тогда была тоже в истерике страшной. На нее наехали по телефону, я ей говорю: Анют, ты не записала? Она отвечает: дядь Коль, я не смогла, я не сообразила. Понимаете, это надо опытным в таких делах быть, чтоб телефон всегда на записи держать", - говорит Николай Завицкий. После звонка с угрозами адвокат посоветовал Клименко уехать из России. То же самое ей сказал Завицкий-старший: "Я ей говорю: Ань, тебя щас посадят, а мне вас двоих не вытянуть. Мне и одного не вытянуть, а так я же не брошу ее, чужой ребенок, девушка моего сына. И как мне? Я бы с ума сошел бы. Я говорю ей: лучше уедь. Потому что иначе будет плохо", - рассказывает он. 7 февраля следователь Мухтарова написала рапорт, в котором сообщила, что во время осмотра мобильного телефона Завицкого в нем была обнаружена переписка с Клименко, в которой "имеется информация о том, что Клименко совместно с Завицким в неустановленных местах осуществляют "закладки" запрещенных веществ". "На основании изложенного полагаю необходимым провести дополнительную проверку по данному факту", - написала следователь. Клименко собрала вещи и 9 февраля уехала из России. С Завицким они последний раз виделись на заседании по продлению его ареста. 12 После задержания 9 ноября Завицкого отправили на медосвидетельствование. Его анализы показали положительную реакцию на марихуану. Следов амфетамина в них не нашли. Следователь Мухтарова изучила телефон Завицкого и приобщила к делу скриншоты его переписок с Клименко за полгода, в которых речь шла о наркотиках. Там были сообщения вроде "А я клад нашел", "Щас буду выезжать через 10 мин. Мы просто так **** [указывается способ употребления марихуаны - Би-би-си], Аня к барыге съездила", "Если стремно, то лучше даже не пробуйте. И если что, ты помнишь, все выкидывай". В переписке не было ни одного упоминания амфетамина. Следователь нашла в их переписке фотографии из разных общественных мест, на которых стрелочками были указаны - вероятно - места закладок: "под люком", "возле камня", "под кустиком", "под крышкой бачка", несколько сообщений с координатами - вероятно - закладок, одну фотографию бонга (устройство для употребление марихуаны), фото с нарезанным на доске гашишем. Следователь изучила историю поисковых запросов Завицкого. Там помимо координат она обнаружила, что один раз он заинтересовался выращиванием дома псилоцибиновых грибов и гуглил, легальны ли их споры. В истории его поисковых запросов не было ни одного упоминания амфетамина. 11 декабря, спустя месяц после ареста Завицкого, следователь Мухтарова назначила по его делу психиатрическую экспертизу. Ее проводили психиатры Центральной клинической психиатрической больницы Московской области. Врачи заключили, что в его случае имело место "пагубное, с вредными последствиями употребление каннабиноидов". Сам Завицкий признавал, что периодически употреблял марихуану, и настаивал на том, что к лесу рядом с Каширским шоссе приехал забирать закладку именно с ней. Причастность к амфетамину он отрицал и на стадии следствия, и во время судебного процесса. - Амфетамин не ваш? - спрашивала его судья Видновского городского суда Маргарита Волчихина. - Нет, - отвечал Завицкий. - Вы полагаете, что вам его подкинули? - задавала вопрос судья Волчихина. - Да, - соглашался Завицкий. - А вы употребляли только марихуану? - продолжала задавать вопросы судья Волчихина. - Да, - говорил Завицкий. - По вашим показаниям следует, что в лес вы пошли за? - уточняла судья Волчихина. - Марихуаной, - закончил за ней предложение Завицкий. 13 Статья о покушении на сбыт наркотиков в особо крупном размере, по которой обвинили Завицкого, предполагает наказание вплоть до пожизненного лишения свободы, поэтому у него было право на рассмотрение дела с участием присяжных. Но вскоре после того как адвокаты Завицкого подали ходатайство о рассмотрении его дела с участием присяжных, ему переквалифицировали обвинение с покушения на сбыт на более легкую статью - хранение наркотиков в особо крупном размере (часть 3 статьи 228). Наказание по ней тоже суровое - от 10 до 15 лет лишения свободы, а вот возможности суда присяжных она не предполагает. Адвокаты Завицкого считают, что обвинение переквалифицировали специально, чтобы не допустить суда присяжных. По их мнению, из-за огромного количества нарушений и нестыковок в деле присяжные бы обязательно оправдали Завицкого. "Если бы был суд присяжных, сын бы уже давно был дома", - уверен Николай Завицкий. Завицкому не сделали смывы рук на предмет наличия на них следов наркотиков. Не сделали смывы с образцов волос. Не сделали срезы ногтевых пластин. Не стали исследовать его одежду. Рюкзак, в который Завицкого, по версии следствия, положил сверток с амфетамином, его девушке вернули еще во время обыска у них дома 9 ноября. Следователь Мухтарова решила, что он не представляет интереса для следствия и признавать его вещдоком нецелесообразно. "Адвокаты задают вопрос: там же земля, следы земли там, где он якобы копал. Если он в рюкзак положил, там же должно было что-то остаться? Я еще засмеялся с сыном на суде, когда фотографии показывали. Я говорю: "Сынок, ты че, с лопатой ходил туда?". Там правда все раскопано было, как будто кабаны все изрыли. И ты в любом случае эту землю найдешь - и на рюкзаке, и на руках, везде ты найдешь эту землю", - рассуждает Николай Завицкий. 