Публикации
Гроупедия
Перейти к содержанию

Поиск сообщества

Показаны результаты для тегов 'сша'.

  • Поиск по тегам

    Введите теги через запятую.
  • Поиск по автору

Тип контента


Форумы

  • Администрация
    • ПРАВИЛА ФОРУМА
    • Обратная связь
  • Растениеводство
    • Я – новичок
    • Жизненный цикл. От семечки до урожая
    • Культура употребления
    • Гроубокс
    • Гидропоника
    • Земля и почвосмеси
    • Органика
    • Открытый грунт
    • Сорта и генетика
    • Оборудование и удобрения
    • Видеоканал
    • Своими руками
    • Библиотека
    • Техническое коноплеводство
    • Ситифермерство
    • Энтеогены
    • English Growers Area
  • Гроурепорты
  • Конкурсы
  • Гроу - рынок
  • Общество

Категории

  • Все публикации
    • Новости
    • Тенденции
    • Интервью
    • События
    • Дайджест
    • Истории
    • Конкурсы
    • Видео
  • О нас
  • Важное
  • Акции гроурынка
  • Гроупедия
    • Гроупедия
    • Я - новичок
    • Жизненный цикл
    • Вода и водоподготовка
    • Почва и субстраты
    • Удобрения/стимуляторы
    • Сорта и генетика
    • Проблемы растений
    • Тренировка растений
    • Гроубокс / Гроурум / Микро / Стелс
    • Освещение
    • Гидропоника
    • Органика
    • Открытый грунт (Аутдор)
    • Своими руками (Handmade / DIY)
    • Культура употребления
    • Видеотека
    • Энтеогены
    • Библиотека
    • Кулинария
    • Медицина
    • Топы / подборки
    • Лайфстайл
    • Исследования
    • Ситифермерство
    • Гроухаки
    • История
    • Экстракты
    • Юридическая безопасность
    • Техническое коноплеводство
    • Другое
    • Все статьи
  • Шпаргалка
  • Архив лунного календаря
  • Оборудование и удобрения
    • Онлайн гроушопы
    • Физические магазины
    • Оборудование
    • Удобрения
    • Магазины оборудования и удобрений в странах СНГ
  • Семена
    • Сидшопы
    • Сидбанки
  • Гороскоп
  • Девайсы

Поиск результатов в...

Поиск контента, содержащего...


Дата создания

  • Начало

    Конец


Дата обновления

  • Начало

    Конец


Фильтр по количеству...

