Turkeugene

🤝Подборка вышла благодаря сидбанку IZI.

🤝 Пост вышел благодаря спонсору Dzagi Cup — сидшопу Семяныч. Еще почитать: Локальные российские 420-феномены Кино-подборка Dzagi – свежие мультфильмы для любого возраста Популярные страны для релокации: законы vs реальность

🤝Благодарим сидшоп Семяныч за поддержку этой публкиации. Еще почитать: Подборка мультижанрового кино для стоунеров Как кинофраншиза Evil Bong стала стоунер-культом «Иди, подыми водного и успокойся» — честные истории гроверов об отношениях

Если оглянуться на историю рок-музыки, то можно увидеть, что там только два типа рокеров: Те, кто просто слетел с катушек Те, кто РЕАЛЬНО слетел с катушек Во второй половине 70-х и на протяжении всех 80-х Оззи Осборн явно был в топе второй из этих категорий. Про его историю жизни и творчества я узнал так же, как и большинство пацанов моего возраста — от прыщавых ботаников в джинсовках с нарисованными на спине любимыми альбомами. И история Оззи всегда передавалась с должным благоговением: он с Black Sabbath изобрёл хэви-метал, много пил и употреблял, сделал несколько великих альбомов, был выгнан из Black Sabbath, а потом ушёл в сольную карьеру, откусил голову птице, откусил голову летучей мыши, обоссал Аламо, потерял гитариста в нелепой авиакатастрофе, пережил период, когда выглядел и одевался почти как Элизабет Тейлор, и сейчас он трезв и весьма успешен, хотя, возможно, немного оглушён жизнью. На волне успеха своего фестиваля Ozzfest, гастрольного шоу, где играют Мэрилин Мэнсон, Tool, Type O Negative и Pantera, Оззи потряс фанатов объявлением о воссоединении с остальными участниками оригинального состава Black Sabbath: гитаристом Тони Айомми, басистом Гизером Батлером и барабанщиком Биллом Уордом. Они грозились сделать это десятилетие, но подлинный Sabbath не играл вместе (если не считать единственного выступления на Live Aid) с 1979 года. 5 декабря 1997-го они выступили в своём родном британском Бирмингеме. А ещё записали одно из шоу для нового концертного двойного альбома "Reunion". Оззи и Тони Айомми недавно были в Нью-Йорке. Они участвовали в шоу Леттермана и автограф-сессии в новом Virgin Megastore на Юнион-Сквер. Когда их менеджмент связался с High Times насчёт возможного интервью, мы тут сперва подумали, что это розыгрыш. Я сразу подумал, что это какой-то пранк от одного из моих старых школьных забияк: «Да, чувак, Оззи хочет с вами потусить, потянуть бонг, а потом ещё Элис Купер заглянет с пейотом...» Но, проверив источники, я выяснил, что это правда: Оззи реально хочет что-то сказать своим братьям по бонгу и ждёт нас в люксе отеля St. Regis. Не желая отправляться в такую миссию в одиночку, я позвал Роба Брасуэлла, нашего производственного директора и по совместительству штатного металхеда. Что именно Оззи и Тони хотят нам сказать, мы не знали, но упустить шанс сидеть у ног наших рок-богов и глупо хихикать мы не могли. Мы пришли заранее и выпили пару Berliner Weissbier в баре Old King Cole, чтобы успокоить нервы. Пока обсуждали вопросы, мы оба согласились: это не музыкальное интервью. Если хочешь узнать, что Оззи думает о новом альбоме или где Тони Айомми стянул рифф для «Iron Man», ты должен читать интервью в Guitar Player. Мы же хотели услышать истории рок-н-рольного разгула, ни больше ни меньше. Люди Оззи позвонили в бар и сообщили, что Принц Тьмы готов нас принять. В лобби нас встретила пиарщица, которая сказала, что Оззи устал говорить об обоссаных достопримечательностях и пережеванных животных. Мы поняли намёк: хороший интервьюер обойдёт такие темы. «Не волнуйся, — сказал я ей. — Я просто хочу поговорить о наркотиках». Оззи Осборн и Тони Айомми заканчивали предыдущее интервью, когда мы вошли в их номер. Оба были одеты в чёрное, на шеях — большие кресты, на носах — солнцезащитные очки. «Уже погнали?» — рявкнул Оззи, когда мы вошли. Когда встречаешь Оззи, это будто жмёшь руку человеку, который только что вышел из 30-летней панической атаки. Руки трясутся, голос запинается. Но представь, как бы ты себя чувствовал, проведя четверть века в алкогольном тумане, надрывая голос перед стеной оглушающих усилителей, накачанный такими дозами стимуляторов, что ими можно было бы перезапустить криогенно замороженное сердце Уолта Диснея. Слышал я, что Оззи полностью трезв, поэтому спросил, была ли его фраза про «погнали» просто шуткой. «А что, есть чё?» — спросил он. «Конечно. Ты что думал, я приду на интервью с пустыми руками?» «А в Нью-Йорке вообще что-нибудь выращивают?» — поинтересовался он. «Да, конечно». «Я раньше делал так: отщипывал через лист — и растение росло в стороны, а не вверх». Я улыбнулся: Оззи выдал нам настоящий гроверский лайфхак. «Ты выращивал в аутдоре?» — спросил я. «Ага, — Оззи ухмыляется. — Но потом я стал параноиком». Слово «Paranoid» (название главного хита Black Sabbath) повисло в воздухе, требуя продолжения. «Да... что называется, к слову. Я вообще-то про другой трек хотел спросить «Sweet Leaf». Откуда он взялся?» «А сам-то как думаешь?» — засмеялся Оззи. — «Мы дули похлеще, чем духовой оркестр, мешками траву скупали и курили нон-стоп. Мы были постоянно под кайфом. Просыпались утром — начинали день с косяка, ложились спать — тоже с ним. В какой-то момент меня даже стало трясти. Я ж тогда смешивал всё подряд: бухло, кокаин, таблетки...» «Ты видишь разницу между травой и другими веществами?» «Конечно, — сказал он, размахивая сигаретой. — Вот, например, табак. Я не смог бы курить столько косяков в день, сколько выкуриваю этой дряни. Но я твёрдо уверен, что надо легализовать траву. Я полностью за легализацию или хотя бы за декриминализацию. Сам-то я сейчас не курю, но, если кто-то хочет — пожалуйста. Меня за неё даже арестовывали. А хоте чего я, всех нас арестовывали с весом». «Кстати о задержаниях: каково было Black Sabbath проходить таможню в 70-х?» «Страшновато». «Вам приходилось когда-нибудь спускать штаны?» «О да. Помню, однажды мы ехали из Детройта в Канаду через тоннель. Я хватил одного из ребят: «Мы точно всё употребили?» Потом роюсь в сумках, переворачиваю всё — и помнишь эти трубки, которые можно было подключать к аквариумному компрессору? Там, короче, была такая трубка, проводки, всё такое — кладёшь траву и просто тянешь через неё. Короче, погранцы нашли её». Оззи затянулся сигаретой и усмехнулся: «Перчатки до локтя — весь набор. И всё это из-за того, что мы курили траву». «Ты становишься более параноидальным в США?» «Я просто