14 Отпечатки пальцев - адвокат Завицкого Андрей Лайков, бывший следователь, называет их наличие железным доказательством вины в делах о наркотиках - с изъятого свертка брать не стали. Лайков еще на стадии следствия просил Мухтарову назначить и провести дактилоскопическую экспертизу - на предмет наличия на свертке отпечатков Завицкого, - и биологическую экспертизу - на предмет наличия на свертке его пото-жировых выделений. Она отказала. В постановлении об отказе в удовлетворении его ходатайства она написала, что проводить такие экспертизы нецелесообразно, потому что сверток несколько раз вскрывали. Аналогичное ходатайство Лайков заявлял и во время судебного процесса: он просил суд провести дактилоскопическую, биологическую и геномномолекулярную экспертизы свертка. Прокурор Кравченко была против. Она тоже сказала, что проводить эти экспертизы нецелесообразно, потому что сверток трогало много людей без перчаток, вследствие чего одни отпечатки на нем наложились на другие. "На суде, когда они сказали, что там все заляпано, мне просто плохо стало. Вы судьбу человека решаете, и вы заляпали доказательство его вины?!" - возмущается Николай Завицкий. Лайков убежден, что даже в таком случае следы Завицкого на свертке, если они там действительно были, обнаружить было возможно. "Даже если этот пакет все потрогали, можно было выделить геном определенного человека", - сказал он Би-би-си. 15 В основу обвинения Завицкого легли показания полицейских - Емельянова и Белова - и свидетелей Мусина и Якушина. Но, по словам Лайкова, так и не доказано, были ли они в тот день на месте преступления - суд отказался запросить информацию о перемещениях автомобиля полицейских и детализацию телефонных звонков. Емельянов на допросе сказал, что попросил понятых оставить мобильные телефоны в отделе полиции, но сам телефон взял. В суде полицейский говорил, что именно по мобильному телефону он вызвал следственно-оперативную группу для осмотра места происшествия после того, как Завицкий убежал. По словам полицейских, Завицкий приехал на место приблизительно в 14:50, а уже через 10 минут поднял закладку и, как они утверждают, положил в рюкзак. Соответственно, следствие указывает, что преступление было совершено в 15:00. Сверток с 493 граммами амфетамина, который обнаружили в рюкзаке Завицкого. Отпечатки с него снимать не стали Сам Завицкий утверждал, что приехал к лесополосе на три часа раньше - к 12:00. Это подтверждает биллинг его телефона и переписка с Аней в вотсапе - в 12:45 она уже скинула ему фотографию поля, в котором оказалась после того, как сбежала с места происшествия. То, что Завицкий был на месте уже в 12:00, подтверждает и предоставленный защитой суду ответ из каршеринговой компании. В нем говорится, что Завицкий в тот день взял автомобиль в аренду в 10:45 утра. При этом из материалов дела следует, что следственно-оперативная группа приехала на место в 20:00, когда уже было темно - следователи осматривали место происшествия с фонарями. Белов объяснял это в суде тем, что группа долго добиралась до лесополосы. В то же время следователь Анастасия Казакова, которая тогда была дежурной, сказала в суде, что следственно-оперативная группа всегда выезжает на место незамедлительно. В любом случае получается, что рюкзак был в распоряжении оперативников как минимум пять часов. Они утверждают, что не трогали рюкзак и не открывали его. "Никто его не трогал. Были приняты меры по охране вещественных доказательств", - сказал в суде Белов. По словам Емельянова, первые три часа после того как Завицкий убежал, они вместе с Беловым бегали по лесу и искали его. Где в этот момент были понятые, он вспомнить не смог. После этого, рассказал свидетель Мусин, они ждали следственно-оперативную группу в машине. Все четверо выходили из машины покурить и отлучались в лес в туалет. Свидетель Якушин вспомнил, что автомобиль, в котором они сидели, находился на расстоянии около 100 метров от места, где, по версии следствия, Завицкий бросил рюкзак. На следующий день после происшествия в лесу свидетель Якушин поехал вместе с оперативниками домой к Завицкому на его задержание. "Просто ему было интересно, как и что", - объяснил Емельянов, зачем его взяли с собой. Из слов Якушина и Мусина следовало, что полицейских, которые подошли к ним на улице Школьная и попросили быть понятыми, они не знали. Однако адвокаты Завицкого обнаружили в интернете фотографию (она есть у Би-би-си), сделанную за много лет до этих событий, на которой Мусин и Емельянов проводят время в одной компании. Заикин заявлял об этом в суде. После ареста сына Николай Завицкий узнал, что в СИЗО по статьям о наркотиках сидят и другие молодые