Регистрация

  • Начало

    Конец


Группа


Telegram


Сайт


ICQ


Jabber


Skype


Город


Интересы

  1. В 2018 году в штате Монтана начало бурно рости производство конопли. После того, как растение легализовали на федеральном уровне, десятки фермеров решили разнообразить свою деятельность и опробовать новую культуру. Всего фермеры Монтаны в тот год высадили 22 тысячи акров (9 гектаров) конопли, что гораздо больше, чем в любом другом штате в то же время. Основная их часть, 20 тысяч акров, была высажена фермерами по заказу компании USA Biofuels. Как гласили пункты в контрактах, фермерам должны были предоставить семена и заплатить по 100 долларов за каждый высаженный акр. За сбор конопли с засушливой земли им обещали платить по 400 долларов с акра, а если земля была орошаемой, то по 600. Фермерам понравились эти условия. Они были невероятно выгодными на фоне диких колебаний товарного рынка для таких культур, как пшеница, которая, к тому же, в тот год росла крайне плохо. Но вскоре раздался первый тревожный звоночек. Сначала заказчик опоздал с поставкой семян, а затем и вовсе начал задерживать с первую выплату. Фермерам неоднократно говорили, что обещанные 100 долларов за каждый высаженный акр скоро придут. И они правда пришли. Но на шесть недель позже, чем ожидалось. Причём деньги выплатила вовсе не американская USA Biofuels, а канадская Vitality Natural Health LLC. Это была первая выплата фермерам. Тогда они ещё не знали, что она же будет и последней. Несмотря на то, что фермеры обматывали и тюковали коноплю в соответствии с указаниями, забирать товар никто не спешил, и остальные деньги, обещанные по контрактам, они так и не получили. Фермеры заявили USA Biofuels, что в таком случае продадут коноплю другим компаниям, однако та начала угрожать им судебными исками, если они попытаются это сделать. Довольно быстро терпение фермеров лопнуло и они сами подали коллективный иск на компанию. Суд затянулся на три года. Адвокат Росс Джонсон, который предоставлял интересы 25 фермеров, заявил, что USA Biofuels была подставной компанией без активов и банковских счетов, реальные же бенефициары находились в Канаде. Он уверен, что бизнесмены, участвовавшие в сделке, пытались агрессивно вписаться в американскую канна-индустрию, одновременно обеспечив себе большие поставки конопли, создав условия по её переработке и распространению готовой КБД-продукции. Потому-то они и запрещали фермерам продавать урожай сторонним компаниям — в таком случае весь их карточный домик моментально бы рухнул. И если поставки конопли организовать получилось, то вот с остальным возникли проблемы, поэтому бизнесмены и дали заднюю. Таким образом товар, который в случае успеха мог принести бизнесменам 350-400 миллионов долларов, постепенно превращался в гниющую кучу биомассы. Фермер Бо Андерсон, который стал одним из пострадавших, сказал, что трёхлетнее испытание отняло у него массу личного времени и принесло много личных страданий — к участию в сделке он привлёк многих своих соседей, которые также пострадали от плохой деловой этики бизнесменов. Последнее судебное заседание прошло 25 июня. Суд присяжных признал лиц, причастных к созданию компаний, виновными в нарушении условий по контрактам. Изначально фермеры просили выплатить им по 1 миллиону долларов в качестве компенсации причинённого ущерба, но присяжные серьёзно повысили ставки и приказал суммарно выплатить 25 фермерам 65 миллионов долларов — для предотвращения подобных инцидентов в будущем. Для штата это вторая по величине сумма компенсации, назначенная судом по гражданскому процессу. Крупнейшую размером в 250 миллионов долларов присудили семьям двух подростков, которые в 2014 году погибли в автокатастрофе с участием спорткара от компании Hyundai. Это дело стало показательным для всей канна-индустрии США. Оно намекнуло остальным, что никто не должен впутывать фермеров в рискованные схемы, которые могут поставить их существование под угрозу. Во время судебного разбирательства тюки с коноплёй находились под арестом, но сейчас их вернули фермерам. К сожалению, за прошедшее время они практически полностью сгнили. Лишь один из фермеров сумел продать злополучную коноплю — и то она пошла на изготовление дешёвого кошачьего наполнителя. Источник: Daily Inter Lake Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: История одной канна-фермы Как Бурятия пытается возродить канна-индустрию Как легализация марихуаны может изменить мир: пять сторон правды
  2. В прошлом месяце в США завершился один из самых крупных судебных процессов, связанных с нарушением деловой этики в канна-индустрии. Горстка американских и канадских бизнесменов придумала план, как заработать сотни миллионов долларов на продажах продуктов из КБД, но затянула с реализацией. Они заказали у фермеров огромное количество конопли, но так и не выкупили её, оставив гнить на полях. Более того, фермерам начали угрожать, когда те решили поскорее продать товар более ответственным предпринимателям. В 2018 году в штате Монтана начало бурно рости производство конопли. После того, как растение легализовали на федеральном уровне, десятки фермеров решили разнообразить свою деятельность и опробовать новую культуру. Всего фермеры Монтаны в тот год высадили 22 тысячи акров (9 гектаров) конопли, что гораздо больше, чем в любом другом штате в то же время. Основная их часть, 20 тысяч акров, была высажена фермерами по заказу компании USA Biofuels. Как гласили пункты в контрактах, фермерам должны были предоставить семена и заплатить по 100 долларов за каждый высаженный акр. За сбор конопли с засушливой земли им обещали платить по 400 долларов с акра, а если земля была орошаемой, то по 600. Фермерам понравились эти условия. Они были невероятно выгодными на фоне диких колебаний товарного рынка для таких культур, как пшеница, которая, к тому же, в тот год росла крайне плохо. Но вскоре раздался первый тревожный звоночек. Сначала заказчик опоздал с поставкой семян, а затем и вовсе начал задерживать с первую выплату. Фермерам неоднократно говорили, что обещанные 100 долларов за каждый высаженный акр скоро придут. И они правда пришли. Но на шесть недель позже, чем ожидалось. Причём деньги выплатила вовсе не американская USA Biofuels, а канадская Vitality Natural Health LLC. Это была первая выплата фермерам. Тогда они ещё не знали, что она же будет и последней. Несмотря на то, что фермеры обматывали и тюковали коноплю в соответствии с указаниями, забирать товар никто не спешил, и остальные деньги, обещанные по контрактам, они так и не получили. Фермеры заявили USA Biofuels, что в таком случае продадут коноплю другим компаниям, однако та начала угрожать им судебными исками, если они попытаются это сделать. Довольно быстро терпение фермеров лопнуло и они сами подали коллективный иск на компанию. Суд затянулся на три года. Адвокат Росс Джонсон, который предоставлял интересы 25 фермеров, заявил, что USA Biofuels была подставной компанией без активов и банковских счетов, реальные же бенефициары находились в Канаде. Он уверен, что бизнесмены, участвовавшие в сделке, пытались агрессивно вписаться в американскую канна-индустрию, одновременно обеспечив себе большие поставки конопли, создав условия по её переработке и распространению готовой КБД-продукции. Потому-то они и запрещали фермерам продавать урожай сторонним компаниям — в таком случае весь их карточный домик моментально бы рухнул. И если поставки конопли организовать получилось, то вот с остальным возникли проблемы, поэтому бизнесмены и дали заднюю. Таким образом товар, который в случае успеха мог принести бизнесменам 350-400 миллионов долларов, постепенно превращался в гниющую кучу биомассы. Фермер Бо Андерсон, который стал одним из пострадавших, сказал, что трёхлетнее испытание отняло у него массу личного времени и принесло много личных страданий — к участию в сделке он привлёк многих своих соседей, которые также пострадали от плохой деловой этики бизнесменов. Последнее судебное заседание прошло 25 июня. Суд присяжных признал лиц, причастных к созданию компаний, виновными в нарушении условий по контрактам. Изначально фермеры просили выплатить им по 1 миллиону долларов в качестве компенсации причинённого ущерба, но присяжные серьёзно повысили ставки и приказал суммарно выплатить 25 фермерам 65 миллионов долларов — для предотвращения подобных инцидентов в будущем. Для штата это вторая по величине сумма компенсации, назначенная судом по гражданскому процессу. Крупнейшую размером в 250 миллионов долларов присудили семьям двух подростков, которые в 2014 году погибли в автокатастрофе с участием спорткара от компании Hyundai. Это дело стало показательным для всей канна-индустрии США. Оно намекнуло остальным, что никто не должен впутывать фермеров в рискованные схемы, которые могут поставить их существование под угрозу. Во время судебного разбирательства тюки с коноплёй находились под арестом, но сейчас их вернули фермерам. К сожалению, за прошедшее время они практически полностью сгнили. Лишь один из фермеров сумел продать злополучную коноплю — и то она пошла на изготовление дешёвого кошачьего наполнителя. Источник: Daily Inter Lake Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: История одной канна-фермы Как Бурятия пытается возродить канна-индустрию Как легализация марихуаны может изменить мир: пять сторон правды Просмотр полной Статья
  3. Искусственно созданная версия фитоканнабиноида дельта-8-ТГК, который считается чуть более слабой версией его брата дельта-9, появилась на американском рынке благодаря юридической лазейке, оставленной после принятия закона о легализации конопли на федеральном уровне в 2018 году. Для простоты восприятия слабый каннабиноид мы будем называть «диетическим», а сильный «классическим». Этот закон открыл перед лицензированными фермерами возможность выращивать каннабис (с содержанием тетрагидроканнабинолов менее 0,3%) и использовать его, например, для создания изолятов КБД, которые не подлежат контролю и свободно продаются. А вот уже их некоторые умельцы научились конвертировать в психоактивные каннабиноиды. Как говорят эксперты, при правильной обработке 98-процентного изолята КБД кислотными реагентами на выходе можно получить субстанцию, которая содержит 60-70% диетического и 2-6% классического ТГК. В дальнейшем такую субстанцию необходимо дополнительно очищать от лишних процентов классического ТГК, если тот человек, который всем этим занимается, хочет продавать свою продукцию не в лицензированных магазинах каннабиса, а на заправках, угловых магазинах или в мини-маркетах. Впрочем, можно сильно и не мудрить, а просто разбавить субстанцию чем-нибудь нейтральным. Легальность диетического ТГК (хотя многие её отрицают) объяснима тем, что он, подобно КБД, является продуктом, получаемым из технической конопли. А единственное условие для легального оборота таких продуктов заключается в том, что они не должны превышать допустимый порог классического ТГК в 0,3%. Эта особенность американского законодательства вкупе с федеральной криминализацией классического ТГК привела к тому, что товары с диетическим ТГК начали заполонять рынок. Всем хочется стать ближе к Джа любыми доступными способами. Происходящее не устраивает властей, поэтому в таких штатах, как Вашингтон, они запрещают проводить манипуляции с каннабиноидами, а в других 15 запрещают продажи непосредственно диетического ТГК. Но меры не везде успевают принимать вовремя. Там, где этого не произошло, наблюдается рост обращений за неотложной помощью. Сотни пострадавших В эту весну и лето пресса штатов Мичиган, Северная Каролина, Вирджиния и Западная Вирджиния даже начала распространять сообщения со ссылкой на токсикологические центры о возможной опасности продукции, содержащей диетический ТГК. Пострадавшие, по данным прессы, жаловались на плохое самочувствие после употребления жидкостей для вейпов или канна-фуда, например, конфет, жевательных резинок, шоколадных батончиков и т. д. Общее число обращений в неотложку приближается к нескольким сотням, а в числе рекордсменов оказалась Северная Каролина: медики этого штата отработали 157 вызовов с начала года. Не каждый из этих вызовов требовал медицинской помощи. Обычно люди просто оказывались в ситуации, когда перекурили или съели слишком много продукции, которую считали лайтовой. В более печальном положении оказывались дети и пожилые люди, для которых перебор с дозировкой мог вызвать понижение кровяного давления, трудности с дыханием, чрезмерную седацию или рвоту. Им-то и требовалась временная госпитализация. Причины Независимое исследование проекта Leafreport пролило свет на ещё одну причину, которая привела к инциденту. В рамках исследования активисты закупили 38 товаров с диетическим каннабиноидом и отправили их на экспертизу в лаборатории. Как показали результаты экспертизы, зачастую диетическая продукция имеет неверную маркировку — реальное содержание каннабиноида иногда было выше, чем указано на этикетке. К тому же, почти половина всей исследуемой продукции содержала незаконные уровни классического ТГК. Причём в десяти продуктах (жидкостях для вейпов) он был более 4%, а в одном достигал аж 15%. О наличии этого каннабиноида на этикетках, как правило, не было ни слова. Несмотря на то, что экспертизу проходили рандомно приобретённые продукты, а не взятые у пострадавших, велика вероятность того, что причина инцидента кроется как раз во вводящей в заблуждение маркировке. Это объясняет, каким образом вроде бы взрослые люди умудрились перебрать с каннабисом — они попросту оказались дезинформированы. Leafreport полагает, что многие производители слишком небрежно относятся к своей работе и проводят недостаточную очистку от классического ТГК. А вот что касается детей, то с ними и загадки никакой нет. Психоактивный канна-фуд имеет слишком привлекательную упаковку, а дети понятия не имеют, что их ждёт после того, как они стащат сладости у своих родителей. Автор: Hunter Melrose Еще почитать: Гайд по дельта-8-ТГК Штат Вашингтон запретил канна-компаниям преобразовывать КБД в ТГК В США сфера тестирования каннабиса на ТГК глубоко коррумпирована
  4. Взрывной рост популярности нерегулируемого дельта-8-ТГК привёл к росту числа обращений за неотложной помощью в США. Нет, дело не в самом каннабиноиде. Просто к производству продукции с ним относятся слишком небрежно: она содержит много примесей в виде классического дельта-9-ТГК. Люди надеются, что немного расслабятся, но по итогу ловят бледного. Искусственно созданная версия фитоканнабиноида дельта-8-ТГК, который считается чуть более слабой версией его брата дельта-9, появилась на американском рынке благодаря юридической лазейке, оставленной после принятия закона о легализации конопли на федеральном уровне в 2018 году. Для простоты восприятия слабый каннабиноид мы будем называть «диетическим», а сильный «классическим». Этот закон открыл перед лицензированными фермерами возможность выращивать каннабис (с содержанием тетрагидроканнабинолов менее 0,3%) и использовать его, например, для создания изолятов КБД, которые не подлежат контролю и свободно продаются. А вот уже их некоторые умельцы научились конвертировать в психоактивные каннабиноиды. Как говорят эксперты, при правильной обработке 98-процентного изолята КБД кислотными реагентами на выходе можно получить субстанцию, которая содержит 60-70% диетического и 2-6% классического ТГК. В дальнейшем такую субстанцию необходимо дополнительно очищать от лишних процентов классического ТГК, если тот человек, который всем этим занимается, хочет продавать свою продукцию не в лицензированных магазинах каннабиса, а на заправках, угловых магазинах или в мини-маркетах. Впрочем, можно сильно и не мудрить, а просто разбавить субстанцию чем-нибудь нейтральным. Легальность диетического ТГК (хотя многие её отрицают) объяснима тем, что он, подобно КБД, является продуктом, получаемым из технической конопли. А единственное условие для легального оборота таких продуктов заключается в том, что они не должны превышать допустимый порог классического ТГК в 0,3%. Эта особенность американского законодательства вкупе с федеральной криминализацией классического ТГК привела к тому, что товары с диетическим ТГК начали заполонять рынок. Всем хочется стать ближе к Джа любыми доступными способами. Происходящее не устраивает властей, поэтому в таких штатах, как Вашингтон, они запрещают проводить манипуляции с каннабиноидами, а в других 15 запрещают продажи непосредственно диетического ТГК. Но меры не везде успевают принимать вовремя. Там, где этого не произошло, наблюдается рост обращений за неотложной помощью. Сотни пострадавших В эту весну и лето пресса штатов Мичиган, Северная Каролина, Вирджиния и Западная Вирджиния даже начала распространять сообщения со ссылкой на токсикологические центры о возможной опасности продукции, содержащей диетический ТГК. Пострадавшие, по данным прессы, жаловались на плохое самочувствие после употребления жидкостей для вейпов или канна-фуда, например, конфет, жевательных резинок, шоколадных батончиков и т. д. Общее число обращений в неотложку приближается к нескольким сотням, а в числе рекордсменов оказалась Северная Каролина: медики этого штата отработали 157 вызовов с начала года. Не каждый из этих вызовов требовал медицинской помощи. Обычно люди просто оказывались в ситуации, когда перекурили или съели слишком много продукции, которую считали лайтовой. В более печальном положении оказывались дети и пожилые люди, для которых перебор с дозировкой мог вызвать понижение кровяного давления, трудности с дыханием, чрезмерную седацию или рвоту. Им-то и требовалась временная госпитализация. Причины Независимое исследование проекта Leafreport пролило свет на ещё одну причину, которая привела к инциденту. В рамках исследования активисты закупили 38 товаров с диетическим каннабиноидом и отправили их на экспертизу в лаборатории. Как показали результаты экспертизы, зачастую диетическая продукция имеет неверную маркировку — реальное содержание каннабиноида иногда было выше, чем указано на этикетке. К тому же, почти половина всей исследуемой продукции содержала незаконные уровни классического ТГК. Причём в десяти продуктах (жидкостях для вейпов) он был более 4%, а в одном достигал аж 15%. О наличии этого каннабиноида на этикетках, как правило, не было ни слова. Несмотря на то, что экспертизу проходили рандомно приобретённые продукты, а не взятые у пострадавших, велика вероятность того, что причина инцидента кроется как раз во вводящей в заблуждение маркировке. Это объясняет, каким образом вроде бы взрослые люди умудрились перебрать с каннабисом — они попросту оказались дезинформированы. Leafreport полагает, что многие производители слишком небрежно относятся к своей работе и проводят недостаточную очистку от классического ТГК. А вот что касается детей, то с ними и загадки никакой нет. Психоактивный канна-фуд имеет слишком привлекательную упаковку, а дети понятия не имеют, что их ждёт после того, как они стащат сладости у своих родителей. Автор: Hunter Melrose Еще почитать: Гайд по дельта-8-ТГК Штат Вашингтон запретил канна-компаниям преобразовывать КБД в ТГК В США сфера тестирования каннабиса на ТГК глубоко коррумпирована Просмотр полной Статья