становлюсь параноидальным, — сказал он. — Когда я шпарил кокс, я был Мистером Паранойя. Я был в ужасе. Смешаешь его с Демеролом и опиатами — тебе совсем крышу сносит. Думаешь, чтобы стать нормальным, нужно стать ещё более обдолбанным. Но, чувак, всё хорошо в умеренности, но как только дело доходит до беленького — тут я сам не свой». «Зато документалки получаются отличные», — заметил я. — «У вас в 70-х была репутация группы, которая дольше всех записывает альбомы». «Да мы были под кайфом!» — засмеялся Оззи. «А какой альбом записывался дольше всего?» «Блин, я даже не знаю», — ответил Тони, которого подобные «достижения» не поражали. «Однажды мы поехали в Канаду...» — Оззи посмотрел на Тони, чтобы тот помог вытянуть воспоминание. «Never Say Die». «Never Say Die» занял, бл**ь, целую вечность», — сказал Оззи, и они оба захихикали, как дети, вспоминающие особенно дерзкую шутку на Хэллоуин. «К нам один парень приходил каждый чёртов четверг и приносил пакеты кокса, а мы такие...» тут Оззи скорчил кокаиновую физиономию. «О да, — подхватывает Тони. — Когда мы только начинали, альбомы делались быстро, а потом...» Он пожал плечами, будто теперь уже ничего не исправить. «Но разве вы не записывались быстрее под коксом? — спросил я. «Да, блин, ты что-то делаешь — и тут же забываешь, что делал!» — рассмеялся Оззи. — «Мы вообще не могли включить чёртов магнитофон! Вместо play/record нажимали на паузу. При этом могли играть, мать его, по двадцать четыре часа подряд». «Эти аккуратные маленькие пакетики...» — мечтательно произносит Тони, погружаясь в воспоминания. «Проруби нам ещё дорожку! Принеси ещё банку пива из холодильника! Скрути ещё косяк!» — выкрикнул Оззи. — «Мы выкуривали кирпичи гашиша. Огромные, блин... мы тогда покупали гашиш фунтами». «И кокаин!» — добавил Тони. — «Мы покупали эти запечатанные бутылки с кокаином». «Капитально так запечатанные, ага!» — уточнил Оззи. — «Мы сняли дом в Бел-Эйре, и у нас там лежали эти чёртовы упаковки — во-о-о-от такой высоты». Он показал руками стопку размером с «Фольксваген». «Они приходили в таких галлоновых бутылках, со специальной ложкой, залитые восковой печатью. Это был лучший кокс в моей жизни. Я валяюсь однажды у бассейна, встречаю какого-то парня и спрашиваю: «Будешь дорожку?» Он: «Нет-нет». А я сижу, шмыгаю этим порошком, солнце сияет, а он сидит с отражателем под подбородком — загорает. Я спрашиваю: «А ты чем занимаешься?» Он говорит: «Я работаю на правительство». Я: «А чем именно?» Он: «В наркоконтроле». Я ему: «Ты, блин, шутишь». Он показывает мне значок. Я охренел. У меня тут же сердце в пятки ушло. Да чего там, у меня, мать его, искры из пальцев летели. А он говорит: «Да не парься, я тот чувак, который тебе этот кокаин и достал». «Мы все упарывались, но мы с Биллом ушли чуть дальше, — продолжил Оззи. — Билл в итоге попал в психиатрическую лечебницу. Теперь он против наркотиков, против алкоголя, против всего. И за словом в карман не полезет, поверь». «От кокаина и всех этих химозных вещей у меня нарушилась химия мозга. Появился постоянный тремор. Мне приходится принимать Прозак и другие препараты, чтобы держаться в норме». «Так ты вообще не пьёшь? Или иногда всё-таки можешь себе позволить?» — спросил я. «Сейчас не пью, — ответил Оззи. — Иногда, конечно случается, но я это... пока держусь. Я не буду заявлять: «Больше никогда не выпью». Я не знаю. Когда выступаю, чувствую запах алкоголя из зала — и это, конечно, манит. Но одно про кокаин точно скажу: он делает тебя одиноким. Ты сидишь в комнате, параноишь. Покупаешь пакет белого порошка — и совсем скоро к нему прилагается паранойя». «Я больше никогда этого не буду долбить», — говорит Тони, вспоминая собственную клятву. «А когда утром птицы начинают чирикать — чик-мать-твою-чирик — тебе хочется взять чёртов пулемёт и перестрелять всех птиц вокруг. Рассвет — это ужас. И что ты делаешь после пробуждения? Правильно, тянешь дорожку. Как настоящий наркоман». «Почему так много рок-музыкантов ломаются? — спрашиваю я. — Разве это не считается лучшей работой в мире?» «Да какая тут работа, — угорает Оззи, — где чем более убитым ты приходишь, тем больше люди уверены, что шоу будет крутым. «О, чёрт, Тони под кайфом, Оззи под кайфом, Билл под кайфом — сегодня будет весело». Но за всё приходится платить. Чем бы ты ни баловался: играешь сейчас — расплачиваешься потом. По-другому не бывает». «А сейчас тебе тяжело оставаться трезвым?» — спрашиваю я, уловив в его голосе тень сожаления. «Честно — полный отстой», — ответил он без обиняков. — «Мне не нравится быть трезвым. Если бы ты сейчас нарезал пару дорожек, я бы сказал: «Погнали». Вот только к полудню я бы уже свисал с какого-нибудь здания, орущий, с бутылкой водки в руке. Если я начинаю — я, бл**ь, не могу остановиться. Мне надо идти до самого конца, понимаешь». «И чем ты теперь заполняешь пустоту?» «Дрочу целыми днями», — смеётся Оззи. — «В семидесятых был у меня период, когда я пил дешёвое вино и глотал барбитураты. Я превращался в чёртово желе, а зрители перед сценой — в пруд, масляное такое пятно. Потные, обмякшие, полностью раздавленные...» Оззи замолчал, будто снова видел перед собой эту вязкую гладь. Спустя секунду он поднимает глаза и спрашивает меня: «Ты когда-нибудь пробовал оригинальный метаквалон?» Тони Айомми тоже проявляет интерес к вопросу. И более спокойная половина Black Sabbath теперь тоже уставилась на меня. На секунду я чувствую себя каким-то новорождённым ребёнком. «Нет», — отвечаю я с неловкостью. — «Это чуть раньше моего времени». «Они были просто великолепны, правда, чувак?» — говорит Оззи и поворачивается к Тони в поисках подтверждения. — «Прикинь, я до сих пор могу их достать, — добавляет он. — Знаю одного чела, который заморозил десять тысяч штук». «Заморозил?» — переспросил я и представил щуплого хипстера с впалыми щеками, который делает такие запасы, что, когда мировой запас метаквалона иссякнет, он выберется из своего бункера и станет Барбитуратовым Лордом. Вопросы у меня заканчивались, и приходилось импровизировать. «Мы вот думали...» — я перетряхнул своё пропитанное пивом сознание в поисках темы. «Ну, раз уж Meatloaf выпустил «Bat Out of Hell II», а Фрэмптон — «Frampton Comes Alive II», вы бы, ребят, когда-нибудь сделал «Volume IV, II»?» «Нет», — сухо отсекает Тони, будто я должен понимать: артист такого уровня не повторяет себя подобным образом. «Не думаю, нет», — добавляет Оззи, обдумав вопрос, а потом растягивается в улыбке и снова начинает угорать: «Volume IVII», ага, как же. Может сразу тогда «Volume IV1/2 × 2»... хе-хе-хе». «Мы хотели спросить про, ну... моду хеви-метала в восьмидесятые». «О, только не это», — сразу начал Оззи. Тема явно болезненная. «И что это вообще было?» «Оглядываясь назад, я понимаю, что тогда я пил чудовищно много. Каждый день — четыре бутылки Hennessy, ящик Budweiser и столько, блин, наркотиков, сколько мог впихнуть себе в морду. Сколько только мог. Я ежедневно передозировался». Оззи снова рассмеялся — в отличие от других «протрезвевших рокеров», он всё ещё получает удовольствие от воспоминаний о прошлом. «Так вот откуда смешные наряды?» — спрашиваю я. «Думаю, оттуда же, откуда смешное всё остальное», — отвечает он. «Мы тогда думали, что выглядим круто. А теперь смотрим — «ну чисто гей», это даже не то слово. Да даже геи к нам тогда приходили и говорили: «Вы чё творите, мужики?» Оззи задумался и добавил: «Всё это часть безумного мира рок-н-ролла». Я по глупости упомянул случай, когда Оззи в платье «подмочил» Аламо, и он заметно поморщился, будто я надавил на больное. Немного его смягчило то, что я сообщил, что теперь этот инцидент — один из «хайлайтов» экскурсий по Аламо. Сначала он не поверил, но я поклялся: мой техасский знакомый недавно был свидетелем такого тура. «Им бы это в Книгу рекордов Гиннесса», — предложил Тони. «Твой собственный неизгладимый след в истории Америки», — сказал я, и на лице Оззи появилась гордая, озорная улыбка. Наше время подходило к концу, и мы попросили Оззи подписать несколько пластинок. Я протянул ему свою потрёпанную «Paranoid». Дрожащей рукой он вывел «Get Stoned» («Накурись») на развороте, а потом поставил подпись. Совет от профессионала. Вернувшись в бар Old King Cole, мы с Робом будто взбодрились — словно побывали у Доктора Рок-н-Ролла и получили укол «витамина крутости». «Он был именно таким, как я себе представлял», — выдохнул Роб. «Да», — сказал я, чувствуя внутри бабочек. Пройти через всё, через что прошёл Оззи, и остаться наверху — это не просто удача, это почти чудо. Когда становилось совсем плохо, он надевал женскую одежду и ссал на национальные памятники. С того момента я решил, что пора быть немного больше похожим на Оззи. И у него есть послание для таких, как я: если хочешь дорогу из желтого кирпича под своими ногами, иногда нужно останавливаться и раскрашивать камни своими руками. Истоник: High Times Перевел и адаптировал: @Turkeugene Еще почитать: Ретроспектива High Times: Интервью с Уильямом Берроузом от 1979 года Интервью High Times: доктор Лестер Гринспун Арьян Неостановимый: жизненный путь основателя Green House Seed Company

👍 Спасибо сидшопу Семяныч за поддержку этого поста. Автор: @Turkeugene Еще почитать: Как курение каннабиса влияет на секс? Любовь и каннабис: сплетение судеб Как организовать первый канна-трип для своего друга

Жители всё чаще чувствуют, что их просто выталкивают из собственного города. Иногда это выливается в раздражение и усталость, иногда — в консервативную реакцию или даже лёгкую ксенофобию. Но в любом случае страдают именно коренные барселонцы, и у многих из них уже просто сдали нервы. Канна-клубы должны быть своего рода «секретными оазисами» города. Но на деле они давно стали магнитом для туристов. И это вызывает массу недопонимания между гостями, местными, самими клубами, а также полицией и чиновниками. Как и в сфере недвижимости или культуры, клубы подстраиваются под поток обеспеченных иностранцев: меняют правила вступления, цены, даже меню. Разберёмся, как эти вопросы переплетаются. Юридически, политически, социально и экономически. Кто может быть членом канна-клубов? Считается, что в Барселоне работает от 200 до 300 канна-клубов. Точных данных нет. И это, кстати, уже само по себе проблема. Часто можно услышать, что такие канна-клубы «только для местных». Но это не совсем так. Многие действительно не принимают людей без барселонской регистрации, но формально вступить может любой, у кого есть документ, приглашение (если требуется) и деньги на членский взнос. Путаница возникает из-за разрыва между тем, что думают люди (включая полицию), и тем, что реально прописано в законе об ассоциациях. Ведь так-то ни один закон не запрещает принимать иностранцев, нерезидентов или людей без прописки. Тем не менее споры об этом не утихают. Чтобы понять, почему, нужно вернуться к началу. Примерно в 2010 году клубы начали работать по модели «совместного выращивания»: члены ассоциации коллективно владели растениями и платили за свою долю урожая. Но со временем суды пересмотрели эти принципы. Вообще Барселона — единственный город в Испании, который официально регулировал клубы: власти определяли, где такие заведения могут работать и какие стандарты должны соблюдать (вентиляция, пожарная безопасность и т.д.). Дело в том, что Барселона — самый туристический и мультикультурный город Испании, полный туристов, мигрантов и странных личностей. Регулирование дало клубам легальный статус и вызвало бум, но даже тогда власти не разрешали продавать каннабис. Сегодня всё иначе. Буквально ни один клуб не выращивает ничего сам. Формально они работают как «пространства для употребления». То есть, травку можно покурить внутри, но её нельзя покупать. Поэтому в ходу до сих пор старое слово retirar — «снять», унаследованное от времён коллективного выращивания. И в этом новом формате закон не определяет, кто может вступать в канна-клуб, а кто нет. Это решает само заведение. Быть членом канна-клуба теперь не значит владеть растениями, но многие — включая полицию — до сих пор этого не поняли. «Полицейские часто используют этот аргумент, когда видят в канна-клубах иностранцев, но на деле закон не запрещает выдавать им членство. Это просто миф», — говорит юристка Марта де Луксан Марко, известная как Марта Хай, член Европейского совета по вопросам каннабиса. В 2020 году по клубам сильно ударило решение Верховного суда Каталонии, отменившее муниципальное регулирование. Там даже упоминался запрет на употребление внутри помещений (правда, эта часть так и не была реализована). Одно, впрочем, осталось неизменным: продажа — всё ещё преступление против здоровья населения. Как ни крути. Проблема в том, что большинство туристов не понимают, что такое канна-клуб, и как он устроен. Они думают, что это как кофешоп в Амстердаме или диспенсарий в Калифорнии: заходи, покупай, тусуйся. Им кажется, что травка легальна, что