люди, у которых понятыми были либо Мусин, либо Якушин. Он утверждает, что они участвовали в качестве понятых по меньшей мере в пяти уголовных делах в Видном. "Сама следователь сказала нам, что они уже выносили на руководство этот вопрос, что сколько ж можно, одни и те же свидетели. По пяти эпизодам были те же свидетели. Потому что когда Леша уже сидел, посадили других ребят, и эти двое были свидетелями", - рассказывает он. Би-би-си в открытых источниках удалось обнаружить одно такое дело - о покушении на сбыт гашиша в особо крупном размере. Полицейским, который давал показания по делу, был Дмитрий Белов. Понятым - Алексей Якушин. На допросе он заявил, что в 8:20 утра шел по городу Видное, когда его остановили сотрудники полиции и попросили быть понятым. Это было 16 ноября 2018 года - спустя неделю после задержания Завицкого. 16 Адвокаты считают, что интернет-магазин, в котором Завицкий купил марихуану, сотрудничал с правоохранительными органами и передал им данные его заказа, поэтому полицейский Дмитрий Белов знал координаты закладки и 8 ноября целенаправленно приехал туда ждать человека, который за ней приедет. На место приехала машина Завицкого, он ушел за закладкой, поднял ее и пошел к дороге, где его остановил Белов. Завицкий оттолкнул его и побежал, Белов начал в него стрелять. Установлено, что Белов стрелял не из табельного оружия, а из личного травматического пистолета. Адвокат Заикин считает, что полиции надо было как-то объяснить применение оружия в ситуации, когда подозреваемый сбежал, а никаких наркотиков найти не удалось. Защиту удивило, что следственно-оперативную группу даже исходя из версии следствия ждали пять часов (а по версии защиты - еще дольше), а один из понятых явно был знаком с полицейским, что прямо противоречит закону. Установить личность Завицкого полицейским было легко, думает Лайков. Незадолго до этих событий у бульдога Дэнни открылась межпозвоночная грыжа, и впоследствии отказали задние лапки. Завицкий с Клименко возили его в ветеринарную клинику, где ему сделали операцию. В рюкзаке Завицкого, который нашли полицейские, лежал ветеринарный паспорт Дэнни и документы из ветеринарки. В них были указаны фамилия, имя и отчество Завицкого, его мобильный телефон и фактический адрес проживания. Видновский городской суд начал рассматривать дело Алексея Завицкого 3 октября 2019 года. 20 декабря состоялось последнее заседание. Прокурор Кравченко попросила суд приговорить Завицкого к 11 годам колонии строгого режима. Завицкий просил суд его оправдать. Судья Волчихина вынесла приговор в тот же день - 11 лет колонии строгого режима. 17 На апелляции даже прокуратура попросила суд отменить этот приговор и направить дело на новое рассмотрение. Заместитель видновского городского прокурора Ольга Борисова подала в Мособлсуд жалобу на приговор, в которой назвала его "незаконным, необоснованным, несправедливым". В жалобе она обратила внимание на существенные расхождения во времени в показаниях свидетелей обвинения, которым судья Волчихина не придала значения. Также Борисова указала, что Аня Клименко была единственным свидетелем, помимо самого Завицкого, которая сказала, что рюкзак он оставил в машине, и что Белов был на месте один. Но судья Волчихина в приговоре даже не стала давать оценку ее показаниям, указала прокурор. Мособлсуд посчитал виновность Завицкого доказанной и оставил приговор без изменений. Еще до начала рассмотрения дела в Видновском суде адвокаты Завицкого, помимо УСБ, жаловались в областную прокуратуру и в управление СК - на невыполнение следственных мероприятий, подтверждающих его виновность либо невиновность. "Там большие были жалобы, начиная с отпечатков пальцев, осмотра места происшествия, неустановления телефонов свидетелей. На то, что следствие ничего из этого не сделало", - рассказывает Лайков. Родители Завицкого написали письмо президенту Владимиру Путину. "Мы искали спасения, куда только не писали жалобы. Мы везде, куда могли залезть, пытались. Даже Путину написали письмо", - рассказывает Николай Завицкий. Все их жалобы спускались обратно в Видное, откуда отвечали, что они не подлежат удовлетворению. После апелляции родители Завицкого обратились к правозащитникам - вышли на Московскую Хельсинскую группу. Там им посоветовали обратиться в международную правозащитную группу "Агора". В мае этого года "Агора" с правозащитниками из "Зоны права" запустили совместный проект "Фабрика 228" - для оказания юридической помощи тем, кто столкнулся с произволом по делам о наркотиках. Куратор проекта, адвокат "Агоры" Ирина Хрунова в конце августа направила жалобу в Европейский суд по правам человека, в которой указала, что в деле Завицкого было нарушено его право на справедливый суд (пункт 1 статьи 6 Европейской конвенции по защите прав и свобод человека). До этого Европейский суд неоднократно выносил решения в пользу осужденных в России по делам о сбыте наркотиков, а вот по делам о хранении наркотиков есть только один известный случай, когда ЕСПЧ встал на сторону заявителя. Летом прошлого года он присудил 5,2 тысячи евро компенсации морального вреда москвичу Александру Борисову, которого в России осудили на 4,5 года колонии по обвинению в хранении 1,2 грамма амфетамина, которые ему, по его утверждению, подбросили. В результате Верховный суд направил его дело на пересмотр, и Борисова освободили с правом на реабилитацию. Хрунова посчитала, что у дела Завицкого есть перспектива обжалования в ЕСПЧ, потому что у суда уже была соответствующая практика - в частности, жалоба Борисова. Однако суд жалобу Завицкого регистрировать не стал. Суд посчитал, что в ней приведено недостаточно доводов того, что Россия в его деле нарушила конвенцию о правах человека, а оценку решений национальных судов он не дает. Оспорить это решение или переподать жалобу уже нельзя, пояснила Хрунова. 18 По статистике ФСИН, которую в марте этого года приводил ТАСС, осужденные за преступления, связанные с оборотом наркотиков, составляют самую массовую категорию заключенных в российских колониях. По данным ведомства, в 2019 году в колониях за наркопреступления отбывали наказание 120 тысяч человек - это 28% всех заключенных. В первую очередь под угрозой стать жертвой полицейской провокации находятся сами наркопотребители, говорит адвокат "Агоры" Ирина Хрунова: "В отношении наркозависимых, как правило, существует очень большая стигма со стороны юридического сообщества. То есть если у наркозависимого человека нашли наркотики, уже ни один юрист не поверит, что эти наркотики ему были подброшены. Он же наркозависимый, значит у него при себе должны быть наркотики". Понятия наркозависимый и наркопотребитель при этом не разграничиваются, добавляет она: "Согласно российской наркологии, если человек курит хотя бы раз в месяц, то у него зависимость". Родители Завицкого уже третий год пытаются добиться справедливости для своего сына. Французский бульдог Дэнни сейчас живет с ними. Задние лапки у него так и не работают. Аня Клименко сейчас живет на Украине, работает хореографом. В Россию она возвращаться не хочет: "После того что произошло, у меня такие воспоминания [связаны с Россией]. И опасения тоже есть. Учитывая то, как поступили с Лешей, я просто уже ничему не удивлюсь". Иван Емельянов больше не работает в УМВД по Ленинскому району. Как рассказал Би-би-си источник, знакомый с кадровыми перестановками в управлении, Емельянова уволили летом 2019 года после того как стало известно, что он якобы вымогал деньги у задержанного. Дмитрий Белов больше не работает в отделе по борьбе с наркотиками. Он перешел в ГИБДД и стал инспектором ДПС. 26-летний свидетель Алексей Якушин стал полицейским. Когда он давал показания в суде по делу Завицкого осенью 2019 года, он был младшим инспектором линейного управления МВД России в аэропорту Домодедово. 29-летний Алексей Завицкий сейчас находится в исправительной колонии №6 в Липецкой области. Осталось две инстанции, в которых у него есть шанс доказать свою невиновность - Кассационный суд и Верховный суд. Уже после публикации текста стало известно, что 23 декабря Первый кассационный суд общей юрисдикции в Саратове рассмотрел кассационную жалобу Завицкого и оставил приговор без изменений. Близкое по теме: Полицейские вымогали деньги, угрожая подбросить наркотики Правозащитники пытаются остановить полицейский беспредел в России Полиция довела пенсионера до суицида из-за конопли Источник: bbc.com Просмотр полной Статья
  18. Николай рассказывает и разъясняет что известно о антинаркотической политике РФ 2030. Смотрите также: Видео: Лекции про фитосвет, КБД и др. (Горшков) Видео: Расстояние от светильника до растения (Николай Горшков) Просмотр полной Статья
  19. Николай рассказывает и разъясняет что известно о антинаркотической политике РФ 2030. Смотрите также: Видео: Лекции про фитосвет, КБД и др. (Горшков) Видео: Расстояние от светильника до растения (Николай Горшков)
  20. Депутаты Госдумы приняли в первом чтении поправки в статью 230 Уголовного кодекса «Склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов», а также ввели административную ответственность за пропаганду и незаконную рекламу наркотиков в интернете. Использование интернета фактически стало отягчающим признаком, который ужесточает наказание по этим составам. Чем именно грозит использование интернета? Если преступник склонял к употреблению наркотиков, используя интернет, ему может грозить лишение свободы на срок от 5 до 10 лет вместо 3–5 лет в обычном случае. Кроме того, ужесточается наказание за склонение — через интернет или нет, — если в результате умерло больше одного человека. За это виновного могут посадить на срок от 12 до 15 лет. Также депутаты дополнили статью 6.13 Кодекса об административных правонарушениях (КоАП) пунктом о пропаганде и незаконной рекламе наркотиков в интернете. За это человека смогут оштрафовать на сумму от 5 до 30 тысяч рублей, а юридическое лицо — от миллиона до полутора миллионов рублей. Иностранца и лицо без гражданства за то