  5. 20 декабря 2018 года США на федеральном уровне легализовали выращивание каннабиса с содержанием ТГК менее 0,3%, что сделало возможным вход в канна-индустрию даже для тех бизнесменов, которые проживают в штатах, где остальной каннабис пока ещё не легализован. Предполагалось, что легализация поспособствует развитию сельского хозяйства, приведёт к увеличению рынка строительной, текстильной, гигиенической, КБД-содержащей и прочей продукции из каннабиса, не обладающего способностью влиять на психику. Но, как оказалось, закон сыграл на руку даже тому сектору канна-индустрии, который как раз завязан на торговле психоактивной продукцией. Штат Вашингтон стал одним из первых, где обратили внимание на эту проблему и начали прорабатывать путь её решения. Исторический экскурс Стоит отметить, что легализация психоактивного каннабиса в штате Вашингтон происходила крайне болезненно и долго. Впрочем, в этом нет ничего удивительного, поскольку он был пионером в этой области и нёс соответствующее бремя. В 1996 году в штате прошёл референдум по поводу легализации каннабиса для использования в медицинских целях. По итогам голосования он был принят, и пациенты, страдающие онкологией, рассеянным склерозом, ВИЧ, эпилепсией и многими другими изнуряющими человеческое тело заболеваниями, впервые получили возможность легально употреблять каннабис и не быть за это наказанными. При встрече с полицейскими им было достаточно всего лишь показать разрешение врача, чтобы их оставили в покое. Несмотря на то, что положения референдума никак не регламентировали процесс получения каннабиса, в штате, тем не менее, стали повсеместно плодиться канна-диспансеры. Их деятельность нельзя было назвать законной — выращивание и продажа каннабиса в штате всё ещё считалось федеральным преступлением. Однако, как в своё время писала газета The Seattle Times, в одних городах силовики действительно устраивали рейды и арестовывали владельцев диспансеров, но вот в других подобных ситуаций не происходило, и полиция предпочитала закрывать глаза на происходящее. Особо благоприятной ситуация оказалась для Сиэтла, столицы штата, где к 2011 году открылось аж 75 подпольных канна-диспансеров, которым никто ничего не предъявлял. Ситуация начала сильно меняться после референдума 2012 года, когда каннабис стал легален для использования и в рекреационных целях. Правила выращивания и продажи каннабиса разрабатывали в течение следующих двух лет, и летом 2014 года в штате начали открываться первые лицензированные магазины каннабиса. Побочный эффект инноваций Несмотря на то, что торговля психоактивным каннабисом более выгодна, чем торговля непсихоактивным, в штате Вашингтон (по состоянию на 2020 год) всё же открылись 182 конопляные фермы, которые суммарно владеют 1,5 тысячами гектарами земли. Это немного, особенно если сравнивать с соседствующим штатом Орегон, где таких ферм более 2000, а производственные площади превышают 8 гектаров. Тем не менее, вашингтонские фермеры всё равно умудрились навести суеты. Весной 2021 года они начали жаловаться, что канна-индустрия регулируется несправедливо. По их словам, переработчики каннабиса активно скупают у них экстракты КБД и с использованием технологии кислотной конвертации преобразуют их в масло ТГК, которое позже попадает в магазины. Это возможно благодаря тому, что КБД является изомером ТГК — в ходе реакции получается молекула, почти идентичная той, которую производит настоящее растение. Её нельзя классифицировать как синтетический каннабиноид, ведь она производится на основе органического сырья. Использовать такую технологию с точки зрения экономики оказывается даже выгоднее, чем растить ТГК-содержащий каннабис и вытягивать из него необходимое масло. Таким образом сектор промышленного каннабиса, сам того не желая, стал выгодным поставщиком для продавцов медицинской и рекреационной канна-продукции. Больше всего фермеров происходящее не устраивает по той причине, что магазины каннабиса делают на этой схеме сверхдоходы, оставляя самих фермеров ни с чем. Эти волнения подняли дискуссию о том, должен ли вообще контролироваться процесс того, каким образом магазины каннабиса получают свою продукцию. Если позиция фермеров гласит, что «да, должна», то позиция самих магазинов с ней расходится. Директор вашингтонской ассоциации канна-бизнеса говорит, что таким образом его сектор только способствует инновациям в индустрии. Предварительную точку в этой дискуссии поставили в минувшую пятницу, 23 июля. Тогда совет штата Вашингтон по алкогольным напиткам и каннабису заявил, что переработчики каннабиса могут производить ТГК только тем образом, который предусмотрен их лицензией, а любые другие способы могут трактоваться как нарушение. Иными словами, им был установлен запрет на использование КБД в качестве сырья для производства ТГК. Пока что заявление совета не выражено в форме закона. Как будет организован контроль за исполнением предписания ещё предстоит решить. Автор: Hunter Melrose Еще почитать: В США сфера тестирования каннабиса на ТГК глубоко коррумпирована ТГК имеет право на использование в медицине точно так же, как и КБД Конец War on Drugs: Как от этого выиграет канна-индустрия США
  6. Рынок медицинской и рекреационной марихуаны в штате Вашингтон сложился таким образом, что часть компаний по обработке каннабиса даже не пыталась растить свою собственную траву. Благодаря технологическим инновациям они нашли способ конвертировать масло ТГК из экстрактов КБД, которое можно дёшево приобрести у фермеров. Какое-то время эта практика позволяла психоактивному рынку богатеть за счёт промышленного, но в минувшую пятницу ей пришёл конец. 20 декабря 2018 года США на федеральном уровне легализовали выращивание каннабиса с содержанием ТГК менее 0,3%, что сделало возможным вход в канна-индустрию даже для тех бизнесменов, которые проживают в штатах, где остальной каннабис пока ещё не легализован. Предполагалось, что легализация поспособствует развитию сельского хозяйства, приведёт к увеличению рынка строительной, текстильной, гигиенической, КБД-содержащей и прочей продукции из каннабиса, не обладающего способностью влиять на психику. Но, как оказалось, закон сыграл на руку даже тому сектору канна-индустрии, который как раз завязан на торговле психоактивной продукцией. Штат Вашингтон стал одним из первых, где обратили внимание на эту проблему и начали прорабатывать путь её решения. Исторический экскурс Стоит отметить, что легализация психоактивного каннабиса в штате Вашингтон происходила крайне болезненно и долго. Впрочем, в этом нет ничего удивительного, поскольку он был пионером в этой области и нёс соответствующее бремя. В 1996 году в штате прошёл референдум по поводу легализации каннабиса для использования в медицинских целях. По итогам голосования он был принят, и пациенты, страдающие онкологией, рассеянным склерозом, ВИЧ, эпилепсией и многими другими изнуряющими человеческое тело заболеваниями, впервые получили возможность легально употреблять каннабис и не быть за это наказанными. При встрече с полицейскими им было достаточно всего лишь показать разрешение врача, чтобы их оставили в покое. Несмотря на то, что положения референдума никак не регламентировали процесс получения каннабиса, в штате, тем не менее, стали повсеместно плодиться канна-диспансеры. Их деятельность нельзя было назвать законной — выращивание и продажа каннабиса в штате всё ещё считалось федеральным преступлением. Однако, как в своё время писала газета The Seattle Times, в одних городах силовики действительно устраивали рейды и арестовывали владельцев диспансеров, но вот в других подобных ситуаций не происходило, и полиция предпочитала закрывать глаза на происходящее. Особо благоприятной ситуация оказалась для Сиэтла, столицы штата, где к 2011 году открылось аж 75 подпольных канна-диспансеров, которым никто ничего не предъявлял. Ситуация начала сильно меняться после референдума 2012 года, когда каннабис стал легален для использования и в рекреационных целях. Правила выращивания и продажи каннабиса разрабатывали в течение следующих двух лет, и летом 2014 года в штате начали открываться первые лицензированные магазины каннабиса. Побочный эффект инноваций Несмотря на то, что торговля психоактивным каннабисом более выгодна, чем торговля непсихоактивным, в штате Вашингтон (по состоянию на 2020 год) всё же открылись 182 конопляные фермы, которые суммарно владеют 1,5 тысячами гектарами земли. Это немного, особенно если сравнивать с соседствующим штатом Орегон, где таких ферм более 2000, а производственные площади превышают 8 гектаров. Тем не менее, вашингтонские фермеры всё равно умудрились навести суеты. Весной 2021 года они начали жаловаться, что канна-индустрия регулируется несправедливо. По их словам, переработчики каннабиса активно скупают у них экстракты КБД и с использованием технологии кислотной конвертации преобразуют их в масло ТГК, которое позже попадает в магазины. Это возможно благодаря тому, что КБД является изомером ТГК — в ходе реакции получается молекула, почти идентичная той, которую производит настоящее растение. Её нельзя классифицировать как синтетический каннабиноид, ведь она производится на основе органического сырья. Использовать такую технологию с точки зрения экономики оказывается даже выгоднее, чем растить ТГК-содержащий каннабис и вытягивать из него необходимое масло. Таким образом сектор промышленного каннабиса, сам того не желая, стал выгодным поставщиком для продавцов медицинской и рекреационной канна-продукции. Больше всего фермеров происходящее не устраивает по той причине, что магазины каннабиса делают на этой схеме сверхдоходы, оставляя самих фермеров ни с чем. Эти волнения подняли дискуссию о том, должен ли вообще контролироваться процесс того, каким образом магазины каннабиса получают свою продукцию. Если позиция фермеров гласит, что «да, должна», то позиция самих магазинов с ней расходится. Директор вашингтонской ассоциации канна-бизнеса говорит, что таким образом его сектор только способствует инновациям в индустрии. Предварительную точку в этой дискуссии поставили в минувшую пятницу, 23 июля. Тогда совет штата Вашингтон по алкогольным напиткам и каннабису заявил, что переработчики каннабиса могут производить ТГК только тем образом, который предусмотрен их лицензией, а любые другие способы могут трактоваться как нарушение. Иными словами, им был установлен запрет на использование КБД в качестве сырья для производства ТГК. Пока что заявление совета не выражено в форме закона. Как будет организован контроль за исполнением предписания ещё предстоит решить. Автор: Hunter Melrose Еще почитать: В США сфера тестирования каннабиса на ТГК глубоко коррумпирована ТГК имеет право на использование в медицине точно так же, как и КБД Конец War on Drugs: Как от этого выиграет канна-индустрия США Просмотр полной Статья
  7. В американской канна-индустрии широко распространена коррупция среди сотрудников лабораторий, которые определяют концентрацию ТГК в каннабисе. Происходит это по одной простой причине — чем больше процент ТГК указан на этикетке, тем дороже и быстрее товар можно распродать. Деньги никогда не бывают лишними, поэтому грех не подкрутить чуть-чуть цифры. Разницы всё равно почти никто не замечает. Кигану Скиту было 26 лет, когда он бросил аспирантуру в Калифорнийском университете и остался один на один со своим студенческим долгом на 50 тысяч долларов. К счастью, ему довольно быстро удалось найти работу. Компания Praxis, которая занималась проверками каннабиса на безопасность и измерениями уровня каннабиноидов, была не против взять к себе Скита лаборантом-аналитиком. Первые несколько месяцев работы прошли для Скита неплохо, а вот дальше началась чертовщина. Вход в The Praxis Laboratory в Сентрейлии, штат Вашингтон В одну из ночных смен к нему подошла встревоженная коллега-лаборантка и рассказала, что заметила нечто странное в своей электронной таблице с результатами проведённых тестов. По её словам, кто-то поменял результаты измерения уровня ТГК — те, что она вписывала раньше, были гораздо ниже. Ради интереса Скит проверил и свою таблицу. Значения в ней тоже были отредактированы. Это странное открытие Скит сделал весной 2018 года. Тогда он ещё не подозревал, что через пару лет снова останется без работы, а полиция выдвинет против него обвинение в совершении уголовного преступления. Скит также не подозревал, что он стал одним из немногих, кто лицом к лицу столкнулся с самой острой проблемой легальной канна-индустрии — с коррупцией в лабораториях, которые зарабатывают деньги на манипуляциях результатами тестов. Необходимость контроля Распространение фальсифицированной продукции ни к чему хорошему не приводит. И иногда это кончается крайне плохо. В первой половине прошлого века, когда в США действовал сухой закон, люди погибали от употребления поддельного алкоголя, в который был подмешан метиловый спирт, а совсем недавно десятки молодых людей погибали от эпидемии EVALI, которая вызвана подмешиванием ацетата витамина E в поддельные картриджи с ТГК. Очевидно, что для недопущения подобных ситуаций необходимо устанавливать и соблюдать стандарты качества для всего, что касается или попадает внутрь человеческого тела — только так можно гарантировать, что потребитель будет оставаться в безопасности. В бурно развивающейся американской канна-индустрии полномочия по соблюдению стандартов отданы на откуп частным коммерческим лабораториям. Законы штатов, легализовавших каннабис, обязывают производителей перед продажей товара заказывать у таких лабораторий экспертизу — необходимо проверить партии на отсутствие, например, плесени, кишечной палочки или того хуже. Помимо этого им необходимо установить концентрацию активных каннабиноидов в образцах — чтобы покупатели знали, за что именно они платят. От результатов экспертизы зависит не только то, разрешат ли партии каннабиса попасть на прилавок, но то, насколько быстро она будет распродана и сколько производитель за неё выручит. Поэтому стимулы к мошенничеству с тестами очень велики — в особенности с тестами на уровень ТГК. Тетрагидроканнабиноловая игла Исследование 31 миллиона сделок с каннабисом, совершённых в штате Вашингтон с 2014 по 2016 год, показало, что указанный на этикетке уровень ТГК напрямую зависит от того, какой будет цена продукта. В среднем повышение ТГК на один процентный пункт в этом регионе ведёт к увеличению цены за грамм на один-два процентных пункта. Исследование также показало, что 92,5% проданного каннабиса имело уровень ТГК выше 15%. Такая же «одержимость ТГК» наблюдается и в остальных штатах. В Калифорнии, например, грамм каннабиса с самым высоким уровнем ТГК и вовсе стоит в полтора раза дороже, чем с самым низким. Не трудно догадаться, почему это происходит — продукция с высоким содержанием ТГК считается массами более мощной, а потому и спрос на неё выше всего. Поклонники каннабиса, впрочем, настаивают, что содержание ТГК не может считаться показателем хорошего качества — никто ведь не выбирает себе вино или пиво, исходя исключительно из процентного содержания алкоголя. Отдельные юзеры также отмечают, что трава со сравнительно малым содержанием ТГК тоже способна неплохо так поменять сознание. С ними соглашаются и учёные из Колорадского университета в Боулдере, опубликовавшие в прошлом году исследование, в котором была опровергнута корреляция между высоким содержанием ТГК и сильными субъективными эффектами. Но наука это наука, а рынок это рынок. Если партия не пройдёт проверку качества — её придётся уничтожить. Если партия покажет слишком малое количество ТГК — её почти никто не купит (придётся отправлять её на производство концентратов, например). Поэтому нет ничего удивительного в том, что коррупция в сфере тестирования широко распространена. И действительно, лаборатории уже неоднократно ловили на том, что они завышают реальный уровень ТГК, выдают плесневелый каннабис за безопасный или даже полностью выдумывают результаты. Конкретно в штате Вашингтон, где работал Скит, об этой проблеме было известно уже давно. Во многом это стало возможным благодаря тому, что результаты лабораторных анализов хранятся в открытом доступе. Один из исследователей, Джим Макрей, использовал эту особенность для того, чтобы наблюдать за тем, как индустрия тестирования влияет на весь рынок каннабиса. В конце 2015 года он опубликовал исследование, которое показало — 4 из 14 лабораторий штата Вашингтон в течение первых трёх месяцев 2015 года протестировали десятки тысяч образцов и ни разу не обнаружили при этом микробного загрязнения (в остальных лабораториях такое загрязнение обнаружили в 45% образцов). Позже одну из выявленных Макреем лабораторий власти закрыли. Ну, точнее, временно приостановили её деятельность, пока она не исправит все косяки. Через пару лет Макрей выпустил ещё одно исследование — на этот раз он решил изучить причину внезапного успеха одной из новых лабораторий, которой понадобился всего год, чтобы захватить аж 20% рынка тестирования каннабиса. Оказалось, лаборатория постоянно выдавала самые высокие в штате результаты тестирования на уровень ТГК — и неизвестно, то ли производители ей платили за это, то ли она сама вела такую политику. Её работу, впрочем, власти также приостановили спустя некоторое время после публикации Макрея. Один на один с системой Но вернёмся к истории Скита. После того, как аналитик обнаружил подмену, ему предстояло сделать сложный выбор — либо уйти из компании и перестать обманывать людей, либо продолжить работать и копить на оплату долга. По итогу Скит выбрал второе, но с твёрдым намерением полностью разобраться в ситуации. Он продолжал работать, не разглашая своих подозрений, и вскоре получил должность разработчика программного обеспечения. Он создал для компании программу для упрощения обмена информацией, которая имеется в распоряжении лаборатории. Его программа также включала в себя систему контроля версий для отслеживания каждого изменения в электронных документах. Разумеется, об этом дополнении никто не знал. К лету 2020 года Скит провёл анализ совершённых изменений и подтвердил то, что давно подозревал: научный директор и владелец лаборатории Дастин Ньюман фальсифицировал тесты и делал это сотнями. Для этого он слегка менял исходное значение веса образцов — с 2,5555 до 2,555 грамм, например, отчего происходил перерасчёт ТГК в сторону его увеличения. Скит тайно скопировал документы и их изменения, и передал данные в Управление по контролю за алкоголем и каннабисом штата Вашингтон (WSLCB). Там этими данными очень заинтересовались и решили организовать внеплановую проверку. 