можно брать сколько угодно и курить где угодно. Из-за этого рождаются конфликты и недопонимания на всех уровнях. «Дело не только в законе, — говорит Марта. — Это противоречит самой философии клубов. Их смысл — не поощрять потребление, а создавать безопасное пространство для сообщества». Аргентинец Сантьяго впервые попал в клуб в 2018 году, просто загуглив «coffee shop». Нашёл адрес, написал по e-mail, и ему ответили на английском: возьми ID, приходи на короткое интервью, заплати 20 евро членского взноса. «Я думал, будет развод для туристов, — вспоминает он, — но я оказался единственным иностранцем. Когда компания итальянцев начала шуметь и смеяться, их просто выгнали». Некоторые клубы принимают только тех, у кого хотя бы временный испанский ID. Другие, наоборот, охотно зовут туристов и приезжих, особенно из Европы и США: у них деньги, они не представляют риска для полиции. В условиях отсутствия чётких правил клубы двигаются по грани — кто-то берёт повышенные взносы, кто-то делает «туристические» тарифы. Граница проходит где-то между этикой и коммерцией. Одни клубы остаются локальными, почти семейными, другие превращаются в туристический бизнес. И эта трещина — отражение общей джентрификации Барселоны. Так называют процесс, когда бедные районы облагораживаются и превращаются в элитные. Американка Кристина живёт в Барселоне по визе и состоит в трёх клубах. Каждый берёт по 30 евро в год. Первый абонемент она оформила ещё как туристка — с американским паспортом. «Все клубы принимали меня без проблем, просто объясняли правила и брали оплату. Ни один не требовал рекомендаций». Внутри цены приемлемые, но сам взнос выше среднего и не даёт никаких бонусов. Федерико работает в небольшом районном клубе, где членство стоит в три раза дешевле. По правилам — только для резидентов, но, если заходит турист с приглашением от члена и паспортом, часто закрывают глаза: деньги важнее. Однако одно правило соблюдают строго — реферал. Каждый новый участник должен прийти по чьей-то рекомендации, чтобы не попасться на полицейского под прикрытием. Стоит ли принимать туристов? «Зависит от модели клуба, — говорит Марта. — Есть уютные локальные, а есть тёмные схемы, где главное — выручка. Для таких риски окупаются. Многие думают, что здесь как в Голландии», — добавляет она. И правда: базовые правила вроде «не кури на улице», «не носи с собой 50 грамм» и «не привлекай внимание» часто игнорируются. Некоторые клубы даже требуют оставаться внутри минимум 15 минут после выхода. Во время выставки Spannabis (главного каннабис-ивента Испании) всё усугубляется: толпы иностранцев ходят из клуба в клуб. Наибольшие проблемы создают голландцы, американцы и канадцы — у себя дома они привыкли к полному легалайзу и уносят с собой слишком много. Марта вспоминает случай: во время Spannabis полиция остановила голландца у выхода из клуба и использовала это как повод для обыска. Ему предъявили обвинение в нарушении закона, хотя он имел при себе лишь личную дозу. И всё же дело дошло до суда. Как распознать туристический клуб с первого взгляда? Обычно такие делают ставку на эдиблз (не характерные для Испании), на яркий мерч с каннабисом, готовые джоинты без табака. Каталонские же курильщики консервативны: предпочитают табак, гашиш и максимум — экстракты. Поначалу клубы были простыми, почти как кафешки — место, где можно посидеть, поговорить, почувствовать себя частью тусовки. Но всё чаще они превращаются в «спектакль»: диджеи, концерты, настолки, йога, чуть ли не «всё включено». Ну и рост цен оправдывают опытом, а не атмосферой. София, работающая в одном из клубов, говорит: «Да, туристы приносят деньги и известность. Но там, где большинство — приезжие, атмосфера хуже, цены выше. Я выбираю маленькие, локальные клубы — там тепло и по-домашнему». Но парадокс в том, что именно адаптация клубов под туризм часто и становится поводом для репрессий. «В городе, где всё крутится вокруг туризма, туристические клубы должны быть заметными. А это сразу делает их уязвимыми», — говорит Марта Хай. Сейчас барселонские клубы переживают, пожалуй, самый тяжёлый период за всю историю. Городской совет ведёт против них войну: закрыто уже около 30 клубов, многие оспаривают дела в суде. Но тут на самом деле рандом: всё зависит от судьи: один может приостановить решение, другой — нет. За пределами Барселоны ситуация спокойнее. В Мадриде, Галисии и в других местах придерживаются старой модели: всё по знакомству, тихо, без афиш и рекламы. Например, Аргентинка Агустина, работающая между Мадридом и Барселоной, рассказывает: «В Мадриде я хожу в один клуб уже несколько лет. Туда не попасть без рекомендации. И вот там чувствуется дух сообщества». В Барселоне же её первый клуб быстро закрылся, а новый оказался туристическим: 50 евро за членство, кругом иностранцы и в основном мужчины. Сохранить «клубный дух» важнее, чем кажется. Это не ностальгия и не снобизм — это вопрос выживания. Ведь если канна-клубы превращаются в туристические аттракционы, где всё держится на серых схемах и кэше, — рушится сама идея. Когда исчезает дух сообщества, остаётся только бизнес без правил: продажа без контроля, зарплаты в конвертах, отсутствие безопасности и прав. И самое опасное — открытые двери для всех подряд. Люди, которые не знают правил, не уважают пространство или просто ведут себя неадекватно, провоцируют конфликты, жалобы, полицейские рейды. В итоге страдают не коммерческие проекты, а малые, честные клубы, которые просто хотят выжить. Порочный круг. Источник: elplanteo.com Перевел и адаптировал: @Turkeugene Благодарим сидшоп Семяныч за спонсорство этой публикации. Еще почитать: Европейские модели легалайза «Не тот легалайз» — кризис легального канна-рынка Dzagi-история: «Накуренный велотрип»

💚 Благодарим магазин семян SEEDSMAN за поддержку этой публикации. Доступна скидка 10% по промокоду DZAGI + подарочные семена в каждый заказ. Автор: @Turkeugene Еще почитать: Системное и хаотичное: два пути употребления каннабиса Зависимость. Толерантность. Попуски Когда увлечение каннабисом становится зависимостью — мнение сообщества Dzagi

Благодарим сидшоп Семяныч за поддержку этой публикации. Еще почитать: Почему сейчас каннабис пахнет сильнее, чем раньше? Главные ошибки новичка — что говорят гроверы Dzagi Индор для новичков с опытом: аспекты, которые влияют на урожай

🔥Спонсор сегодняшней подборки игр — магазин семян Cannado. С промо DZAGI постоянная скидка 10%.