же самое либо оштрафуют на ту же сумму, что и россиянина, либо подвергнут административному аресту до 15 суток. Возможно также выдворение из России. Этот закон принят уже в третьем чтении, теперь его должен одобрить Совет Федерации и подписать президент. Чем склонение отличается от пропаганды (а также незаконной рекламы)? Пропагандой наркотиков, согласно закону, считается любая деятельность, которая направлена на распространение сведений о методах их разработки, изготовления, использования, а также о том, где их купить. В свою очередь, незаконная реклама, по мнению юристов, — это распространение информации, которая способствует интересу к наркотикам и дает знать, где их купить. В КоАП пропаганда и незаконная реклама перечисляются через запятую, наказания за них полностью идентичны. Наконец, склонение, в соответствии с постановлением Верховного суда, — это все действия, «направленные на возбуждение желания у другого лица» употребить наркотики (в частности, уговоры, предложения, дача совета). Получается, что пропаганда более широкое понятие и иногда включает в себя склонение, а иногда нет. Но за пропаганду положен только штраф, а за склонение — тюрьма. И как решают, когда пропаганда — это уже склонение? В нынешнем законодательстве четкого критерия нет, считают как минимум некоторые юристы. Но суды, как правило, наказывают за склонение, если человек не просто распространял информацию о наркотиках, а убеждал конкретных людей принять их. Однако прямо из текста уголовной статьи такое ограничение не следует (там, в частности, говорится, что склонение может быть двух или более лиц, то есть потенциально, например, всех читателей страницы в соцсети). При этом не важно, принял ли кто-то в результате склонения наркотики или нет. Юристы спорят только о том, достаточно ли самого факта склонения или нужно, чтобы у человека «сформировалось желание потребить наркотики» — если брать за основу последнюю трактовку, доказать вину может быть сложнее. В случае пропаганды все это вообще неважно: правонарушение — сам факт распространения информации. Но если в результате пропаганды хотя бы один человек употребил наркотики, считают юристы, это уже может считаться склонением и, соответственно, уголовным преступлением. Еще одно отличие — склонением считается не только убеждение, но и использование угроз и силы. В таком случае наказание строже, от 5 до 10 лет тюрьмы — за склонение в интернете в случае принятия поправок оно будет таким же. Сейчас за склонение в интернете разве не сажают? Зачем эти поправки? В принципе, ничего не мешает уже сейчас привлечь человека к уголовной ответственности за склонение, например, в разговоре в каком-нибудь мессенджере. Но в октябре 2019 года Владимир Путин потребовал отдельно ввести уголовную ответственность «за склонение к потреблению либо пропаганду наркотических средств» через интернет. Эта идея сразу не понравилась некоторым юристам, которые опасались, что в случае криминализации пропаганды сажать начнут за любую информацию о наркотиках. Принятый законопроект, предложенный депутатами от «Единой России», тоже следует поручению Путина, но делает это несколько мягче. Если судебная практика не изменится, то склонением будет считаться не всякое распространение информации о наркотиках через интернет (как могло бы случиться при криминализации пропаганды), а убеждение конкретных людей. Но наказание за это, как и хотел Путин, будет строже. А сейчас пропагандировать наркотики в интернете можно? Нет. Статья 46 закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» и так запрещает пропаганду через «информационно-телекоммуникационные сети». Так что уже сейчас за это можно привлечь к административной ответственности. Судя по всему, пропаганду в интернете решили выделить отдельным пунктом и ужесточить по ней наказания — тоже из-за прошлогоднего поручения Путина (авторы законопроекта в пояснительной записке ссылаются, правда, на совещание президента с членами Совбеза в мае 2018 года). То есть за пропаганду в интернете и так кого-то наказывают? Да. В 2018 году Фонд имени Андрея Рылькова оштрафовали на 800 тысяч рублей за текст о снижении вреда при употреблении наркотиков, размещенный на сайте организации. Эксперты, а затем и суд посчитали, что рекомендации о том, как употреблять наркотики так, чтобы не навредить здоровью, — это пропаганда. Доводы фонда, что публикация направлена исключительно на помощь зависимым людям, которые уже употребляют наркотики (то есть не нуждаются в пропаганде), суд посчитал несостоятельными. «По прецедентам, как использовался закон ранее, можно увидеть, что им можно очень сильно злоупотреблять, ограничивая информацию о здоровье и дискуссии о наркополитике», — сказала «Медузе» президент фонда Анна Саранг. Часто такое случается? Не очень. За первое полугодие 2020 года за пропаганду наркотиков к административной ответственности привлекли 158 физических и три юридических лица. За весь 2019 год наказали в общей сложности 328 тех и других. Склонение