3 сентября 2020 года агенты WSLCB вломились в лабораторию с обыском, изучили документы компании, а также проверили оборудование. Выяснилось, что оно всегда фиксирует только четыре цифры после запятой, а не три, как отмечено в документах. Ньюман не смог найти этому объяснений, и через пять дней после обыска объявил властям, что уходит в отставку. Сам Скит продолжал приходить на работу, как ни в чём не бывало — руководство даже не выкупало, как именно произошло разоблачение. Киган Скит Но спустя ещё неделю до Ньюмана всё дошло. Он вызвал Скита к себе в офис, где потребовал выдать рабочий компьютер и сообщить пароли от облачного хранилища компании, через которое работала программа. Скит отказался, поскольку не был уверен, что полиция собрала достаточно доказательств, чтобы обвинить Ньюмана в коррупции, и подозревал, что таким образом он хочет стереть единственные следы своих преступлений. После того, как Скит покинул кабинет (возвращаться в который ему уже никогда не придётся), Ньюман сам подал на Скита жалобу в полицию — якобы тот украл собственность компании. Ньюманоохранительные органы признали жалобу справедливой и направили обвинение в окружную прокуратуру. Арест Скита мог произойти в любой день. До самого декабря Скит находился в тревожном состоянии, пока власти, наконец, не издали постановление о временной приостановке деятельности лаборатории. Спустя ещё несколько месяцев они и вовсе потребовали отозвать у лаборатории лицензию за фальсификацию лабораторных записей. Ньюман все обвинения отверг — по его словам, в отношении лаборатории не было проведено полного расследования, а сам Скит предоставленные агентам данные подделал, потому что и так был близок к увольнению. Ньюман даже попытался обжаловать решение властей и подал апелляцию, но в мае 2021 года её отозвал. Что касается обвинения Скита в краже, то в прокуратуре заявили, что обвинение против него решили пока не выдвигать. При этом ему пригрозили всё же принять меры, если появятся доказательства его вины. Сейчас Скит работает над собственным стартапом по разработке программного обеспечения для канна-компаний и лабораторий по тестированию каннабиса. И кто знает, может вскоре он действительно сможет предложить рынку программное решение, которое позволит решить проблему с подменой лабораторных анализов. Опыт как-никак есть. Источник: Five Thirty Eight Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: Каннабизнес в США: Сколько стоит открыть бизнес по производству марихуаны ТГК имеет право на использование в медицине точно так же, как и КБД Конец War on Drugs: Как от этого выиграет канна-индустрия США Просмотр полной Статья
  8. Ранние наблюдения учёных и журналистов за экономическими и социальными последствиями легализации каннабиса показывали, что она способствует снижению уровня преступности, появлению новых рабочих мест (как правило, более доходных), и увеличению бюджетных поступлений за счёт введения новых налогов. Помимо этого, легализация приводит к повышению стоимости жилья вблизи канна-шопов и канна-диспансеров, а также к переселению людей в города, которые способны обеспечить доступ к легальному каннабису. Он становится для людей альтернативой алкоголю и опиоидным анальгетикам. В последнем случае предпочтение людей искать утешение именно в медицинском каннабисе снижает риск передозировок и злоупотреблений рецептурными препаратами и переходу на более тяжёлые вещества. В мае Анжелика Мейнхофер, экономист учебной больницы Корнельского университета, вместе с Адрианом Рубли, доцентом Мексиканского автономного технологического института, выпустили совместное исследование о ещё одном последствии легализации. В работе сообщалось, что за последние десять лет цена на уличный каннабис в одиннадцати штатах, легализовавших каннабис, в среднем снизилась на 9,2%, а наибольшее падение цены (на 18,5%) произошло с низкокачественной уличной травой. Всё это сопровождалось сокращением изъятий каннабиса силовиками на 93%, что тоже могло повлиять на ценообразование — чем оборот товаров опаснее, тем эти товары обычно дороже. Одновременно с этим исследователи обнаружили, что цена героина выросла на 64%, а опиоидных анальгетиков оксикодона и гидрокодона — на 7,3 и 5,1 процентов соответственно. Исследование завершилось утверждением, что «рынки нелегальных наркотиков не являются независимыми от правового регулирования рынка каннабиса». Следует отметить, что результаты исследования могут быть подвержены предвзятости, так как исследователи получили часть данных с использованием сторонних сервисов, отслеживающих цены. Источник: veriheal Автор: Hunter Melrose Еще почитать: США проверят влияние эндоканнабиноидной системы на ВИЧ Тренды науки: какое будущее ждёт индустрию каннабиса Опиоидный заговор. Как фармацевтическая компания разрушала жизни ради прибыли
  9. Исследование показало, что легализация каннабиса приводит к изменению цен на другие психоактивные вещества. По подсчётам американских исследователей, цены на каннабис, который продаётся из-под полы, снижаются, а вот цены на запрещённые и контролируемые психоактивные вещества растут. Ранние наблюдения учёных и журналистов за экономическими и социальными последствиями легализации каннабиса показывали, что она способствует снижению уровня преступности, появлению новых рабочих мест (как правило, более доходных), и увеличению бюджетных поступлений за счёт введения новых налогов. Помимо этого, легализация приводит к повышению стоимости жилья вблизи канна-шопов и канна-диспансеров, а также к переселению людей в города, которые способны обеспечить доступ к легальному каннабису. Он становится для людей альтернативой алкоголю и опиоидным анальгетикам. В последнем случае предпочтение людей искать утешение именно в медицинском каннабисе снижает риск передозировок и злоупотреблений рецептурными препаратами и переходу на более тяжёлые вещества. В мае Анжелика Мейнхофер, экономист учебной больницы Корнельского университета, вместе с Адрианом Рубли, доцентом Мексиканского автономного технологического института, выпустили совместное исследование о ещё одном последствии легализации. В работе сообщалось, что за последние десять лет цена на уличный каннабис в одиннадцати штатах, легализовавших каннабис, в среднем снизилась на 9,2%, а наибольшее падение цены (на 18,5%) произошло с низкокачественной уличной травой. Всё это сопровождалось сокращением изъятий каннабиса силовиками на 93%, что тоже могло повлиять на ценообразование — чем оборот товаров опаснее, тем эти товары обычно дороже. Одновременно с этим исследователи обнаружили, что цена героина выросла на 64%, а опиоидных анальгетиков оксикодона и гидрокодона — на 7,3 и 5,1 процентов соответственно. Исследование завершилось утверждением, что «рынки нелегальных наркотиков не являются независимыми от правового регулирования рынка каннабиса». Следует отметить, что результаты исследования могут быть подвержены предвзятости, так как исследователи получили часть данных с использованием сторонних сервисов, отслеживающих цены. Источник: veriheal Автор: Hunter Melrose Еще почитать: США проверят влияние эндоканнабиноидной системы на ВИЧ Тренды науки: какое будущее ждёт индустрию каннабиса Опиоидный заговор. Как фармацевтическая компания разрушала жизни ради прибыли Просмотр полной Статья
  10. Все началось в 2013 году. В конце грунтовой дороги в сельской части долины Гудзона в Нью-Йорке красных амбаров в колониальном стиле стоял скромный белый фермерский домик. Это ферма Old Mud Creek, принадлежавшая агрохимическому гиганту Syngenta, была выставлена на продажу. На ферме площадью в 156 гектаров годами тестировали на посадках сои и кукурузы удобрения, пестициды и гербициды. Ничего примечательного, просто ещё один участок агрессивного ведения промышленного сельского хозяйства, откуда люди поспешили уйти. Кто купит такое место? Семидесятилетняя фермерша Эбби Рокфеллер вместе с тридцатилетним менеджером фермы Беном Добсоном решили приобрести ферму Old Mud Creek. Сейчас она и Добсон являются соучредителями Hudson Carbon и Hudson Hemp — двух стартапов, объединённых одной миссией: исследование и продвижение регенеративного органического сельского хозяйства и связывания углерода; выращивание фермерской конопли; производства и продажи линейки оздоровительных продуктов Treaty с добавлением КБД. Истощенная почва в Old Mud Creek подходила для их амбициозных экологических целей. Эбби Рокфеллер на ужине в честь сбора урожая конопли Ферма Stone House Farm, которую Эбби Рокфеллер и её братья и сестры унаследовали от своих родителей, расположена в городе Ливингстон, в двух часах езды к северу от Нью-Йорка, и граничит с гораздо более крупной собственностью, к которой Эбби присматривалась давно. «Прекрасный участок земли. Он называется Old Mud Creek», — сказала она во время телефонного разговора с Добсоном. Эбби задавалась вопросом, есть ли способ перевести землю от промышленного к органическому земледелию и одновременно собрать научно полезные данные о химических и углеродных изменениях в почве. Это прозвучало просто, но вскоре она узнала, что подобного никогда раньше не делали. Эбби с будущим менеджером фермы Беном Добсоном познакомил её сын Кристофер, который учился с Добсоном в колледже. «Ты обязана заполучить Бена», — сказал он Эбби, когда та поделилась с ним мыслями о восстановлении земель. Бен Добсон — опытный фермер. Он способен вырастить что угодно и где угодно. Его родители — Энн Бэнкс и Тед Добсон, пионеры движения за экологически чистые продукты. Бен родился и вырос на ферме и почти всю свою жизнь работал в области органического сельского хозяйства. Бен Добсон из Hudson Hemp в окружении своих сестер Мелани (слева) и Фрейи Добсон на ферме Old Mud Creek После приобретения фермы Old Mud Creek в 2016 году, с стартапом Hudson Carbon начала сотрудничать морская биологическая лаборатория Вудс-Хоул. Группа ученых из Массачусетского научно-исследовательского института приехала на ферму, чтобы установить оборудование для наблюдений. В конце эксперимента они надеются ответить на вопрос, может ли регенеративное сельское хозяйство положительно повлиять на изменение климата и, если оно выполняется в больших масштабах, может ли обратить эти изменения вспять? «Мы будем выращивать коноплю Kush, Electra, Lifter, CBG White, Cherry Wine и наши любимые Sour Space Candy», — Добсон старается перекричать шум грузовика, который прыгает по грунтовой дороге, ведущей на ферму Old Mud Creek. Он показывает участок поля, где планирует выращивать коноплю и полевые цветы, смешанные с многолетними травами и бобовыми, которые жизненно важны для плодородия земли. Добсон ежедневно наблюдает за ходом работ и при этом поддерживает постоянный контакт с Эбби. «Мы с ней оба чувствуем необходимость изменить масштаб сельского хозяйства и взгляды людей на окружающую среду. Это означает переход от индустриального сельского хозяйства с его акцентом на использование синтетических удобрений и химических пестицидов обратно: к небольшим семейным фермам, выращивающим продукты питания для своих сообществ», — говорит он. Ещё одна цель содействия регенеративному сельскому хозяйству — это создание сельскохозяйственных угодий и условий, при которых в почвенный углерод преобразуется больше CO2, чем выбрасывается в атмосферу. Идея посадить коноплю принадлежала Бену Добсону. Это растение является биоремедиатором, что означает её способность очищать почву от тяжёлых металлов и возвращать в почву углерод. В 2017 году Добсон получил разрешение на выращивание конопли, после чего засадил ею четыре гектара земли. Это было десятое по счёту разрешение, когда-либо выданное в штате Нью-Йорк. В 2018 году он и Рокфеллер расширили засаживаемую площадь, запустили исследование полезных свойств конопли и начали разработку собственного бренда и продуктов с КБД. Они заказали технологическое оборудование в Калифорнии и Германии, построили в одном из своих амбаров современное предприятие по экстрагированию КБД. До начала работы с Добсоном и выращиванием конопли, Эбби не знала о её влиянии на природу и лечебных свойствах. Эбби была одним из первых защитников, борющихся с загрязнением воды, вызванным сбросом сточных вод в систему водоснабжения. Она была первой американкой, установившей в своем доме систему компостирования. К 1973 году она основала компанию Clivus Multrum, которая на данный момент является крупнейшим дистрибьютором компостных туалетов для общественного пользования в Северной Америке. Во время первого посевного сезона прохожие, в том числе местный шериф, останавливались и выходили из автомобилей, чтобы посмотреть на поля с растениями, которые люди привыкли скрывать от публики. В 2018 году Конгресс США принял закон о фермерских хозяйствах, которым разрешил выращивать коноплю во всех 50 штатах, а в некоторых штатах — производить экстракт КБД. Новое законодательство вызвало бум в сельском хозяйстве. Большинство фермеров и производителей сосредоточились на выращивании сельскохозяйственных культур для производства КБД. По данным исследовательской компании New Frontier Data, только в Соединенных Штатах продукты с добавлением КБД — от лосьонов и настоек до напитков и еды — принесли в 2020 году 14,9 миллиарда долларов. К 2025 году эта цифра вырастет до 26,4 миллиарда долларов. Добсон и Рокфеллер сосредоточились на выращивании конопли, которую они продают оптом вместе с экстрагированным КБД. Они также используют полевые цветы и другие растения в создании линии оздоровительных продуктов Treaty. Линия Treaty с содержанием КБД Эту часть бизнеса курируют младшие сестры Добсона Мелани и Фрейя. Они считают, что методы выращивания и регенерации почвы на ферме делают их продукт отличным от тысяч других продуктов с КБД, которые были представлены крупными и малыми брендами в последние годы. «Здоровье земли буквально влияет на здоровье человека», — говорит Мелани. Фрейя Добсон Для создания пригодных для употребления в пищу составов с КБД Фрея и Мелани привлекли ведущего исследователя психофармакологии из Международного института каннабиса и каннабиноидов. Они сосредоточились на местных ингредиентах, произрастающих в долине Гудзона, и точности формул. «Рынок конопли пережил зелёную лихорадку и крах», — говорит Ян Лэрд, соучредитель Hemp Benchmarks, компании, предоставляющей отраслевые данные для рынков каннабиса. Примерно 90 процентов фермеров потеряли деньги после их вложения в выращивании конопли. Гудзонская конопля — это нечто иное, больше похожее на ремесленное производство. Внимание Добсона и Рокфеллер к восстановительному сельскому хозяйству и секвестрации углерода при помощи конопли создает прочный фундамент для изготовления высококачественного сертифицированного органического каннабиса. Они видят своё будущее в соединении каннабиноидов с лекарственными растениями, травами и полевыми цветами. Источник: townandcountrymag.com Подготовила: @PollyMolly Еще почитать: Как легализация марихуаны может изменить мир: пять сторон правды Как Бурятия пытается возродить канна-индустрию Последствия легализации: новые профессии и новые рабочие места