«Evil Bong» (2006) Первый фильм франшизы — чистое безумие, в котором и родилась легенда. Сюжет прост, как бонг без фильтра: несколько соседей по квартире (типичные студенты и лузеры) покупают таинственный бонг с eBay. И когда они начинают курить, устройство оказывается одержимым. Ну и затягивает курильщиков в альтернативную реальность, где царят обнажённые танцовщицы, неон и психоделика. Фильм снят за копейки, но его дух неповторим. Это почти театральная постановка на минимальной площади с безумной дозой самоиронии. Джон Патрик Джордан и Дэвид Уидофф в роли друзей выглядят очень естественно: их апатия и наивность — главная прелесть картины. Особое удовольствие доставляет сам голос злого бонга по имени Эби (Eebee, она же EB — Evil Bong) — хриплый, ехидный, словно смесь демона и продавщицы из разливной пивнухи за углом. Сценарий, конечно, трещит по швам, но в этом и кайф. «Evil Bong» не притворяется чем-то большим (ещё бы, с рейтингом в районе 4 из 10!), он пародирует ужастики, жанр эксплотэйшн и саму культуру курения. В целом, для Хэллоуина — идеальный фильм под глупый смех и облако дыма. «Evil Bong 2: King Bong» (2009) Продолжение поднимает градус абсурда. Герои, страдающие от странных последствий курения Эби, отправляются в джунгли Амазонки искать легендарного Короля Бонга. Там, как водится, всё ещё хуже: древние ритуалы, говорящие черепа, галлюцинации, да и сама Эби тоже возвращается, чтобы устроить травяной замес. И если первый «Evil Bong» был камерной комедией, то второй — чистое приключение в духе Индианы Джонса под кайфом. Недаром среди всех частей именно второй фильм выделяется чуть большим рейтингом (но всё ещё стабильно ниже 5 из 10). Неизменный режиссёр Чарльз Бэнд тут с иронией играет с разными клише, вплетая в историю отсылки к психоделическим фильмам 70-х. Бюджет, конечно, снова микроскопический, но команда компенсирует это нарочитой театральностью и визуальной креативностью. То есть, декорации, конечно, всё ещё выглядят как папье-маше, но работают на атмосферу. Вторая часть впервые делает франшизу вселенной: возвращаются старые персонажи, появляются новые фрики, а за кулисами намечается мифология. Именно где-то здесь появляется ощущение, что это уже не просто поделка с сиквелом, а уже какая-то новая сага, пусть и пропитанная запахом сладкого дыма и дешевого пластика. «Evil Bong 3D: The Wrath of Bong» (2011) Третья часть — эксперимент, и, кстати, довольно амбициозный. Будучи снятой в 3D, она выходила в кинотеатрах США с ароматизированными карточками, чтобы зрители могли «нюхать» сцены. Сюжет доводит концепцию предыдущих двух фильмов до маразма: инопланетный бонг падает на Землю, объединяясь с Эби, и теперь они вдвоём планируют завоевать человечество. Честно сказать, на уровне визуала фильм удивительно живой. Конечно, 3D выглядит кустарно, но в этом есть шарм. Каждый кадр снят с любовью и парой косяков за кадром. Бюджет тут, кстати, тоже, видимо был не больше пары косяков. Сценарно — всё та же смесь гэгов, лёгкой эротики и метаиронии: герои осознают, что живут в продолжении оригинального фильма, и даже шутят о том, как устали сниматься в этой франшизе. «Evil Bong 3D: The Wrath of Bong» — важный момент франшизы. Он закрепил её репутацию как культа «для своих». Здесь появляются первые признаки того, что вселенная «Evil Bong» живёт по собственным законам: без правил, но с самоиронией и искренним весельем. «Gingerdead Man vs. Evil Bong» (2013) В 2013-м году режиссёр Чарльз Бэнд снял и выпустил восемь фильмов. «Gingerdead Man vs. Evil Bong» — один из них. Иногда кажется, что это кино родилось на спор. Потому что тут злобное печенье-убийца из серии «The Gingerdead Man» встречается со Злым Бонгом. И, да, это звучит ровно так, как выглядит. Сюжет соединяет две вселенные Full Moon Features: Спёкшийся (так обычно переводят название The Gingerdead Man) сбегает из ада и хочет уничтожить Эби, но в итоге попадает в её ловушку. С этого и начинается замес. По духу — это хреновый комикс, снятый на VHS. Не раз уже хотелось сравнить серию «Evil Bong» с культовым трэшем поздней Тромы, но тут прямо особенный повод. Потому что режиссёр даже не пытается скрыть трэшовость, а наоборот, культивирует её. Доходит до того, что местами это тупо пародия на саму пародию. Но в моменты, когда актёры перестают кривляться, в фильме проскальзывает странное тепло. Вернее, чувство ностальгии по старому безумному хоррору, где главное — угар. А логический сюжет – дело десятое. Критики, конечно, разнесли картину: они каждый фильм Чарльза Бэнда поносят. Но многие накуренные фанаты приняли кроссовер с восторгом: всё-таки впервые «Evil Bong» превратился в самостоятельный бренд, способный на коллаборации и фан-сервис. «Evil Bong 420» (2015) А вот тут — символичное возвращение к истокам и одновременно метакомедия. Эби — тот самый зловещий бонг — открывает свой собственный канна-шоп, а главные герои пытаются вернуть нормальную жизнь. Но, конечно, всё идёт под откос: в дело вмешиваются полуголые пришельцы, неудачные бизнес-планы и новый виток потустороннего веселья. Фильм, конечно, одновременно глуп и очарователен. Но его сила в том, что это сатира на коммерциализацию канна-культуры, где «всё становится брендом» — даже Зловещий Бонг. Впрочем, здесь уже чувствуется лёгкая усталость и ностальгия: старые персонажи возвращаются, юмор стал мягче, а постановка — чище. Так что на уровне символизма «Evil Bong 420» — фильм о том, как контркультура взрослеет. «Evil Bong High-5!» (2016) Действие пятой части начинается прямо там, где закончился «Evil Bong 420»: герои застряли в неоновом измерении, где реальность растворяется в клубах дыма и нескончаемых вечеринках. Эби, всё так же ехидная и властная, решает не убивать их, а обеспечить своих пленников бесконечным бэд-трипом. На этот раз фильм опирается не на сюжет, а на ощущение бесконечного кайфа, эдакий ночной кошмар гедониста. Много неоновых задников, дыма, фетиш-эротики и тупейших диалогов. Но такая смесь работает! Каждая сцена снята как скетч, как будто авторы просто импровизируют, а камера случайно всё фиксирует. Для плотного накура – самое оно! Главная прелесть этого фильма — в самоиронии. «Evil Bong High-5!» смеётся не только над персонажами, но и над самой кинофраншизой. Здесь появляется много пасхалок на предыдущие