к употреблению тоже не самое популярное уголовное преступление. В первом полугодии 2020 года за него осудили 38 человек, а за весь прошлый год — 66 человек. Ужесточение как-то поможет в борьбе с распространением наркотиков? Мы не знаем. Когда сразу после заявлений Путина депутаты от «Справедливой России» хотели криминализировать всю пропаганду вообще, Анна Саранг сказала «Медузе», что это никак не повлияет на людей, которые действительно занимаются оборотом наркотиков. При этом, судя по практике применения «пропагандистской» статьи 6.13 КоАП, сложнее может стать организациям, оказывающим помощь наркопотребителям, как это произошло в случае с Фондом Рылькова. Эти законопроекты примут? Почти наверняка. Ужесточение административной ответственности уже принято Госдумой, осталось получить одобрение Совета Федерации и подпись президента — что, вероятно, будет несложно, учитывая, что законопроект разработали в правительстве. Новый вариант уголовной статьи предложен группой депутатов от «Единой России», так что, скорее всего, с прохождением и здесь проблем быть не должно. Близкое по теме: Минцифры хотят запретить сайтам шифроваться Госдума считает, что в пропаганде наркотиков виноват иностранный агент МВД обвиняет интернет медиа в пропаганде наркотиков Источник: meduza.io
  21. Депутаты Госдумы приняли в первом чтении поправки в статью 230 Уголовного кодекса «Склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов», а также ввели административную ответственность за пропаганду и незаконную рекламу наркотиков в интернете. Использование интернета фактически стало отягчающим признаком, который ужесточает наказание по этим составам. Чем именно грозит использование интернета? Если преступник склонял к употреблению наркотиков, используя интернет, ему может грозить лишение свободы на срок от 5 до 10 лет вместо 3–5 лет в обычном случае. Кроме того, ужесточается наказание за склонение — через интернет или нет, — если в результате умерло больше одного человека. За это виновного могут посадить на срок от 12 до 15 лет. Также депутаты дополнили статью 6.13 Кодекса об административных правонарушениях (КоАП) пунктом о пропаганде и незаконной рекламе наркотиков в интернете. За это человека смогут оштрафовать на сумму от 5 до 30 тысяч рублей, а юридическое лицо — от миллиона до полутора миллионов рублей. Иностранца и лицо без гражданства за то же самое либо оштрафуют на ту же сумму, что и россиянина, либо подвергнут административному аресту до 15 суток. Возможно также выдворение из России. Этот закон принят уже в третьем чтении, теперь его должен одобрить Совет Федерации и подписать президент. Чем склонение отличается от пропаганды (а также незаконной рекламы)? Пропагандой наркотиков, согласно закону, считается любая деятельность, которая направлена на распространение сведений о методах их разработки, изготовления, использования, а также о том, где их купить. В свою очередь, незаконная реклама, по мнению юристов, — это распространение информации, которая способствует интересу к наркотикам и дает знать, где их купить. В КоАП пропаганда и незаконная реклама перечисляются через запятую, наказания за них полностью идентичны. Наконец, склонение, в соответствии с постановлением Верховного суда, — это все действия, «направленные на возбуждение желания у другого лица» употребить наркотики (в частности, уговоры, предложения, дача совета). Получается, что пропаганда более широкое понятие и иногда включает в себя склонение, а иногда нет. Но за пропаганду положен только штраф, а за склонение — тюрьма. И как решают, когда пропаганда — это уже склонение? В нынешнем законодательстве четкого критерия нет, считают как минимум некоторые юристы. Но суды, как правило, наказывают за склонение, если человек не просто распространял информацию о наркотиках, а убеждал конкретных людей принять их. Однако прямо из текста уголовной статьи такое ограничение не следует (там, в частности, говорится, что склонение может быть двух или более лиц, то есть потенциально, например, всех читателей страницы в соцсети). При этом не важно, принял ли кто-то в результате склонения наркотики или нет. Юристы спорят только о том, достаточно ли самого факта склонения или нужно, чтобы у человека «сформировалось желание потребить наркотики» — если брать за основу последнюю трактовку, доказать вину может быть сложнее. В случае пропаганды все это вообще неважно: правонарушение — сам факт распространения информации. Но если в результате пропаганды хотя бы один человек употребил наркотики, считают юристы, это уже может считаться склонением и, соответственно, уголовным преступлением. Еще одно отличие — склонением считается не только убеждение, но и использование угроз и силы. В таком случае наказание строже, от 5 до 10 лет тюрьмы — за склонение в интернете в случае принятия поправок оно будет таким же. Сейчас за склонение в интернете разве не сажают? Зачем эти поправки? В принципе, ничего не мешает уже сейчас привлечь человека к уголовной