  11. Однажды экоактивистка и владелица фермы объединила свои усилия со знаниями молодого, но опытного фермера, который убедил её выращивать коноплю на четырёх гектарах её фермы в северной части штата Нью-Йорк. Современная сказка? Нет. Просто план по спасению планеты. Все началось в 2013 году. В конце грунтовой дороги в сельской части долины Гудзона в Нью-Йорке красных амбаров в колониальном стиле стоял скромный белый фермерский домик. Это ферма Old Mud Creek, принадлежавшая агрохимическому гиганту Syngenta, была выставлена на продажу. На ферме площадью в 156 гектаров годами тестировали на посадках сои и кукурузы удобрения, пестициды и гербициды. Ничего примечательного, просто ещё один участок агрессивного ведения промышленного сельского хозяйства, откуда люди поспешили уйти. Кто купит такое место? Семидесятилетняя фермерша Эбби Рокфеллер вместе с тридцатилетним менеджером фермы Беном Добсоном решили приобрести ферму Old Mud Creek. Сейчас она и Добсон являются соучредителями Hudson Carbon и Hudson Hemp — двух стартапов, объединённых одной миссией: исследование и продвижение регенеративного органического сельского хозяйства и связывания углерода; выращивание фермерской конопли; производства и продажи линейки оздоровительных продуктов Treaty с добавлением КБД. Истощенная почва в Old Mud Creek подходила для их амбициозных экологических целей. Эбби Рокфеллер на ужине в честь сбора урожая конопли Ферма Stone House Farm, которую Эбби Рокфеллер и её братья и сестры унаследовали от своих родителей, расположена в городе Ливингстон, в двух часах езды к северу от Нью-Йорка, и граничит с гораздо более крупной собственностью, к которой Эбби присматривалась давно. «Прекрасный участок земли. Он называется Old Mud Creek», — сказала она во время телефонного разговора с Добсоном. Эбби задавалась вопросом, есть ли способ перевести землю от промышленного к органическому земледелию и одновременно собрать научно полезные данные о химических и углеродных изменениях в почве. Это прозвучало просто, но вскоре она узнала, что подобного никогда раньше не делали. Эбби с будущим менеджером фермы Беном Добсоном познакомил её сын Кристофер, который учился с Добсоном в колледже. «Ты обязана заполучить Бена», — сказал он Эбби, когда та поделилась с ним мыслями о восстановлении земель. Бен Добсон — опытный фермер. Он способен вырастить что угодно и где угодно. Его родители — Энн Бэнкс и Тед Добсон, пионеры движения за экологически чистые продукты. Бен родился и вырос на ферме и почти всю свою жизнь работал в области органического сельского хозяйства. Бен Добсон из Hudson Hemp в окружении своих сестер Мелани (слева) и Фрейи Добсон на ферме Old Mud Creek После приобретения фермы Old Mud Creek в 2016 году, с стартапом Hudson Carbon начала сотрудничать морская биологическая лаборатория Вудс-Хоул. Группа ученых из Массачусетского научно-исследовательского института приехала на ферму, чтобы установить оборудование для наблюдений. В конце эксперимента они надеются ответить на вопрос, может ли регенеративное сельское хозяйство положительно повлиять на изменение климата и, если оно выполняется в больших масштабах, может ли обратить эти изменения вспять? «Мы будем выращивать коноплю Kush, Electra, Lifter, CBG White, Cherry Wine и наши любимые Sour Space Candy», — Добсон старается перекричать шум грузовика, который прыгает по грунтовой дороге, ведущей на ферму Old Mud Creek. Он показывает участок поля, где планирует выращивать коноплю и полевые цветы, смешанные с многолетними травами и бобовыми, которые жизненно важны для плодородия земли. Добсон ежедневно наблюдает за ходом работ и при этом поддерживает постоянный контакт с Эбби. «Мы с ней оба чувствуем необходимость изменить масштаб сельского хозяйства и взгляды людей на окружающую среду. Это означает переход от индустриального сельского хозяйства с его акцентом на использование синтетических удобрений и химических пестицидов обратно: к небольшим семейным фермам, выращивающим продукты питания для своих сообществ», — говорит он. Ещё одна цель содействия регенеративному сельскому хозяйству — это создание сельскохозяйственных угодий и условий, при которых в почвенный углерод преобразуется больше CO2, чем выбрасывается в атмосферу. Идея посадить коноплю принадлежала Бену Добсону. Это растение является биоремедиатором, что означает её способность очищать почву от тяжёлых металлов и возвращать в почву углерод. В 2017 году Добсон получил разрешение на выращивание конопли, после чего засадил ею четыре гектара земли. Это было десятое по счёту разрешение, когда-либо выданное в штате Нью-Йорк. В 2018 году он и Рокфеллер расширили засаживаемую площадь, запустили исследование полезных свойств конопли и начали разработку собственного бренда и продуктов с КБД. Они заказали технологическое оборудование в Калифорнии и Германии, построили в одном из своих амбаров современное предприятие по экстрагированию КБД. До начала работы с Добсоном и выращиванием конопли, Эбби не знала о её влиянии на природу и лечебных свойствах. Эбби была одним из первых защитников, борющихся с загрязнением воды, вызванным сбросом сточных вод в систему водоснабжения. Она была первой американкой, установившей в своем доме систему компостирования. К 1973 году она основала компанию Clivus Multrum, которая на данный момент является крупнейшим дистрибьютором компостных туалетов для общественного пользования в Северной Америке. Во время первого посевного сезона прохожие, в том числе местный шериф, останавливались и выходили из автомобилей, чтобы посмотреть на поля с растениями, которые люди привыкли скрывать от публики. В 2018 году Конгресс США принял закон о фермерских хозяйствах, которым разрешил выращивать коноплю во всех 50 штатах, а в некоторых штатах — производить экстракт КБД. Новое законодательство вызвало бум в сельском хозяйстве. Большинство фермеров и производителей сосредоточились на выращивании сельскохозяйственных культур для производства КБД. По данным исследовательской компании New Frontier Data, только в Соединенных Штатах продукты с добавлением КБД — от лосьонов и настоек до напитков и еды — принесли в 2020 году 14,9 миллиарда долларов. К 2025 году эта цифра вырастет до 26,4 миллиарда долларов. Добсон и Рокфеллер сосредоточились на выращивании конопли, которую они продают оптом вместе с экстрагированным КБД. Они также используют полевые цветы и другие растения в создании линии оздоровительных продуктов Treaty. Линия Treaty с содержанием КБД Эту часть бизнеса курируют младшие сестры Добсона Мелани и Фрейя. Они считают, что методы выращивания и регенерации почвы на ферме делают их продукт отличным от тысяч других продуктов с КБД, которые были представлены крупными и малыми брендами в последние годы. «Здоровье земли буквально влияет на здоровье человека», — говорит Мелани. Фрейя Добсон Для создания пригодных для употребления в пищу составов с КБД Фрея и Мелани привлекли ведущего исследователя психофармакологии из Международного института каннабиса и каннабиноидов. Они сосредоточились на местных ингредиентах, произрастающих в долине Гудзона, и точности формул. «Рынок конопли пережил зелёную лихорадку и крах», — говорит Ян Лэрд, соучредитель Hemp Benchmarks, компании, предоставляющей отраслевые данные для рынков каннабиса. Примерно 90 процентов фермеров потеряли деньги после их вложения в выращивании конопли. Гудзонская конопля — это нечто иное, больше похожее на ремесленное производство. Внимание Добсона и Рокфеллер к восстановительному сельскому хозяйству и секвестрации углерода при помощи конопли создает прочный фундамент для изготовления высококачественного сертифицированного органического каннабиса. Они видят своё будущее в соединении каннабиноидов с лекарственными растениями, травами и полевыми цветами. Источник: townandcountrymag.com Подготовила: @PollyMolly Еще почитать: Как легализация марихуаны может изменить мир: пять сторон правды Как Бурятия пытается возродить канна-индустрию Последствия легализации: новые профессии и новые рабочие места Просмотр полной Статья
  12. Британский комедийный актёр Саша Барон Коэн, всемирно известный как исполнитель главной роли в комедийной ленте «Борат», выдвинул иск против американской канна-компании Solar Therapeutics, владеющей диспансерами каннабиса в штате Массачусетс. Согласно документам, поданным в суд штата, претензия актёра заключается в том, что канна-компания без его ведома и разрешения разместила на своём рекламном щите изображение казахстанского журналиста Бората Сагдиева: «Используя рекламный щит, обвиняемые ложно донесли до общественности, что мистер Барон Коэн одобрил их продукцию и связан с их бизнесом», — говорится в жалобе, поданной 12 июля. — «Напротив, мистер Барон Коэн никогда в жизни не употреблял коноплю. Он ни за какие деньги не стал бы участвовать в рекламной кампании каннабиса». Сообщается, что рекламный щит, установленный на обочине шоссе в штате Массачусетс, убрали в апреле по требованию юристов Коэна. «Господин Барон Коэн очень бережно относится к своему имиджу и персонажу, он очень осторожен с тем, как использовать свою личность и своих персонажей для взаимодействия со своими поклонниками и широкой публикой», — говорится в жалобе. Коэн требует возмещения убытков не меньше, чем на $9 млн, а также требует, чтобы суд запретил канна-компании использовать его имя, его персонажей и внешность для продажи своей продукции. В самой Solar Therapeutics ситуацию комментировать не стали. Источник: Aljazeera Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: Общественные лидеры Сан-Диего критикуют сеть диспенсеров с каннабисом Cookies за название ООН призывает к полному запрету на рекламу каннабиса В США сфера тестирования каннабиса на ТГК глубоко коррумпирована
  13. Актёр собирается судиться с массачусетской канна-компанией из-за того, что она без разрешения использовала один из его образов на своём рекламном щите. На нём был изображен персонаж фильма «Борат» вместе с его фирменной фразой «Нравится!». Британский комедийный актёр Саша Барон Коэн, всемирно известный как исполнитель главной роли в комедийной ленте «Борат», выдвинул иск против американской канна-компании Solar Therapeutics, владеющей диспансерами каннабиса в штате Массачусетс. Согласно документам, поданным в суд штата, претензия актёра заключается в том, что канна-компания без его ведома и разрешения разместила на своём рекламном щите изображение казахстанского журналиста Бората Сагдиева: «Используя рекламный щит, обвиняемые ложно донесли до общественности, что мистер Барон Коэн одобрил их продукцию и связан с их бизнесом», — говорится в жалобе, поданной 12 июля. — «Напротив, мистер Барон Коэн никогда в жизни не употреблял коноплю. Он ни за какие деньги не стал бы участвовать в рекламной кампании каннабиса». Сообщается, что рекламный щит, установленный на обочине шоссе в штате Массачусетс, убрали в апреле по требованию юристов Коэна. «Господин Барон Коэн очень бережно относится к своему имиджу и персонажу, он очень осторожен с тем, как использовать свою личность и своих персонажей для взаимодействия со своими поклонниками и широкой публикой», — говорится в жалобе. Коэн требует возмещения убытков не меньше, чем на $9 млн, а также требует, чтобы суд запретил канна-компании использовать его имя, его персонажей и внешность для продажи своей продукции. В самой Solar Therapeutics ситуацию комментировать не стали. Источник: Aljazeera Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: Общественные лидеры Сан-Диего критикуют сеть диспенсеров с каннабисом Cookies за название ООН призывает к полному запрету на рекламу каннабиса В США сфера тестирования каннабиса на ТГК глубоко коррумпирована Просмотр полной Статья
  14. История участника конкурса «Национальные особенности марихуаны», в котором мы предлагаем поделиться рассказом о культуре каннабиса в стране, где вам довелось побывать и познать местные особенности выращивания и употребления. Автор лучшего рассказа будет награжден комплектом удобрений Simplex! В бытность мою студентом собрался я как-то поехать в США по программе Work&Travel. Подготовил документы, собрал справки из универа, купил билеты и оплатил страховку. Мне одобрили визу J-1, и через некоторое время я уже пересекал Атлантику на 320-м аэробусе. Было это примерно года два назад. Орегон, Колорадо, Массачусетс и еще парочка штатов уже легализовали рекреационное употребление травки, но мне предстояло приземлиться во Флориде, где на тот момент было разрешено использовать каннабис только «for medical purposes». Честно говоря, я даже и не особо беспокоился по этому поводу, волнение от посещения нового континента и того самого «The Land of The Free and The Home of The Brave» перекрывало все остальные мысли. После пересадки в Чикаго я еще пару часов провел в небе и приземлился в аэропорту города Панама-Сити. Надо сказать, что климат Флориды меня поразил. Стоит выйти на улицу и чуть-чуть пройтись, как по твоей шее и спине уже начинают течь горные реки Кавказа. Влажность в тех краях стабильно держится на уровне 70–80 процентов, а температура в летние дни — 32–35 градусов по Цельсию (аутдорный хемп, наверно, там не в ходу, то ли дело апельсины). Впереди меня ждали три месяца работы горничным в местном Хилтоне. Да, работенка не из самых эстетически приятных, но когда ты получаешь на ней в два с половиной раза больше, чем работая в России на должности, которая еще и высшего образования требует… В общем, деньги не пахнут. Работал я всегда с кем-то, обычно помогая тем, кто трудится в отеле на постоянке. Один раз меня поставили в пару с женщиной, которая внешне годилась мне в бабушки. «Скучный будет денёк», — подумал я, но не тут-то было! В процессе работы мы с ней разговорились, оказалось, что ей 73, сама она из Орегона и очень не любит Трампа. Это была (и очень надеюсь, что все еще есть) довольно бодрая старушка, на 73 не выглядела совершенно. Я спросил ее: «В чем секрет?» Она немного поулыбалась и сказала, что, возможно, все дело в том, что она очень любит курить травку. Выяснилось, что эта бабушка в молодости была той еще хиппи. Она рассказала мне про участие в протестах в Колумбийском университете 1968 года и про то, как они с друзьями испекли пирог на канна-масле, полили его глазурью с кислотой, а потом случайно угостили своего сорокалетнего соседа. История закончилась хорошо, а я не преминул спросить, могу ли я сейчас купить у нее немного травки. Она ответила, что поделится со мной и так. И не соврала. На следующий день утром я поздоровался с ней, а вместе с ответным «Hi» в карман моей рабочей рубашки опустилась небольшая коробочка. — There is a one doobie. Share with somebody. Мне почему-то послышалось «dookie». Кто слушал Green Day, тот знает, что один из их альбомов носит именно такое название, которое переводится не иначе, как «дерьмо». — Why do you call it dookie? Is it like a «good shit»? — спросил я в ответ. — What shit? What are you talking about? — недоумевающе посмотрела она меня. После пары пояснений я все-таки понял, что есть такое слово «doobie», которым американцы обозначают обычный косяк. Открыв коробочку, я обнаружил там не очень плотную самокрутку с травкой, у которой даже не было фильтра. Косячок был просто скручен и приплюснут с двух сторон. Я спросил Шэй (так звали бабушку) про фильтр, на что она ответила, что всю жизнь так крутит, и все, кого она знает, тоже не заморачиваются. В шутку я решил дать этому косяку название Олд Скул. Шэй согласилась, хотя сначала подумала, что это не из-за стиля кручения косяков, а из-за ее возраста, но я быстро пояснил, что имею в виду. Именно с этим doobie я и отправился на велосипеде в свой выходной день на побережье Мексиканского залива. Мне не хотелось привлекать внимание и курить косяк на пляже или тротуаре. Я тогда еще сильно параноил и очень боялся депортации, поэтому пытался найти какое-то укромное местечко. Но чем «плоха» Америка, так это тем, что там нет ни одного гаража, за которым можно было бы покурить или хотя бы спокойно поссать. Либо ты на тротуаре, либо на частной территории, либо это непроходимые заросли всего чего попало, куда даже ступать не очень-то хочется. И все же после долгой езды мне удалось найти пустырь, который собирались застраивать, судя по подъездной дороге. Там я и раскурил заветную самокрутку. Как потом сообщила Шэй, сорт назывался Trainwreck, и я прекрасно понял почему. Ох, лучше бы я послушался ее и расшерил с кем-то этот косяк. Примерно так я ощущал себя через 10 минут. Не забываем про 33 градуса тепла и сумасшедшую влажность. В один момент мой внутренний голос заставил меня слезть с велосипеда, потому что мне казалось, что если я продолжу крутить педали, то просто умру от инфаркта. Но когда я чуть попривык, катиться на велике в майке и солнцезащитных очках вдоль побережья, слушая в наушниках «Остров» Агутина, было неимоверно кайфово. Да, тогда казалось, что эта песня специально была написана для этого момента. Ее тропический мотив идеально вписывался во все, что меня окружало. И это был не последний раз. Шэй оказалась очень доброй женщиной и почти каждую неделю угощала меня новым косяком. Работая вместе, она рассказывала мне про штаты и спрашивала про Путина, называла его другом Трампа. Еще она пила очень много Кока-Колы, банки по четыре в день. Приносила их в сумке со льдом, но сумка постоянно протекала. На ее день рождения я подарил ей сумку-холодильник и упаковку блантов. Правда, с блантами я не угадал, она сказала, что эти бланты придумали для того, чтобы скрывать запах марихуаны, смешивая его с запахом табака, а она его терпеть не может, в отличие от запаха травки. Поэтому упаковку блантов пришлось оставить себе. Зато курить бланты предпочитал другой житель Флориды. Луис родился в Пуэрто-Рико, но переехал в штаты в поисках лучшей жизни. С ним мне довелось познакомиться на моей второй работе в популярном сетевом ресторане. Там я трудился помощником официанта оставшуюся часть дня после работы в Хилтоне. Луис рассказал мне свою историю курения. До того, как травка пришла в его жизнь, он был очень агрессивным парнем. Он заводился с пол-оборота и сразу лез в драку, мог легко сорваться на ругательства и так далее и тому подобное. Всё это настолько мешало ему жить, что он даже начал ходить ко врачу. Ничего особо не помогало, пока врач не посоветовал ему покурить травки. И именно это оказалось той самой волшебной пилюлей. Общаясь с Луисом, я бы ни в жизнь не сказал, что этот парень, а скорее даже мужчина (ему было где-то под 40), может хоть кого-то обидеть. Да, внешне он был лысым качком, но в общении всегда был вежлив и спокоен. Курил он каждый день утром и вечером, работая таксистом и официантом. Травку покупал с рук у кого-то, чье имя мне явно ничего бы не сказало, платя за унцию 230 долларов (унция — это примерно 28 грамм). Ездил на новой Камри, иногда в шутку сигналя мне утром, когда я пыхтел на велосипеде, чтобы преодолеть 6 миль от дома до отеля. И даже смог купить себе отличный дом в зеленом районе на берегу залива. Еще он обещал взять меня работать официантом, когда откроет свой ресторан пуэрто-риканской кухни, но из-за ковида пришлось эти планы отложить. В общем, классный чел был и есть этот Луис. Когда мне нужно было улетать из Флориды в Нью-Йорк, я попросил Луиса подбросить меня до аэропорта. Ехали мы ранним утром, часов в пять утра. Вдруг позади я услышал сирену полицейских, которые по