части, включая камео старых героев и пародии на собственные ошибки. Типа как вечеринка выпускников, только все под кайфом, а вместо диджея — Зловещий Бонг. «Evil Bong 666» (2017) Название не обманывает: шестая часть действительно решает призвать демонов. Сюжет крутится вокруг того, как Эби пытается вернуться в мир людей через портал, открытый случайным стоунером. Но она сталкивается с новой героиней — Луной, ведьмой, владеющей канна-магией. Тут как раз и начинается низкобюджетный замес. Тон этой части более мрачный, хотя юмор по-прежнему дико тупой. Здесь впервые появляется мотив «сатанинской травы», которая даёт не кайф, а видения ада. Вот это концепт! «Evil Bong 666» всё время заигрывает с символикой: перевёрнутые кресты, зелёные огни, дым, похожий на серу. Всё для создания антуража эдакого канна-ада. Но не унылого, а, разумеется, забавного. Минус «Evil Bong 666» в том, что в этом фильме чувствуется усталость. Но также тут проглядывает и зрелость. Чарльз Бэнд с остальными ребятами будто наконец решили, что франшиза может быть чем-то большим, чем затянувшимся канна-приколом. Да, бюджет всё ещё нищенский, а актёры часто играют на автопилоте, но под этим пластом трэша угадывается странная философия: даже зло хочет покурить и расслабиться. «Evil Bong 777» (2018) Седьмая часть переносит действие в Лас-Вегас. Семёрки в названии – это как раз про игровые автоматы. Эби, Луна и компания оказываются среди казино, где каждый второй персонаж — пародия на американскую мечту, подогреваемую азартом. Где-то тут франшиза «Evil Bong» достигает своего максимума в плане китча: полуголые демоны, говорящие предметы, гламур, и бонг, пускающий дым в форме доллара. И всё же, если рассматривать драматически, то, как ни странно, «Evil Bong 777» работает как одна из лучших комедий всей франшизы. Темп быстрый, юмор плотный, персонажи наконец нашли химию. Один из героев вообще превратился из обычного курильщика в довольно-таки комичного философа, рассуждающего о бренности кайфа. Ну и градус мета-иронии зашкаливает: фильм настолько полон внутренних отсылок, что в одной сцене герои буквально спорят, какая часть франшизы была худшей. Главная сила «Evil Bong 777» — лёгкость. Это кино без претензий, чисто развлекуха и щепотка меланхолии. В какой-то момент кажется, что даже Эби начинает уставать от вечного веселья и задаётся вопросом: «А есть ли жизнь после накура?» Кстати, на удивление философский момент для фильма, где демон-бонг курит из себя же. «The Gingerweed Man» (2021) А это — спин-офф и мягкий перезапуск вселенной. После финала «Evil Bong 777» мир франшизы будто выдыхается. И поэтому рождается новый герой: Джинджервид Мэн, антропоморфный росток конопли. Он воюет с наркодилерами, спасает невинных и пытается найти место в мире, где трава уже легальна, а чудеса — нет. И, знаете, этот фильм неожиданно обаятелен. Несмотря на свою (ещё большую) глупость, он построен как пародия на комиксы Marvel и старые стоунер-комедии. Сценарий доверху набит отсылками к канна-индустрии, легализации, КБД и новой этике. Это уже не трэш-хоррор, а такой лёгкий сатирический фарс, где зло побеждается не силой, а хорошим вайбом. В «The Gingerweed Man» франшиза «Evil Bong» как будто взрослеет. Эби почти не появляется, но её дух витает в каждом кадре. Ну и сам фильм делает шаг в сторону — от ужаса к комедийному супергеройскому гротеску. «Evil Bong 888: Infinity High» (2022) «Evil Bong 888: Infinity High» задумывался как финал саги (но не тут-то было). Но кино не получилось серьёзным. Оно просто собрало всех и всё. Эби возвращается, чтобы «устроить последний кайф», объединяя всех персонажей из предыдущих фильмов в одном психоделическом кроссовере. И, кажется, Чарльз Бэнд напихал в этот фильм буквально всё: порталы, демонов, ведьм, пришельцев, бонгов всех мастей. Фильм бесконечно цитирует свои приквелы и спин-оффы. Эдакое развлечение для своих. Именно поэтому «Evil Bong 888: Infinity High» ощущается как трип в собственную ностальгию. Он медленный, нелепый, но при этом невероятно тёплый. И франшиза сворачивает туда, куда она, оказывается всё это время стремилась. Она больше не про комичное зло, не про траву — а про фанатов, которые шли с этой серией почти двадцать лет. Так что это — благодарность. Да, его посмотрят не многие. Да, визуально фильм выглядит как театральная постановка в подвале. Да, спецэффекты здесь на уровне Windows 98. Но тут нет фальши (кроме актёрской): только любовь к тому, что началось как шутка, а стало целым канна-мифом. «Evil Bong‑A‑Thon!» (2025) И вот на «Evil Bong 888: Infinity High» можно было бы и закончить, но Чарльз Бэнд не унимается. В 2025-м году аккурат к 20 апреля он выпустил новую часть «Зловещего Бонга». Два десятка лет сумасшедших приключений тут собраны в одном сборнике, где главной звездой остаётся сама Эби, вокруг которой вертится вся серия. Зрителю предлагают эдакую прогулку памяти: сначала было как, потом стало эдак, потом вообще ушло в трип. И поэтому сам «Evil Bong‑A‑Thon!» можно скорее назвать монтажной компиляцией. Тут мелькают эпизоды из всех предыдущих фильмов, возвращаются знакомые лица, камео и узнаваемые образы. Для фэнов это зрелище в духе «ох, я помню это», «а вот тут было то» — и эдакое чувство единения, что франшиза выросла вместе со зрителями. Но есть и серьёзный вопрос: насколько это полноценный фильм? Поскольку материал большей частью — нарезка из старых эпизодов, новых сюжетных линий практически нет, и, если вы не фанат серии, многое может показаться бессмысленным. С другой стороны, каким-то чудом у «Evil Bong‑A‑Thon!» самый высокий IMDB-рейтинг из всей франшизы. Как так вышло? Видимо, народная любовь… В итоге «Evil Bong-A-Thon!» кажется каким-то тёплым и душевным топтанием на месте. Это дань уважения, возможность собраться вокруг общей истории, вдохнуть накопившийся дым и просто хорошо провести время за очередной серией трэша. *** В общем, получается так, что франшиза «Evil Bong» — это редкий случай, когда серию низкобюджетных стоунер-фильмов можно рассматривать как культурный феномен. Да, это трэш. Да, это самоирония на стероидах. Но это и хроника: отражение того, как культура марихуаны шаг за шагом превратилась из маргинального веселья в часть массового сознания. Автор: @Turkeugene Статья вышла при поддержку спонсора — сидшопа Семяныч.