ответственности за склонение, например, в разговоре в каком-нибудь мессенджере. Но в октябре 2019 года Владимир Путин потребовал отдельно ввести уголовную ответственность «за склонение к потреблению либо пропаганду наркотических средств» через интернет. Эта идея сразу не понравилась некоторым юристам, которые опасались, что в случае криминализации пропаганды сажать начнут за любую информацию о наркотиках. Принятый законопроект, предложенный депутатами от «Единой России», тоже следует поручению Путина, но делает это несколько мягче. Если судебная практика не изменится, то склонением будет считаться не всякое распространение информации о наркотиках через интернет (как могло бы случиться при криминализации пропаганды), а убеждение конкретных людей. Но наказание за это, как и хотел Путин, будет строже. А сейчас пропагандировать наркотики в интернете можно? Нет. Статья 46 закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» и так запрещает пропаганду через «информационно-телекоммуникационные сети». Так что уже сейчас за это можно привлечь к административной ответственности. Судя по всему, пропаганду в интернете решили выделить отдельным пунктом и ужесточить по ней наказания — тоже из-за прошлогоднего поручения Путина (авторы законопроекта в пояснительной записке ссылаются, правда, на совещание президента с членами Совбеза в мае 2018 года). То есть за пропаганду в интернете и так кого-то наказывают? Да. В 2018 году Фонд имени Андрея Рылькова оштрафовали на 800 тысяч рублей за текст о снижении вреда при употреблении наркотиков, размещенный на сайте организации. Эксперты, а затем и суд посчитали, что рекомендации о том, как употреблять наркотики так, чтобы не навредить здоровью, — это пропаганда. Доводы фонда, что публикация направлена исключительно на помощь зависимым людям, которые уже употребляют наркотики (то есть не нуждаются в пропаганде), суд посчитал несостоятельными. «По прецедентам, как использовался закон ранее, можно увидеть, что им можно очень сильно злоупотреблять, ограничивая информацию о здоровье и дискуссии о наркополитике», — сказала «Медузе» президент фонда Анна Саранг. Часто такое случается? Не очень. За первое полугодие 2020 года за пропаганду наркотиков к административной ответственности привлекли 158 физических и три юридических лица. За весь 2019 год наказали в общей сложности 328 тех и других. Склонение к употреблению тоже не самое популярное уголовное преступление. В первом полугодии 2020 года за него осудили 38 человек, а за весь прошлый год — 66 человек. Ужесточение как-то поможет в борьбе с распространением наркотиков? Мы не знаем. Когда сразу после заявлений Путина депутаты от «Справедливой России» хотели криминализировать всю пропаганду вообще, Анна Саранг сказала «Медузе», что это никак не повлияет на людей, которые действительно занимаются оборотом наркотиков. При этом, судя по практике применения «пропагандистской» статьи 6.13 КоАП, сложнее может стать организациям, оказывающим помощь наркопотребителям, как это произошло в случае с Фондом Рылькова. Эти законопроекты примут? Почти наверняка. Ужесточение административной ответственности уже принято Госдумой, осталось получить одобрение Совета Федерации и подпись президента — что, вероятно, будет несложно, учитывая, что законопроект разработали в правительстве. Новый вариант уголовной статьи предложен группой депутатов от «Единой России», так что, скорее всего, с прохождением и здесь проблем быть не должно. Близкое по теме: Минцифры хотят запретить сайтам шифроваться Госдума считает, что в пропаганде наркотиков виноват иностранный агент МВД обвиняет интернет медиа в пропаганде наркотиков Источник: meduza.io Просмотр полной Статья
  22. В России могут усилить уголовную ответственность за пропаганду наркотиков. Законопроектом предлагается ввести уголовную ответственность за склонение к потреблению наркотиков через интернет, а также ужесточить наказание за такое преступление вплоть до 15 лет лишения свободы. В первом чтении поддержаны поправки в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы об ответственности за склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов. Авторами поправок стали депутаты — члены Комиссии по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела России от всех четырех фракций во главе с Председателем Комиссии Василием Пискаревым. В соответствии с законопроектом статью 230 УК РФ предлагается дополнить новым квалифицирующим признаком — использование при совершении преступления информационно-телекоммуникационных сетей, включая интернет. «В действующем уголовном законодательстве отсутствует соответствующий квалифицирующий признак», — отмечается в пояснительной записке. Одновременно законопроектом предлагается усилить и ответственность за склонение к наркопотреблению, если оно по неосторожности повлекло смерть двух и более лиц. Лишение свободы в этом случае может составить от 12 до 15 лет лишения свободы. Как подчеркивает Василий Пискарев, поправки были разработаны парламентариями в соответствии с поручением Президента РФ Владимира Путина. «Принятие закона поможет очистить интернет от сайтов и страниц в соцсетях, где продаются наркотики, и наказать длительными сроками лишения свободы организаторов и участников деструктивных групп, склоняющих подростков и молодежь к наркопотреблению», — сказал он. Близкое по теме: Как меняется наркополитика России? Почему «запрет пропаганды наркотиков» вреден для общества Верховный суд запретил СМИ положительно рассказывать о наркоманах За пропаганду наркотиков в сети предложили сажать на 15 лет Источник: duma.gov.ru