громкоговорителю попросили нас остановиться. К машине подошел огромный чернокожий коп и сказал, что остановил нас за превышение скорости. Мы объяснили ситуацию, мол, торопимся в аэропорт (на самом деле нет), и Луису повезло отделаться предупреждением. А через пару миль Луис сказал: «Do you wanna smoke?». Ловким движением руки он извлек из-под водительского кресла тонкий блант и предложил мне его раскурить. А я и не отказался, думая, что уже набрал хорошего толера на бабушкиных doobies. Я не спросил, что это был за сорт, но мама-мия бамбаламия… Как же меня расп**орасило. А ведь мне надо лететь. И контроль в аэропорту проходить. Оказавшись внутри, я молился, чтобы все прошло гладко и со мной никто не заговорил. Но тут выяснилось, что мой чемодан не проходит по весу. Я мало что соображал в тот момент, но все-таки смог решить эту задачу, достав коробку с кроссовками и кое-как запихнув ее в ручную кладь. Главное, думал я, не забыть про самолет. И это у меня получилось. Мне предстояло провести в Нью-Йорке ровно неделю, поэтому я решил скатать еще и в Филадельфию, благо между этими городами всего два часа езды на машине. Гуляя по Филадельфии я наткнулся на магазин, на котором большими буквами было написано CBD. Зайдя внутрь, я оказался в каком-то музее бонгов. Они стояли за стеклом и были совершенно разных форм — настоящие произведения искусства. Я разговорился с продавцами, спросив их про то, как обстоят дела с каннабисом в Филадельфии — что можно, а что нельзя. Оказалось, что в Филадельфии, равно как и в Нью-Йорке, можно продавать и покупать каннабис и все его производные, но только в том случае, если содержание ТГК в нем минимально (0,1–0,2%). «Интересно», — подумал я и приобрел скрученный косяк сорта Special Sauce за 6 баксов. Вернувшись обратно в Нью-Йорк, я выкурил его по дороге от метро до квартиры. Именно тогда я и понял, что значит «медицинская марихуана». Ты не чувствуешь никакого хая, продолжаешь нормально соображать, не грузишься, но при этом из тебя начисто уходит любая тревога. Такое состояние «окей». Тебе не супервесело-вау-классно, не плохо, грустно или безразлично, тебе даже не норм. Тебе окей. Могу рекомендовать CBD-доминантные сорта всем тем, кто долго не может заснуть, потому что так же, как я, любит заниматься самокопанием, лежа в постели, или придумыванием ответов на уже прошедшие разговоры. Теперь мне стало понятно, почему каждая табачка в Нью-Йорке клеит себе на входную дверь буквы CBD. На следующий день я встретился со знакомым из России и его подругой, которые прилетели в Нью-Йорк на пару недель. Рассказал им про тему с CBD, а вечером мы уже проводили курительную терапию на набережной Ист-Ривер около штаб-квартиры ООН. Make Peace Not War, как говорится. Далее мы отправились на Таймс-Сквер, а после решили поискать ближайший бар, в котором бы пиво не стоило как билет на концерт Beyonce. К моему удивлению, такое место нашлось. Называется оно Jimmy’s Corner. Если будете в NY, то заскочите обязательно. В этом баре нет цен на пиво. Точнее, они есть, но тебе никто не скажет, сколько стоит тот или иной сорт. Я минут пять спорил с барменом, чтобы она все-таки объяснила, почему здесь не называют цену. Но успеха не возымел. На каждый мой «why» она отвечала «you’ll be pleasantly surprised». И не обманула. Я проверил потом списания на карте — пинта пива стоила 5 баксов. По американским меркам это сущие копейки для бара, который находится в трех шагах от одного их самых популярных мест в мире. В этом же баре мы познакомились с двумя ребятами, имен которых я уже не помню. Один был чернокожим художником под два метра ростом, а другой программистом, который разрабатывал браслет для инвесторов. Он объяснил мне, что это будет что-то вроде часов от Xiaomi, но с инфой про акции и криптовалюты. Я пожелал ему удачи в этом начинании. В какой-то момент разговор зашел о травке. Мы спросили, знают ли они, где здесь можно достать эмджей с ТГК. Наш чернокожий приятель попросил дать ему минуту, и где-то через две он вернулся обратно в бар, держа в руках тканевый бархатный мешок. По размерам мешок был похож на тот, из которого усатый мужчина в жилетке достает бочонки лото и кричит «Одиннадцать — барабанные палочки!» Я не заглядывал внутрь, поэтому не знаю, был ли он полностью набит стаффом, но что-то мне кажется, что это вполне могло бы быть так. Скрутив очень толстый джойнт, мы вышли на улицу. Как сейчас помню, я получаю в руки косяк, слева от меня зарево Таймс-Сквер, вокруг куча людей, а через дорогу патрульная машина полиции. Я спрашиваю своих новых знакомых «Is it okay?» На что получаю ответ — «Don’t worry, it’s okay». И взрываю. После перекура мы возвращаемся в бар и тут начинается самое интересное. Мы пьем, разговариваем, смеемся, но в какой-то момент наш темнокожий друг берет за руку нашу подругу, собираясь ей что-то сказать. Всё вокруг замолкает. И он начинает говорить. Звучало это так, как будто он тренировал эту речь последние 10 лет. С идеальной интонацией, без запинок и повторов он отвешивал нашей подруге комплимент за комплиментом, используя самые невероятные по красоте метафоры. Я посмотрел на нее — девочка просто таяла на глазах, растекаясь в пространстве. Серьезно, если бы на ее месте оказалась любая другая, например, Ирина Шейк или Моника Беллуччи — она бы поехала с этим с парнем к нему домой той же ночью, без вариантов. Я никогда раньше не видел и не слышал ничего подобного. Выглядело все так, как будто травка дала чуваку какие-то суперспособности, вступив в синергию с его мозговыми клетками. В какой-то момент мне стало казаться, что они займутся сексом прямо здесь и сейчас, на наших глазах. Он говорил на протяжении минут пяти, словно рассказывал монолог Райана Гослинга из фильма «Дневник памяти». Но тут вмешался мой русский товарищ, сказав, что нам надо идти. Странно, подруга не была его девушкой, парня у нее тоже не было, и я так и не понял, зачем он прервал этот танец, но всё закончилось. Мы поблагодарили ребят за угощения и в скором времени свалили. Эх, как же это было красиво. Не знаю, может на наших чернокожих братьев всегда травка действует как-то по-особенному и поэтому растафарианство зародилось именно среди них, но в ту ночь мне показалось, что я действительно прикоснулся к чему-то сверхъестественному. Мы еще погуляли по ночному Нью-Йорку, поели бургеров в Wendy’s, а через пару дней я улетел обратно на родину. Подруга на следующий день еще раз встретилась с этим художником, чему я нисколько не удивился, но что было на той встрече, я уже загадывать не берусь. Вот такой weed experience мне довелось ощутить, находясь в штатах. Как мне показалась, травка в США – это просто личное дело каждого. Каждый находит в ней что-то свое и курит так, как ему нравится. Чего и я желаю всем, кто всё же дочитал этот лонгрид. Тоже есть чем поделиться? Участвуй в конкурсе «Национальные особенности марихуаны», где участники рассказывают о каннабисе в стране, где им довелось побывать. Автор лучшей истории будет награжден комплектом удобрений Simplex! Все подробности тут. Еще почитать: Вокруг света с mj: «Однажды в Ницце» Трип репорты участников конкурса на лучший рассказ о своем трипе Кин-Дзаг-Дзаг: любимые фильмы редакции форума Просмотр полной Статья
  15. Национальные институты здравоохранения США выделили Центру лечения ВИЧ при Университете Северной Каролины грант на 4 миллиона долларов. Средства пойдут на исследования, посвящённые влиянию каннабиноидной системы на механизм работы латентных резервуаров ВИЧ. Планируется, что они займут пять лет. Справка: Латентные резервуары ВИЧ — это группы иммунных клеток в организме, которые заражены вирусом иммунодефицита человека, но не продуцируют его. Часть вирусов прячется в этих резервуарах в течение многих лет, а потом внезапно выбирается на свободу. В настоящий момент не существует способа обезвредить эти резервуары, из-за чего ВИЧ и считается неизлечимым заболеванием. Руководить исследованием будет Эд Браун, доцент Кафедры медицины Университета Северной Каролины. «Наша гипотеза заключается в том, — говорит он. — что воздействие каннабиса при ВИЧ-инфекции изменяет размер, местоположение и генетические характеристики латентного резервуара ВИЧ через активацию CB2-рецепторов в Т-хелперах». Справка: Т-хелперы — это клетки иммунной системы, задача которых состоит в том, чтобы «оповестить» другие клетки той же системы, что им нужно бороться с той или иной инфекцией в организме. ВИЧ поражает Т-хелперы, из-за чего организм теряет способность бороться с инфекциями и погружается в состояние иммунодефицита. К счастью, лаборатория Брауна уже обладает моделью латентного резервуара ВИЧ. Для проверки своей гипотезы исследователи планируют понаблюдать за тем, как активация каннабиноидных рецепторов (CB2-рецепторы разбросаны в том числе и в иммунной системе) влияет на экспрессию генов вируса и структуру хроматина клетки-носителя. Справка: Гены в ядре связаны с белками (их роль в нашем случае играют CB2-рецепторы) и образуют хроматин. Его структура определяет, насколько тот или иной участок ДНК будет доступен для считывания, то есть экспрессии. Если снизить вирусу способность считывать свою ДНК, то он попросту не сможет выйти на свободу. Помимо этого в рамках исследования учёные планируют изучить, чем ВИЧ-инфицированные потребители каннабиса отличаются от тех инфицированных, которые каннабис не употребляют. Гипотеза гласит, что размеры и расположение резервуаров ВИЧ у них могут отличаться. Браун надеется, что возглавляемое им исследование приблизит научное сообщество к пониманию того, как регулировать такие резервуары и в конце-концов победить ВИЧ. Источник: Wral Tech Wire Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: Медицинский каннабис продлевает жизнь ВИЧ инфицированных пациентов ТГК имеет право на использование в медицине точно так же, как и КБД Видео: Как работает эндоканнабиноидная система Каннабис для раковых больных: истории практикующих медиков
  16. Особенность эндоканнабиноидной системы заключается в том, что один из её рецепторов, CB2, пересекается с иммунной системой — той самой, которую атакует ВИЧ. Американские исследователи хотят изучить, можно ли через эти рецепторы как-то повлиять на те заражённые клетки, которые служат для вируса резервуарами и делают болезнь неизлечимой. Национальные институты здравоохранения США выделили Центру лечения ВИЧ при Университете Северной Каролины грант на 4 миллиона долларов. Средства пойдут на исследования, посвящённые влиянию каннабиноидной системы на механизм работы латентных резервуаров ВИЧ. Планируется, что они займут пять лет. Справка: Латентные резервуары ВИЧ — это группы иммунных клеток в организме, которые заражены вирусом иммунодефицита человека, но не продуцируют его. Часть вирусов прячется в этих резервуарах в течение многих лет, а потом внезапно выбирается на свободу. В настоящий момент не существует способа обезвредить эти резервуары, из-за чего ВИЧ и считается неизлечимым заболеванием. Руководить исследованием будет Эд Браун, доцент Кафедры медицины Университета Северной Каролины. «Наша гипотеза заключается в том, — говорит он. — что воздействие каннабиса при ВИЧ-инфекции изменяет размер, местоположение и генетические характеристики латентного резервуара ВИЧ через активацию CB2-рецепторов в Т-хелперах». Справка: Т-хелперы — это клетки иммунной системы, задача которых состоит в том, чтобы «оповестить» другие клетки той же системы, что им нужно бороться с той или иной инфекцией в организме. ВИЧ поражает Т-хелперы, из-за чего организм теряет способность бороться с инфекциями и погружается в состояние иммунодефицита. К счастью, лаборатория Брауна уже обладает моделью латентного резервуара ВИЧ. Для проверки своей гипотезы исследователи планируют понаблюдать за тем, как активация каннабиноидных рецепторов (CB2-рецепторы разбросаны в том числе и в иммунной системе) влияет на экспрессию генов вируса и структуру хроматина клетки-носителя. Справка: Гены в ядре связаны с белками (их роль в нашем случае играют CB2-рецепторы) и образуют хроматин. Его структура определяет, насколько тот или иной участок ДНК будет доступен для считывания, то есть экспрессии. Если снизить вирусу способность считывать свою ДНК, то он попросту не сможет выйти на свободу. Помимо этого в рамках исследования учёные планируют изучить, чем ВИЧ-инфицированные потребители каннабиса отличаются от тех инфицированных, которые каннабис не употребляют. Гипотеза гласит, что размеры и расположение резервуаров ВИЧ у них могут отличаться. Браун надеется, что возглавляемое им исследование приблизит научное сообщество к пониманию того, как регулировать такие резервуары и в конце-концов победить ВИЧ. Источник: Wral Tech Wire Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: Медицинский каннабис продлевает жизнь ВИЧ инфицированных пациентов ТГК имеет право на использование в медицине точно так же, как и КБД Видео: Как работает эндоканнабиноидная система Каннабис для раковых больных: истории практикующих медиков Просмотр полной Статья
  17. Название и графика диспенсера Cookies вводит в заблуждение детей и подростков, так как она похоже на графику «Улицы Сезам», вызывая ассоциации с персонажем Cookie Monster, считают общественные лидеры в Сан-Диего. Несколько членов комиссии по планированию в Сан-Диего, проголосовавших за выдачу разрешения на открытие диспенсера, раскритиковали название как лицемерное и вводящее в заблуждение, но подчеркнули, что их решения основываются на соблюдение совместимости зонирования, а не на субъективных мнениях о названии бизнеса. Джина Остин, местный поверенный, представляющий бизнес, заявила, что владельцы диспенсера Cookies пытались пойти на компромисс с городом, предложив использовать логотип вместо слова Cookies, но законы Сан-Диего о каннабисе запрещают логотипы. Диспансеры в Сан-Диего из-за строгих городских правил расположены на окраине города, в зонах лёгкой промышленности, вдали от большинства торговых центров и учебных учреждений. Диспенсер Cookies принадлежит калифорнийским селекционерам Cookie Family. Они создали такие популярные сорта, как Girl Scout Cookies и Sunset Sherbet. Благодаря прозорливости Бернера, одного из основателей Cookie Family, за десять лет их сорта набрали популярность, а бренд стал узнаваемым. Все благодаря активному пиару и продвижению через социальные сети (Instagram, Youtube). Источник Еще почитать: Канадский канна-шоп скопировал у Subway логотип и теперь должен ему $40000 Шестилетней девочке понадобилась помощь после того, как она съела конфету с марихуаной Владелец Skittles подал в суд на продавцов конфет с ТГК Просмотр полной Статья
  18. Федеральное бюро расследований США обновило на своём сайте политику по трудоустройству. Теперь сотрудниками спецслужбы могут стать даже те американцы, которые курили каннабис в возрасте до 18 лет или за год до подачи заявления о приёме на работу. А ведь ещё каких-то полтора месяца назад кандидатам могли отказать в трудоустройстве, если вдруг выяснялось, что они употребляли каннабис в течение последних трёх лет. ФБР не делало никакого официального объявления об изменении трудовой политики. Один лишь филиал спецслужбы в штате Чикаго вскользь упомянул об этом 8 июля в своём твиттере: «...чтобы узнать, повлияют ли последние изменения в нашей политике в отношении марихуаны на вас как на кандидата, перейдите по ссылке» Журналистам причину ослабления нетерпимости в отношении каннабиса объяснять не стали. «Это может быть скорее практическим решением, чем тем, которое обязательно отражает изменение мнений о каннабисе в агентстве», — предполагает отраслевое издание Marijuana Moment. По его мнению, к движению за легализацию каннабиса присоединилось такое огромное количество штатов, что все вместе они начали оказывать влияние на федеральную политику. Важно отметить, что несмотря на всё это, ФБР остаётся более-менее консервативным органом. Агентство по-прежнему не готово видеть в числе своих сотрудников людей, которые в настоящий момент принимают каннабис по медицинским показаниям. Исключение могут составить лишь те, кто принимает Дронабинол — единственную синтетическую форму тетрагидроканнабинола, одобренную Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США. Источник: Marijuana Moment Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: Употребление марихуаны после работы не влияет на работоспособность В США из Белого дома уволили десятки сотрудников за употребление каннабиса в прошлом Как научиться эффективно работать, употребляя каннабис
  19. Движение за легализацию каннабиса в США набрало так много сторонников, что с ним постепенно начинают считаться даже такие федеральные органы, как ФБР. На этой неделе спецслужба даже негласно поменяла правила приёма на работу — теперь в рядах расследователей согласны видеть людей, которые всего год как отказались от курения каннабиса. Федеральное бюро расследований США обновило на своём сайте политику по трудоустройству. Теперь сотрудниками спецслужбы могут стать даже те американцы, которые курили каннабис в возрасте до 18 лет или за год до подачи заявления о приёме на работу. А ведь ещё каких-то полтора месяца назад кандидатам могли отказать в трудоустройстве, если вдруг выяснялось, что они употребляли каннабис в течение последних трёх лет. ФБР не делало никакого официального объявления об изменении трудовой политики. Один лишь филиал спецслужбы в штате Чикаго вскользь упомянул об этом 8 июля в своём твиттере: «...чтобы узнать, повлияют ли последние изменения в нашей политике в отношении марихуаны на вас как на кандидата, перейдите по ссылке» Журналистам причину ослабления нетерпимости в отношении каннабиса объяснять не стали. «Это может быть скорее практическим решением, чем тем, которое обязательно отражает изменение мнений о каннабисе в агентстве», — предполагает отраслевое издание Marijuana Moment. По его мнению, к движению за легализацию каннабиса присоединилось такое огромное количество штатов, что все вместе они начали оказывать влияние на федеральную политику. Важно отметить, что несмотря на всё это, ФБР остаётся более-менее консервативным органом. Агентство по-прежнему не готово видеть в числе своих сотрудников людей, которые в настоящий момент принимают каннабис по медицинским показаниям. Исключение могут составить лишь те, кто принимает Дронабинол — единственную синтетическую форму тетрагидроканнабинола, одобренную Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США. Источник: Marijuana Moment Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: Употребление марихуаны после работы не влияет на работоспособность В США из Белого дома уволили десятки сотрудников за употребление каннабиса в прошлом Как научиться эффективно работать, употребляя каннабис Просмотр полной Статья