«Всё везде и сразу» Фильм «Всё везде и сразу» смахивает на попытку заглянуть в саму плоть современного сознания. Представьте, что вы случайно открыли в себе 64 браузерные вкладки с разными версиями себя — и все они начали спорить, кто из вас настоящий. Режиссёры Дэн Кван и Дэниел Шайнерт берут базовую концепцию мультивселенной, которую давно и жадно обсасывают блокбастеры, и превращают её в сугубо личный, изощрённо абсурдный и одновременно болезненно человечный рассказ о семье, идентичности и невыносимой тяжести бытия в эпоху бесконечных опций. В целом-то сюжет нарочито прост: женщина средних лет, владеющая прачечной, попадает в водоворот событий, где от неё зависит спасение всех возможных реальностей. Но за этим фасадом скрывается что-то гораздо более острое: тревожное чувство, что ты проживаешь не ту жизнь, не с теми людьми, не в том мире. И именно это «не то» оказывается идеальной питательной средой для кинематографической феерии, где пальцы-сосиски соседствуют с философскими афоризмами, а драма про поколенческие травмы живёт под одной крышей с кунг-фу и пародией на «Рататуя». Режиссёры умудряются выстраивать повествование, которое балансирует на грани безумия, но при этом не теряет ориентиры. Сюжетная воронка засасывает всё подряд: гэги, боёвка, философская рефлексия, глупость, печаль, отчаяние, принятие, абсурд и любовь. Здесь даже камень способен выдать пронзительнейшую сцену. Серьёзно. Вот прямо обычный камень. Особо стоит отметить актёрскую работу Мишель Йео — без неё этот фильм развалился бы на части. Она держит на себе весь этот карнавал метафизического безумия с такой сосредоточенной уязвимостью, что даже самый циничный зритель в какой-то момент перестаёт искать логику, а просто плывёт по течению. Ке Хюи Куан, внезапно вернувшийся после десятилетий в забвении, оказал Мишель Йео такую мощную актёрскую поддержку, что за свою роль он получил премию «Оскар». Так что его сдержанная нежность неожиданно становится эмоциональным центром всего нарратива. Визуальный язык фильма — отдельная история. Монтаж местами напоминает ролики из Тик-Тока, а порой прекращается в психоделическое залипалово. А потом внезапно вскрывается, что за нарочитой хаотичностью скрывается точнейшая драматургия. Каждая сцена, каждая версия персонажа несёт смысл, а не только приколы и гэги. И всё это работает на одну цель — разобрать зрителя на атомы, а затем собрать заново. Только уже с чуть большим сочувствием к себе и окружающим. «Всё везде и сразу» — своего рода экзистенциальная притча. И семейная комедия. И триллер с детективной линией. В общем, всё и сразу. И везде, конечно же. «Атомный цирк: Возвращение Джеймса Баттла» Обычно фильмы придерживаются одного жанра. Бывают кроссоверы из двух-трёх жанров. А есть такие фильмы, где на вопрос «В каких жанрах снимаем?» режиссёр просто отвечает «Да!» с горящими глазами. Вот «Атомный цирк» как раз такой. Он словно выпал из радиоактивной мечты режиссёра, который в детстве пересмотрел «Безумного Макса», «Чужого» и слишком много клипов на MTV. «Атомный цирк» не столько рассказывает историю, сколько устраивает пульсирующую дискотеку из жанров, образов и звуков, где клоуны, космические чудовища и кантри-певицы пляшут под одну кислотную дудку режиссёра. Это кино, которому плевать на стройную драматургию, но оно мастерски превращает бардак в эстетический принцип. Особенно внезапно всё это смотрится, когда подходишь к просмотру подготовленным и подкуренным. Твисты и повороты повествования ошеломляют ещё сильнее, оставляя неизгладимое впечатление. По сюжету всё предельно хаотично, но в этом и суть: в захолустный французский городок вторгается нечто неземное. А параллельно с этим туда возвращается Джеймс Баттл — парень, обвинённый в поджоге, отсидевший и мечтающий вернуть свою возлюбленную. Она, между прочим, теперь хочет стать звездой, а сцена её тянет так же сильно, как инопланетян — свежее мясо. В результате мы смотрим месиво из научной фантастики, боевика, музыкальной драмы и комедии абсурда. И вместо попытки склеить это в стройное повествование, режиссёр Дидье Пуаро просто разводит руками и говорит: «Ну вы держитесь там». «Атомный цирк: Возвращение Джеймса Баттла» порой просто насилует жанры. Порой он избыточен по всем фронтам: сюжетным, визуальным, звуковым. Но именно в этом его дерзкое обаяние. Здесь всё гиперболизировано до гротеска, до крика, до стона. Монстры выглядят так, будто их вылепили из жвачки и старых антенн, спецэффекты — на грани трэша и восторга, а диалоги балансируют между поэтическим дебилизмом и сюром. Даже саундтрек — гремучая смесь рокабилли, электроники и безумия. Всё это создаёт ощущение, что кино сделано не для повествования, а для того, чтобы проверить — выдержит ли твой мозг такое давление. Что ж, если его смазать дымком, то точно выдержит. Ну либо отлетит к чёрту! Если рискнёте проверить, то непременно попробуйте! И пусть откровенно средняя оценка вас не пугает: подобный яркий трэш точно не для всех, но своего зрителя фильм должен найти, потому что с годами он всё больше обрастает культовым статусом. «Сотни бобров» «Сотни бобров» — фильм, который объяснять словами почти так же нелепо, как пытаться переубедить бобра в том, что дамбы — не главное в жизни. Это чёрно-белая, почти немая комедия, снятая за три копейки, но с таким размахом и креативом, которого не хватает многим блокбастерам. Здесь нет звёзд, нет диалогов, нет реализма — и всё это делает фильм особенно живым. В целом «Сотни бобров» больше напоминают не кино, а мультики типа Looney Tunes или Тома и Джерри. Ближайший конкурент на этом поле — «Маска» с Джимом Керри, где главный герой превращался в сумасшедшего мультяшку, потому что сам любил смотреть детскую анимацию. Сюжет очень простой: торговец сидром теряет всё из-за нашествия бобров и пускается против них в охотничий крестовый поход. Он хочет стать траппером, набрать шкур и добиться руки дочери местного торговца. Путь его тернист и абсурден и