  23. В России могут усилить уголовную ответственность за пропаганду наркотиков. Законопроектом предлагается ввести уголовную ответственность за склонение к потреблению наркотиков через интернет, а также ужесточить наказание за такое преступление вплоть до 15 лет лишения свободы. В первом чтении поддержаны поправки в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы об ответственности за склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов. Авторами поправок стали депутаты — члены Комиссии по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела России от всех четырех фракций во главе с Председателем Комиссии Василием Пискаревым. В соответствии с законопроектом статью 230 УК РФ предлагается дополнить новым квалифицирующим признаком — использование при совершении преступления информационно-телекоммуникационных сетей, включая интернет. «В действующем уголовном законодательстве отсутствует соответствующий квалифицирующий признак», — отмечается в пояснительной записке. Одновременно законопроектом предлагается усилить и ответственность за склонение к наркопотреблению, если оно по неосторожности повлекло смерть двух и более лиц. Лишение свободы в этом случае может составить от 12 до 15 лет лишения свободы. Как подчеркивает Василий Пискарев, поправки были разработаны парламентариями в соответствии с поручением Президента РФ Владимира Путина. «Принятие закона поможет очистить интернет от сайтов и страниц в соцсетях, где продаются наркотики, и наказать длительными сроками лишения свободы организаторов и участников деструктивных групп, склоняющих подростков и молодежь к наркопотреблению», — сказал он. Близкое по теме: Как меняется наркополитика России? Почему «запрет пропаганды наркотиков» вреден для общества Верховный суд запретил СМИ положительно рассказывать о наркоманах За пропаганду наркотиков в сети предложили сажать на 15 лет Источник: duma.gov.ru Просмотр полной article
  24. Комитет Госдумы по госстроительству и законодательству рекомендовал нижней палате принять во втором чтении законопроект об административных штрафах до 1,5 млн рублей за пропаганду наркотиков в интернете, он может быть рассмотрен на заседании Думы 15 декабря. Об этом говорится в решении комитета, опубликованном в пятницу в думской электронной базе. "Рекомендовать Государственной думе принять во втором чтении проект федерального закона", - говорится в тексте. Совету Госдумы будет предложено включить документ в повестку заседания палаты на 15 декабря. Существенных поправок к тексту не поступило. Статью 6.13 Кодекса об административных правонарушениях предлагается дополнить новым пунктом, где будет прописана ответственность за пропаганду наркотических средств, психотропных веществ или их прекурсоров, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, в интернете. Предлагается ввести штрафы для граждан в размере от 5 тыс. до 30 тыс. рублей, для должностных лиц - от 50 тыс. до 100 тыс. рублей, для юридических лиц - от 1 млн до 1,5 млн рублей. В качестве альтернативного наказания судья сможет в административном порядке приостановить деятельность юридического лица на срок до 90 суток. Совершение такого правонарушения иностранцем или лицом без гражданства повлечет за собой штраф в размере от 4 тыс. до 30 тыс. рублей "с административным выдворением за пределы Российской Федерации или без такового, либо административный арест на срок до 15 суток". Также предлагается ужесточить ответственность для операторов связи и интернет-провайдеров, если те не заблокировали информацию по требованию Роскомнадзора. Сейчас размеры штрафов составляют 3-5 тыс. рублей для должностных лиц и 50-100 тыс. рублей для юридических лиц, однако разработчики считают их несоразмерными прибылям операторов. Предлагается ввести штрафы для должностных лиц в размере от 10 тыс. до 30 тыс. рублей, а для юридических лиц - от 100 тыс. до 500 тыс. рублей. Если в течение года оператор вновь не ограничит доступ к запрещенной информации, то суммы штрафов возрастут и составят от 30 тыс. до 50 тыс. рублей для должностных лиц и от 500 тыс. до 800 тыс. для юридических лиц. Дополнительно по теме: МВД по-прежнему хочет посадить за пропаганду наркотиков Комитету Думы понравилась идея сажать на 10 лет за пропаганду наркотиков Путин заявил о необходимости «разоблачать ложь» о безопасности легких наркотиков Источник: tass.ru
  • Создать...