  20. Несколько членов комиссии по планированию в Сан-Диего, проголосовавших за выдачу разрешения на открытие диспенсера, раскритиковали название как лицемерное и вводящее в заблуждение, но подчеркнули, что их решения основываются на соблюдение совместимости зонирования, а не на субъективных мнениях о названии бизнеса. Джина Остин, местный поверенный, представляющий бизнес, заявила, что владельцы диспенсера Cookies пытались пойти на компромисс с городом, предложив использовать логотип вместо слова Cookies, но законы Сан-Диего о каннабисе запрещают логотипы. Диспансеры в Сан-Диего из-за строгих городских правил расположены на окраине города, в зонах лёгкой промышленности, вдали от большинства торговых центров и учебных учреждений. Диспенсер Cookies принадлежит калифорнийским селекционерам Cookie Family. Они создали такие популярные сорта, как Girl Scout Cookies и Sunset Sherbet. Благодаря прозорливости Бернера, одного из основателей Cookie Family, за десять лет их сорта набрали популярность, а бренд стал узнаваемым. Все благодаря активному пиару и продвижению через социальные сети (Instagram, Youtube). Источник Еще почитать: Канадский канна-шоп скопировал у Subway логотип и теперь должен ему $40000 Шестилетней девочке понадобилась помощь после того, как она съела конфету с марихуаной Владелец Skittles подал в суд на продавцов конфет с ТГК
  21. В бытность мою студентом собрался я как-то поехать в США по программе Work&Travel. Подготовил документы, собрал справки из универа, купил билеты и оплатил страховку. Мне одобрили визу J-1, и через некоторое время я уже пересекал Атлантику на 320-м аэробусе. Было это примерно года два назад. Орегон, Колорадо, Массачусетс и еще парочка штатов уже легализовали рекреационное употребление травки, но мне предстояло приземлиться во Флориде, где на тот момент было разрешено использовать каннабис только «for medical purposes». Честно говоря, я даже и не особо беспокоился по этому поводу, волнение от посещения нового континента и того самого «The Land of The Free and The Home of The Brave» перекрывало все остальные мысли. После пересадки в Чикаго я еще пару часов провел в небе и приземлился в аэропорту города Панама-Сити. Надо сказать, что климат Флориды меня поразил. Стоит выйти на улицу и чуть-чуть пройтись, как по твоей шее и спине уже начинают течь горные реки Кавказа. Влажность в тех краях стабильно держится на уровне 70–80 процентов, а температура в летние дни — 32–35 градусов по Цельсию (аутдорный хемп, наверно, там не в ходу, то ли дело апельсины). Впереди меня ждали три месяца работы горничным в местном Хилтоне. Да, работенка не из самых эстетически приятных, но когда ты получаешь на ней в два с половиной раза больше, чем работая в России на должности, которая еще и высшего образования требует… В общем, деньги не пахнут. Работал я всегда с кем-то, обычно помогая тем, кто трудится в отеле на постоянке. Один раз меня поставили в пару с женщиной, которая внешне годилась мне в бабушки. «Скучный будет денёк», — подумал я, но не тут-то было! В процессе работы мы с ней разговорились, оказалось, что ей 73, сама она из Орегона и очень не любит Трампа. Это была (и очень надеюсь, что все еще есть) довольно бодрая старушка, на 73 не выглядела совершенно. Я спросил ее: «В чем секрет?» Она немного поулыбалась и сказала, что, возможно, все дело в том, что она очень любит курить травку. Выяснилось, что эта бабушка в молодости была той еще хиппи. Она рассказала мне про участие в протестах в Колумбийском университете 1968 года и про то, как они с друзьями испекли пирог на канна-масле, полили его глазурью с кислотой, а потом случайно угостили своего сорокалетнего соседа. История закончилась хорошо, а я не преминул спросить, могу ли я сейчас купить у нее немного травки. Она ответила, что поделится со мной и так. И не соврала. На следующий день утром я поздоровался с ней, а вместе с ответным «Hi» в карман моей рабочей рубашки опустилась небольшая коробочка. — There is a one doobie. Share with somebody. Мне почему-то послышалось «dookie». Кто слушал Green Day, тот знает, что один из их альбомов носит именно такое название, которое переводится не иначе, как «дерьмо». — Why do you call it dookie? Is it like a «good shit»? — спросил я в ответ. — What shit? What are you talking about? — недоумевающе посмотрела она меня. После пары пояснений я все-таки понял, что есть такое слово «doobie», которым американцы обозначают обычный косяк. Открыв коробочку, я обнаружил там не очень плотную самокрутку с травкой, у которой даже не было фильтра. Косячок был просто скручен и приплюснут с двух сторон. Я спросил Шэй (так звали бабушку) про фильтр, на что она ответила, что всю жизнь так крутит, и все, кого она знает, тоже не заморачиваются. В шутку я решил дать этому косяку название Олд Скул. Шэй согласилась, хотя сначала подумала, что это не из-за стиля кручения косяков, а из-за ее возраста, но я быстро пояснил, что имею в виду. Именно с этим doobie я и отправился на велосипеде в свой выходной день на побережье Мексиканского залива. Мне не хотелось привлекать внимание и курить косяк на пляже или тротуаре. Я тогда еще сильно параноил и очень боялся депортации, поэтому пытался найти какое-то укромное местечко. Но чем «плоха» Америка, так это тем, что там нет ни одного гаража, за которым можно было бы покурить или хотя бы спокойно поссать. Либо ты на тротуаре, либо на частной территории, либо это непроходимые заросли всего чего попало, куда даже ступать не очень-то хочется. И все же после долгой езды мне удалось найти пустырь, который собирались застраивать, судя по подъездной дороге. Там я и раскурил заветную самокрутку. Как потом сообщила Шэй, сорт назывался Trainwreck, и я прекрасно понял почему. Ох, лучше бы я послушался ее и расшерил с кем-то этот косяк. Примерно так я ощущал себя через 10 минут. Не забываем про 33 градуса тепла и сумасшедшую влажность. В один момент мой внутренний голос заставил меня слезть с велосипеда, потому что мне казалось, что если я продолжу крутить педали, то просто умру от инфаркта. Но когда я чуть попривык, катиться на велике в майке и солнцезащитных очках вдоль побережья, слушая в наушниках «Остров» Агутина, было неимоверно кайфово. Да, тогда казалось, что эта песня специально была написана для этого момента. Ее тропический мотив идеально вписывался во все, что меня окружало. И это был не последний раз. Шэй оказалась очень доброй женщиной и почти каждую неделю угощала меня новым косяком. Работая вместе, она рассказывала мне про штаты и спрашивала про Путина, называла его другом Трампа. Еще она пила очень много Кока-Колы, банки по четыре в день. Приносила их в сумке со льдом, но сумка постоянно протекала. На ее день рождения я подарил ей сумку-холодильник и упаковку блантов. Правда, с блантами я не угадал, она сказала, что эти бланты придумали для того, чтобы скрывать запах марихуаны, смешивая его с запахом табака, а она его терпеть не может, в отличие от запаха травки. Поэтому упаковку блантов пришлось оставить себе. Зато курить бланты предпочитал другой житель Флориды. Луис родился в Пуэрто-Рико, но переехал в штаты в поисках лучшей жизни. С ним мне довелось познакомиться на моей второй работе в популярном сетевом ресторане. Там я трудился помощником официанта оставшуюся часть дня после работы в Хилтоне. Луис рассказал мне свою историю курения. До того, как травка пришла в его жизнь, он был очень агрессивным парнем. Он заводился с пол-оборота и сразу лез в драку, мог легко сорваться на ругательства и так далее и тому подобное. Всё это настолько мешало ему жить, что он даже начал ходить ко врачу. Ничего особо не помогало, пока врач не посоветовал ему покурить травки. И именно это оказалось той самой волшебной пилюлей. Общаясь с Луисом, я бы ни в жизнь не сказал, что этот парень, а скорее даже мужчина (ему было где-то под 40), может хоть кого-то обидеть. Да, внешне он был лысым качком, но в общении всегда был вежлив и спокоен. Курил он каждый день утром и вечером, работая таксистом и официантом. Травку покупал с рук у кого-то, чье имя мне явно ничего бы не сказало, платя за унцию 230 долларов (унция — это примерно 28 грамм). Ездил на новой Камри, иногда в шутку сигналя мне утром, когда я пыхтел на велосипеде, чтобы преодолеть 6 миль от дома до отеля. И даже смог купить себе отличный дом в зеленом районе на берегу залива. Еще он обещал взять меня работать официантом, когда откроет свой ресторан пуэрто-риканской кухни, но из-за ковида пришлось эти планы отложить. В общем, классный чел был и есть этот Луис. Когда мне нужно было улетать из Флориды в Нью-Йорк, я попросил Луиса подбросить меня до аэропорта. Ехали мы ранним утром, часов в пять утра. Вдруг позади я услышал сирену полицейских, которые по громкоговорителю попросили нас остановиться. К машине подошел огромный чернокожий коп и сказал, что остановил нас за превышение скорости. Мы объяснили ситуацию, мол, торопимся в аэропорт (на самом деле нет), и Луису повезло отделаться предупреждением. А через пару миль Луис сказал: «Do you wanna smoke?». Ловким движением руки он извлек из-под водительского кресла тонкий блант и предложил мне его раскурить. А я и не отказался, думая, что уже набрал хорошего толера на бабушкиных doobies. Я не спросил, что это был за сорт, но мама-мия бамбаламия… Как же меня расп**орасило. А ведь мне надо лететь. И контроль в аэропорту проходить. Оказавшись внутри, я молился, чтобы все прошло гладко и со мной никто не заговорил. Но тут выяснилось, что мой чемодан не проходит по весу. Я мало что соображал в тот момент, но все-таки смог решить эту задачу, достав коробку с кроссовками и кое-как запихнув ее в ручную кладь. Главное, думал я, не забыть про самолет. И это у меня получилось. Мне предстояло провести в Нью-Йорке ровно неделю, поэтому я решил скатать еще и в Филадельфию, благо между этими городами всего два часа езды на машине. Гуляя по Филадельфии я наткнулся на магазин, на котором большими буквами было написано CBD. Зайдя внутрь, я оказался в каком-то музее бонгов. Они стояли за стеклом и были совершенно разных форм — настоящие произведения искусства. Я разговорился с продавцами, спросив их про то, как обстоят дела с каннабисом в Филадельфии — что можно, а что нельзя. Оказалось, что в Филадельфии, равно как и в Нью-Йорке, можно продавать и покупать каннабис и все его производные, но только в том случае, если содержание ТГК в нем минимально (0,1–0,2%). «Интересно», — подумал я и приобрел скрученный косяк сорта Special Sauce за 6 баксов. Вернувшись обратно в Нью-Йорк, я выкурил его по дороге от метро до квартиры. Именно тогда я и понял, что значит «медицинская марихуана». Ты не чувствуешь никакого хая, продолжаешь нормально соображать, не грузишься, но при этом из тебя начисто уходит любая тревога. Такое состояние «окей». Тебе не супервесело-вау-классно, не плохо, грустно или безразлично, тебе даже не норм. Тебе окей. Могу рекомендовать CBD-доминантные сорта всем тем, кто долго не может заснуть, потому что так же, как я, любит заниматься самокопанием, лежа в постели, или придумыванием ответов на уже прошедшие разговоры. Теперь мне стало понятно, почему каждая табачка в Нью-Йорке клеит себе на входную дверь буквы CBD. На следующий день я встретился со знакомым из России и его подругой, которые прилетели в Нью-Йорк на пару недель. Рассказал им про тему с CBD, а вечером мы уже проводили курительную терапию на набережной Ист-Ривер около штаб-квартиры ООН. Make Peace Not War, как говорится. Далее мы отправились на Таймс-Сквер, а после решили поискать ближайший бар, в котором бы пиво не стоило как билет на концерт Beyonce. К моему удивлению, такое место нашлось. Называется оно Jimmy’s Corner. Если будете в NY, то заскочите обязательно. В этом баре нет цен на пиво. Точнее, они есть, но тебе никто не скажет, сколько стоит тот или иной сорт. Я минут пять спорил с барменом, чтобы она все-таки объяснила, почему здесь не называют цену. Но успеха не возымел. На каждый мой «why» она отвечала «you’ll be pleasantly surprised». И не обманула. Я проверил потом списания на карте — пинта пива стоила 5 баксов. По американским меркам это сущие копейки для бара, который находится в трех шагах от одного их самых популярных мест в мире. В этом же баре мы познакомились с двумя ребятами, имен которых я уже не помню. Один был чернокожим художником под два метра ростом, а другой программистом, который разрабатывал браслет для инвесторов. Он объяснил мне, что это будет что-то вроде часов от Xiaomi, но с инфой про акции и криптовалюты. Я пожелал ему удачи в этом начинании. В какой-то момент разговор зашел о травке. Мы спросили, знают ли они, где здесь можно достать эмджей с ТГК. Наш чернокожий приятель попросил дать ему минуту, и где-то через две он вернулся обратно в бар, держа в руках тканевый бархатный мешок. По размерам мешок был похож на тот, из которого усатый мужчина в жилетке достает бочонки лото и кричит «Одиннадцать — барабанные палочки!» Я не заглядывал внутрь, поэтому не знаю, был ли он полностью набит стаффом, но что-то мне кажется, что это вполне могло бы быть так. Скрутив очень толстый джойнт, мы вышли на улицу. Как сейчас помню, я получаю в руки косяк, слева от меня зарево Таймс-Сквер, вокруг куча людей, а через дорогу патрульная машина полиции. Я спрашиваю своих новых знакомых «Is it okay?» На что получаю ответ — «Don’t worry, it’s okay». И взрываю. После перекура мы возвращаемся в бар и тут начинается самое интересное. Мы пьем, разговариваем, смеемся, но в какой-то момент наш темнокожий друг берет за руку нашу подругу, собираясь ей что-то сказать. Всё вокруг замолкает. И он начинает говорить. Звучало это так, как будто он тренировал эту речь последние 10 лет. С идеальной интонацией, без запинок и повторов он отвешивал нашей подруге комплимент за комплиментом, используя самые невероятные по красоте метафоры. Я посмотрел на нее — девочка просто таяла на глазах, растекаясь в пространстве. Серьезно, если бы на ее месте оказалась любая другая, например, Ирина Шейк или Моника Беллуччи — она бы поехала с этим с парнем к нему домой той же ночью, без вариантов. Я никогда раньше не видел и не слышал ничего подобного. Выглядело все так, как будто травка дала чуваку какие-то суперспособности, вступив в синергию с его мозговыми клетками. В какой-то момент мне стало казаться, что они займутся сексом прямо здесь и сейчас, на наших глазах. Он говорил на протяжении минут пяти, словно рассказывал монолог Райана Гослинга из фильма «Дневник памяти». Но тут вмешался мой русский товарищ, сказав, что нам надо идти. Странно, подруга не была его девушкой, парня у нее тоже не было, и я так и не понял, зачем он прервал этот танец, но всё закончилось. Мы поблагодарили ребят за угощения и в скором времени свалили. Эх, как же это было красиво. Не знаю, может на наших чернокожих братьев всегда травка действует как-то по-особенному и поэтому растафарианство зародилось именно среди них, но в ту ночь мне показалось, что я действительно прикоснулся к чему-то сверхъестественному. Мы еще погуляли по ночному Нью-Йорку, поели бургеров в Wendy’s, а через пару дней я улетел обратно на родину. Подруга на следующий день еще раз встретилась с этим художником, чему я нисколько не удивился, но что было на той встрече, я уже загадывать не берусь. Вот такой weed experience мне довелось ощутить, находясь в штатах. Как мне показалась, травка в США – это просто личное дело каждого. Каждый находит в ней что-то свое и курит так, как ему нравится. Чего и я желаю всем, кто всё же дочитал этот лонгрид. Тоже есть чем поделиться? Участвуй в конкурсе «Национальные особенности марихуаны», где участники рассказывают о каннабисе в стране, где им довелось побывать. Автор лучшей истории будет награжден комплектом удобрений Simplex! Все подробности тут. Еще почитать: Вокруг света с mj: «Однажды в Ницце» Трип репорты участников конкурса на лучший рассказ о своем трипе Кин-Дзаг-Дзаг: любимые фильмы редакции форума
  22. В бытность мою студентом собрался я как-то поехать в США по программе Work&Travel. Подготовил документы, собрал справки из универа, купил билеты и оплатил страховку. Мне одобрили визу J-1, и через некоторое время я уже пересекал Атлантику на 320-ом аэробусе. Было это примерно года два назад. Орегон, Колорадо, Массачусетс и еще парочка штатов уже легализовали рекреационное употребление травки, но мне предстояло приземлиться во Флориде, где на тот момент было разрешено использовать каннабис только «for medical purposes». Честно говоря, я даже и не особо беспокоился по этому поводу, волнение от посещения нового континента и того самого «The Land of The Free and The Home of The Brave» перекрывало все остальные мысли. После пересадки в Чикаго я еще пару часов провел в небе и приземлился в аэропорту города Панама-Сити. Надо сказать, что климат Флориды меня поразил. Стоит выйти на улицу и чуть-чуть пройтись, как по твоей шее и спине уже начинают течь горные реки Кавказа. Влажность в тех краях стабильно держится на уровне 70-80 процентов, а температура в летние дни – 32-35 градусов по Цельсию (аутдорный хемп, наверно, там не в ходу, то ли дело апельсины). Впереди меня ждали три месяца работы горничным в местном Хилтоне. Да, работенка не из самых эстетически приятных, но когда ты получаешь на ней в два с половиной раза больше, чем работая в России на должности, которая еще и высшего образования требует… В общем, деньги не пахнут. Работал я всегда с кем-то, обычно помогая тем, кто трудится в отеле на постоянке. Один раз меня поставили в пару с женщиной, которая внешне годилась мне в бабушки. «Скучный будет денёк» - подумал я, но не тут-то было! В процессе работы мы с ней разговорились, оказалось, что ей 73, сама она из Орегона и очень не любит Трампа. Это была (и очень надеюсь, что все еще есть) довольно бодрая старушка, на 73 не выглядела совершенно. Я спросил ее: «В чем секрет?» Она немного поулыбалась и сказала, что, возможно, все дело в том, что она очень любит курить травку. Выяснилось, что эта бабушка в молодости была той еще хиппи. Она рассказала мне про участие в протестах в Колумбийском университете 1968 года и про то, как они с друзьями испекли пирог на канна-масле, полили его глазурью с кислотой, а потом случайно угостили своего сорокалетнего соседа. История закончилась хорошо, а я не преминул спросить, могу ли я сейчас купить у нее немного травки. Она ответила, что поделится со мной и так. И не соврала. На следующий день утром я поздоровался с ней, а вместе с ответным «Hi» в карман моей рабочей рубашки опустилась небольшая коробочка. - There is a one doobie. Share with somebody. Мне почему-то послышалось «dookie». Кто слушал Green Day, тот знает, что один из их альбомов носит именно такое название, которое переводится не иначе, как «дерьмо». - Why do you call it dookie? Is it like a «good shit»? – спросил я в ответ. - What shit? What are you talking about? – недоумевающе посмотрела она меня. После пары пояснений я все-таки понял, что есть такое слово «doobie», которым американцы обозначают обычный косяк. Открыв коробочку, я обнаружил там не очень плотную самокрутку с травкой, у которой даже не было фильтра. Косячок был просто скручен и приплюснут с двух сторон. Я спросил Шэй (так звали бабушку) про фильтр, на что она ответила, что всю жизнь так крутит, и все, кого она знает, тоже не заморачиваются. В шутку я решил дать этому косяку название Олд Скул. Шэй согласилась, хотя сначала подумала, что это не из-за стиля кручения косяков, а из-за ее возраста, но я быстро пояснил, что имею в виду. Именно с этим doobie я и отправился на велосипеде в свой выходной день на побережье Мексиканского залива. Мне не хотелось привлекать внимание и курить косяк на пляже или тротуаре. Я тогда еще сильно параноил и очень боялся депортации, поэтому пытался найти какое-то укромное местечко. Но чем «плоха» Америка, так это тем, что там нет ни одного гаража, за которым можно было бы покурить или хотя бы спокойно поссать. Либо ты на тротуаре, либо на частной территории, либо это непроходимые заросли всего чего попало, куда даже ступать не очень-то хочется. И все же после долгой езды мне удалось найти пустырь, который собирались застраивать, судя по подъездной дороге. Там я и раскурил заветную самокрутку. Как потом сообщила Шэй, сорт назывался Trainwreck, и я прекрасно понял почему. Ох, лучше бы я послушался ее и расшерил с кем-то этот косяк. Примерно так я ощущал себя через 10 минут. Не забываем про 33 градуса тепла и сумасшедшую влажность. В один момент мой внутренний голос заставил меня слезть с велосипеда, потому что мне казалось, что если я продолжу крутить педали, то просто умру от инфаркта. Но когда я чуть попривык, катиться на велике в майке и солнцезащитных очках вдоль побережья, слушая в наушниках «Остров» Агутина, было неимоверно кайфово. Да, тогда казалось, что эта песня специально была написана для этого момента. Ее тропический мотив идеально вписывался во все, что меня окружало. И это был не последний раз. Шэй оказалась очень доброй женщиной и почти каждую неделю угощала меня новым косяком. Работая вместе, она рассказывала мне про штаты и спрашивала про Путина, называла его другом Трампа. Еще она пила очень много Кока-Колы, банки по четыре в день. Приносила их в сумке со льдом, но сумка постоянно протекала. На ее день рождения я подарил ей сумку-холодильник и упаковку блантов. Правда с блантами я не угадал, она сказала, что эти бланты придумали для того, чтобы скрывать запах марихуаны, смешивая его с запахом табака, а она его терпеть не может, в отличие от запаха травки. Поэтому упаковку блантов пришлось оставить себе. Зато курить бланты предпочитал другой житель Флориды. Луис родился в Пуэрто-Рико, но переехал в штаты в поисках лучшей жизни. С ним мне довелось познакомиться на моей второй работе в популярном сетевом ресторане. Там я трудился помощником официанта оставшуюся часть дня после работы в Хилтоне. Луис рассказал мне свою историю курения. До того, как травка пришла в его жизнь, он был очень агрессивным парнем. Он заводился с пол-оборота и сразу лез в драку, мог легко сорваться на ругательства и так далее и тому подобное. Всё это настолько мешало ему жить, что он даже начал ходить ко врачу. Ничего особо не помогало, пока врач не посоветовал ему покурить травки. И именно это оказалось той самой волшебной пилюлей. Общаясь с Луисом, я бы не в жизнь не сказал, что этот парень, а скорее даже мужчина (ему было где-то под 40) может хоть кого-то обидеть. Да, внешне он был лысым качком, но в общении всегда был вежлив и спокоен. Курил он каждый день утром и вечером, работая таксистом и официантом. Травку покупал с рук у кого-то, чье имя мне явно ничего бы не сказало, платя за унцию 230 долларов (унция - это примерно 28 грамм). Ездил на новой Камри, иногда в шутку сигналя мне утром, когда я пыхтел на велосипеде, чтобы преодолеть 6 миль от дома до отеля. И даже смог купить себе отличный дом в зеленом районе на берегу залива. Еще он обещал взять меня работать официантом, когда откроет свой ресторан пуэрто-риканской кухни, но из-за ковида пришлось эти планы отложить. В общем, классный чел был и есть этот Луис. Когда мне нужно было улетать из Флориды в Нью-Йорк, я попросил Луиса подбросить меня до аэропорта. Ехали мы ранним утром, часов в пять утра. Вдруг позади я услышал сирену полицейских, которые по громкоговорителю попросили нас остановиться. К машине подошел огромный чернокожий коп и сказал, что остановил нас за превышение скорости. Мы объяснили ситуацию, мол, торопимся в аэропорт (на самом деле нет) и Луису повезло отделаться предупреждением. А через пару миль Луис сказал: «Do you wanna smoke?». Ловким движением руки он извлек из-под водительского кресла тонкий блант и предложил мне его раскурить. А я и не отказался, думая, что уже набрал хорошего толера на бабушкиных doobies. Я не спросил, что это был за сорт, но мама-мия бамбаламия… Как же меня расп**орасило. А ведь мне надо лететь. И контроль в аэропорту проходить. Оказавшись внутри, я молился, чтобы все прошло гладко и со мной никто не заговорил. Но тут выяснилось, что мой чемодан не проходит по весу. Я мало что соображал в тот момент, но все-таки смог решить эту задачу, достав коробку с кроссовками и кое-как запихнув ее в ручную кладь. Главное, думал я, не забыть про самолет. И это у меня получилось. Мне предстояло провести в Нью-Йорке ровно неделю, поэтому я решил скатать еще и в Филадельфию, благо между этими городами всего два часа езды на машине. Гуляя по Филадельфии я наткнулся на магазин, на котором большими буквами было написано CBD. Зайдя внутрь, я оказался в каком-то музее бонгов. Они стояли за стеклом и были совершенно разных форм – настоящие произведения искусства. Я разговорился с продавцами, спросив их про то, как обстоят дела с каннабисом в Филадельфии - что можно, а что нельзя. Оказалось, что в Филадельфии, равно как и в Нью-Йорке, можно продавать и покупать каннабис и все его производные, но только в том случае, если содержание ТГК в нем минимально (0,1 – 0,2%). «Интересно» - подумал я и приобрел скрученный косяк сорта Special Sauce за 6 баксов. Вернувшись обратно в Нью-Йорк, я выкурил его по дороге от метро до квартиры. Именно тогда я и понял, что значит «медицинская марихуана». Ты не чувствуешь никакого хая, продолжаешь нормально соображать, не грузишься, но при этом из тебя начисто уходит любая тревога. Такое состояние «окей». Тебе не супервесело-вау-классно, не плохо, грустно или безразлично, тебе даже не норм. Тебе окей. Могу рекомендовать CBD-доминантные сорта всем тем, кто долго не может заснуть, потому что так же как я любит заниматься самокопанием лежа в постели или придумыванием ответов на уже прошедшие разговоры. Теперь мне стало понятно, почему каждая табачка в Нью-Йорке клеит себе на входную дверь буквы CBD. На следующий день я встретился со знакомым из России и его подругой, которые прилетели в Нью-Йорк на пару недель. Рассказал им про тему с CBD, а вечером мы уже проводили курительную терапию на набережной Ист-Ривер около штаб-квартиры ООН. Make Peace Not War, как говорится. Далее мы отправились на Таймс-Сквер, а после решили поискать ближайший бар, в котором бы пиво не стоило как билет на концерт Beyonce. К моему удивлению, такое место нашлось. Называется оно Jimmy’s Corner. Если будете в NY, то заскочите обязательно. В этом баре нет цен на пиво. Точнее, они есть, но тебе никто не скажет, сколько стоит тот или иной сорт. Я минут пять спорил с барменом, чтобы она все-таки объяснила, почему здесь не называют цену. Но успеха не возымел. На каждый мой «why» она отвечала «you’ll be pleasantly surprised». И не обманула. Я проверил потом списания на карте - пинта пива стоила 5 баксов. По американским меркам это сущие копейки для бара, который находится в трех шагах от одного их самых популярных мест в мире. В этом же баре мы познакомились с двумя ребятами, имен которых я уже не помню. Один был чернокожим художником под 2 метра ростом, а другой программистом, который разрабатывал браслет для инвесторов. Он объяснил мне, что это будет что-то вроде часов от Xiaomi, но с инфой про акции и криптовалюты. Я пожелал ему удачи в этом начинании. В какой-то момент разговор зашел о травке. Мы спросили, знают ли они, где здесь можно достать эмджей с ТГК. Наш чернокожий приятель попросил дать ему минуту, и где-то через две он вернулся обратно в бар, держа в руках тканевый бархатный мешок. По размерам мешок был похож на тот, из которого усатый мужчина в жилетке достает бочонки лото и кричит «Одиннадцать – барабанные палочки!» Я не заглядывал внутрь, поэтому не знаю, был ли он полностью набит стаффом, но что-то мне кажется, что это вполне могло бы быть так. Скрутив очень толстый джоинт, мы вышли на улицу. Как сейчас помню, я получаю в руки косяк, слева от меня зарево Таймс-Сквер, вокруг куча людей, а через дорогу патрульная машина полиции. Я спрашиваю своих новых знакомых «Is it okay?» На что получаю ответ - «Don’t worry, it’s okay». И взрываю. После перекура мы возвращаемся в бар и тут начинается самое интересное. Мы пьем, разговариваем, смеемся, но в какой-то момент наш темнокожий друг берет за руку нашу подругу, собираясь ей что-то сказать. Всё вокруг замолкает. И он начинает говорить. Звучало это так, как будто он тренировал эту речь последние 10 лет. С идеальной интонацией, без запинок и повторов он отвешивал нашей подруге комплимент за комплиментом, используя самые невероятные по красоте метафоры. Я посмотрел на нее – девочка просто таяла на глазах, растекаясь в пространстве. Серьезно, если бы на ее месте оказалась любая другая, например, Ирина Шейк или Моника Беллуччи – она бы поехала с этим с парнем к нему домой той же ночью, без вариантов. Я никогда раньше не видел и не слышал ничего подобного. Выглядело все так, как будто травка дала чуваку какие-то суперспособности, вступив в синергию с его мозговыми клетками. В какой-то момент мне стало казаться, что они займутся сексом прямо здесь и сейчас, на наших глазах. Он говорил на протяжении минут пяти, словно рассказывал монолог Райана Гослинга из фильма «Дневник памяти». Но тут вмешался мой русский товарищ, сказав, что нам надо идти. Странно, подруга не была его девушкой, парня у нее тоже не было, и я так и не понял, зачем он прервал этот танец, но всё закончилось. Мы поблагодарили ребят за угощения и в скором времени свалили. Эх, как же это было красиво. Не знаю, может на наших чернокожих братьев всегда травка действует как-то по-особенному и поэтому растафарианство зародилось именно среди них, но в ту ночь мне показалось, что я действительно прикоснулся к чему-то сверхъестественному. Мы еще погуляли по ночному Нью-Йорку, поели бургеров в Wendy’s, а через пару дней я улетел обратно на родину. Подруга на следующий день еще раз встретилась с этим художником, чему я нисколько не удивился, но что было на той встрече я уже загадывать не берусь. Вот такой weed experience мне довелось ощутить, находясь в штатах. Как мне показалась, травка в США – это просто личное дело каждого. Каждый находит в ней что-то свое и курит так, как ему нравится. Чего и я желаю всем, кто всё же дочитал этот лонгрид.
  23. Законодательство штата Мэн, несмотря на легализацию рекреационного каннабиса в 2016 году, до сих пор запрещает проводить время с косяком в общественных местах. Ни тебе канна-кафе, как в Лос-Анджелесе, ни дегустационного зала при канна-шопе, как в индейской резервации неподалёку от Лас-Вегаса. При этом закон штата всё же оставляет небольшую лазейку, благодаря которой любители марихуаны могут собираться вместе и пускать клубы дыма, формально ничего не нарушая. Дело в том, что власти позволяют употреблять каннабис только на частной территории, которая "обычно недоступна для общественности", и если собственник этой территории не выступает против. Конечно, можно просто договориться с друзьями завалиться к кому-то одному на выходные, но как насчёт кое-чего по-круче? Тринити Мэдисон Тринити Мэдисон, жительница небольшого городка Харрисон, придумала концепцию открытого кемпинга для любителей каннабиса — он получил название «Лагерь смеющейся травы». Чтобы обойти законодательство, она выкупила небольшую территорию за городом и оформила её как частную резиденцию. На территории тут и там расставлены палатки, которые можно забронировать через интернет. Всё обустроено как надо — есть магазинчик с едой и приборами для курения, есть зоны для разведения костров и организации совместных пикников или настольных игр, есть даже прокат лодок (через лагерь протекает река Крук). Мыло и полотенца кемпинга украшены конопляной символикой Единственное, чего в лагере нет, так это магазина с каннабисом — если бы он был, то это уже считалось бы нарушением законодательства, и Мэдисон пришлось бы собирать деньги на оплату штрафа. Технически, ничто не мешает ей раздавать траву бесплатно, но так как гости платят за аренду палаток, то органы могли бы посчитать, что каннабис уже включен в стоимость жилья. Поэтому Мэдисон не рискует, а гости приносят в лагерь заранее купленную траву в одном из легальных канна-шопов. Всего у Мэдисон установлено 10 палаток, и в скором времени она надеется накопить достаточно денег, чтобы удвоить их количество. А ещё больше она надеется, что однажды власти всё же примут меры для легализации бизнеса по организации досуга с каннабисом — она говорит, что была бы только счастлива платить налог, чтобы управлять полностью легальным бизнесом. Источник: Press Herald Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: В Лас-Вегасе откроются канна-кафе и дегустационные залы В штате Мэн декриминализовали хранение наркотиков В США сфера тестирования каннабиса на ТГК глубоко коррумпирована
  24. Это единственное место во всём штате Мэн, куда можно приехать во время отпуска, чтобы легально зарядить свои лёгкие каннабисом и хорошо провести время с людьми, которые полностью разделяют это увлечение. Законодательство штата Мэн, несмотря на легализацию рекреационного каннабиса в 2016 году, до сих пор запрещает проводить время с косяком в общественных местах. Ни тебе канна-кафе, как в Лос-Анджелесе, ни дегустационного зала при канна-шопе, как в индейской резервации неподалёку от Лас-Вегаса. При этом закон штата всё же оставляет небольшую лазейку, благодаря которой любители марихуаны могут собираться вместе и пускать клубы дыма, формально ничего не нарушая. Дело в том, что власти позволяют употреблять каннабис только на частной территории, которая "обычно недоступна для общественности", и если собственник этой территории не выступает против. Конечно, можно просто договориться с друзьями завалиться к кому-то одному на выходные, но как насчёт кое-чего по-круче? Тринити Мэдисон Тринити Мэдисон, жительница небольшого городка Харрисон, придумала концепцию открытого кемпинга для любителей каннабиса — он получил название «Лагерь смеющейся травы». Чтобы обойти законодательство, она выкупила небольшую территорию за городом и оформила её как частную резиденцию. На территории тут и там расставлены палатки, которые можно забронировать через интернет. Всё обустроено как надо — есть магазинчик с едой и приборами для курения, есть зоны для разведения костров и организации совместных пикников или настольных игр, есть даже прокат лодок (через лагерь протекает река Крук). Мыло и полотенца кемпинга украшены конопляной символикой Единственное, чего в лагере нет, так это магазина с каннабисом — если бы он был, то это уже считалось бы нарушением законодательства, и Мэдисон пришлось бы собирать деньги на оплату штрафа. Технически, ничто не мешает ей раздавать траву бесплатно, но так как гости платят за аренду палаток, то органы могли бы посчитать, что каннабис уже включен в стоимость жилья. Поэтому Мэдисон не рискует, а гости приносят в лагерь заранее купленную траву в одном из легальных канна-шопов. Всего у Мэдисон установлено 10 палаток, и в скором времени она надеется накопить достаточно денег, чтобы удвоить их количество. А ещё больше она надеется, что однажды власти всё же примут меры для легализации бизнеса по организации досуга с каннабисом — она говорит, что была бы только счастлива платить налог, чтобы управлять полностью легальным бизнесом. Источник: Press Herald Подготовил: Hunter Melrose Еще почитать: В Лас-Вегасе откроются канна-кафе и дегустационные залы В штате Мэн декриминализовали хранение наркотиков В США сфера тестирования каннабиса на ТГК глубоко коррумпирована Просмотр полной Статья
  • Создать...