напоминает лесной «рогалик» на фоне безмолвного зимнего пейзажа, тишину которого лишь иногда нарушает хорошо поставленный удар граблями по лицу. «Сотни бобров» выстроен как нежная деконструкция жанра: он ссылается на классическую немую комедию (привет, Чарли Чаплин и Бастер Китон!), на тех же Looney Tunes, на игры-платформеры от Nintendo. Но всё это делается не для галочки, а с фанатской изобретательностью. Каждая сцена — это миниатюрная комическая головоломка. Здесь ничего не стоит на месте: герой постоянно падает, встаёт, деградирует и эволюционирует, и всё это с плотной хореографией, почти как в старомодном водевиле. Ну а чёрно-белая палитра лишь подчёркивает абсурд и отсекает всё лишнее. Этот мир не нуждается в цвете: он дышит контрастами. Но вы можете его раскрасить своим сиреневым туманом. Тогда спонтанность «Сотен бобров» заиграет по-новому. Ведь в конце всё оборачивается штурмом бобровой цивилизации с моралью, что человек — это существо, которое даже ради любви к сидру может объявить войну бобрам. «Сотни бобров» — очень смелое кино с полным отсутствием здравого смысла — уникальный фильм в современном мире! «Экстаз» Любите кинотрипы? «Экстаз» такой! Это один из самых сконцентрированных и безжалостных опытов в современной европейской хореографической драме. Гаспар Ноэ, режиссёр, давно работающий на границе кино и телесного потрясения, превращает танцевальную вечеринку в лабораторию человеческой психики под давлением. Поначалу это триумф тела, ритма и свободы, а потом тусовка медленно и неотвратимо скатывается в кошмар без формы и смысла. Это кино не столько рассказывает, сколько испытывает зрителя. Тем более, что «Экстаз» почти не имеет сюжета в классическом понимании. Труппа танцоров репетирует в изолированном здании, празднует завершение проекта, пьёт сангрию... и вскоре выясняется, что кто-то подмешал наркотики в напиток. И начинается свободное падение в его величество бэдтрип! «Экстаз» раскладывает его на фазы: эйфория, тревога, паранойя, агрессия, распад. И, если у вас крепкая психика, и вы способны разделить свой хороший трип на диване с плохим трипом на экране, то «Экстаз» гарантированно загипнотизирует вас своим ритмом. Длинные планы, почти документальная съёмка, минимальное количество монтажных склеек создают эффект непрерывного погружения. Например, первый танцевальный эпизод снят в едином кадре и подан не как постановка, а как жизненная энергия в чистом виде. Музыка занимает в фильме почти центральную позицию. От Aphex Twin до Cerrone, от жёсткого техно до хауса 90-х — саундтрек формирует не только атмосферу, но и структуру фильма. Звук здесь не подстраивается под кадр, но ведёт его за собой, разрушает порядок и диктует ритм без логики и финала. Но учтите, что режиссёр Гаспар Ноэ не делает скидок. Его визуальный язык остаётся жёстким, иногда даже нарочито отвратительным. Камера летает, поворачивается, теряет устойчивость. Как, кстати, и сознание героев. Пространство искажено, цвета кричащие, проступает логика сна. И через экран очень хорошо удаётся прочувствовать состояние тотальной потери контроля без прикрас и жалости. «Зомби одним планом!» (также «Съёмки без тормозов») Про фильм «Зомби одним планом!» сложно говорить без спойлеров. Поэтому давайте так: если вы любите небанальные фильмы, которые ломают шаблоны и ожидания, просто посмотрите его без всякого бэкграунда. Он способен удивить и развернуть сюжет в совершенно другое русло. Дважды. А теперь – немного подробнее и со спойлерами. Суть в том, что «Зомби одним планом!» – редкий пример того, как обманчиво жанровое кино может выйти за пределы своих шаблонов, сохранив при этом лёгкость и самоиронию. Японский режиссёр-дебютант Синъитиро Уэда не столько снимает фильм про зомби, сколько делает кино о съёмке фильма про зомби. При этом не в духе пошлых мета-игр, а с выверенной структурой, точной интонацией и абсолютно искренним юмором. Первый акт картины — 37-минутный, якобы снятый «сырым» дублем трэш-хоррор, где всё выглядит предельно странно: актёры запинаются, камера дёргается, сюжет петляет и рушится под собственной нелепостью. Сначала это сбивает с толку: что за халтура? Но во втором и третьем акте фильм неожиданно раскрывается и демонстрирует, что за каждой неловкой репликой, кривым кадром и якобы случайной ошибкой стоял расчёт — и это вызывает не смех, а восхищение. Уэда мастерски выстраивает структуру: зритель сначала сталкивается с результатом, потом узнаёт процесс, а затем — мотивы. Это кинематографический «перевёртыш», где за маской трэша скрыта тонкая режиссёрская работа. «Зомби одним планом!» в итоге оказывается не фильмом про зомби, а нежным признанием в любви к низкобюджетному творчеству, импровизации и командной работе, где результат далеко не всегда идеален, но всегда живой. В кастинге тут нет известных актёров, но они работают удивительно слаженно. Их нелепости в первом акте получают обоснование в последующих. И зритель, зная теперь закулисье, смотрит на прежние сцены с совершенно иным чувством. Переоценка увиденного — одна из сильнейших сторон фильма. В этом плане «Зомби одним планом!» демонстрирует, как контекст трансформирует восприятие. Особо стоит отметить юмор: он построен не на сарказме, а на точных наблюдениях. Это не издевка над жанром, а доброжелательный, почти любящий взгляд на всю абсурдность независимого кинопроизводства. За внешней простотой скрывается удивительно тёплая интонация, что делает финал особенно трогательным. «Зомби одним планом!» легко недооценить, если смотреть его поверхностно. Но это мета-комедия, которая работает не за счёт насмешки, а за счёт точного знания законов кино и любви к ним. То есть, это редкий случай, когда формальный эксперимент оборачивается человеческой историей. И это, пожалуй, главное достоинство фильма. Автор: @Turkeugene Еще почитать: Подборка для стоунеров: триллеры, детективы, неонуары Кино-подборка Dzagi #10 Каннабис в изобразительном искусстве

Автор: @Turkeugene 😎 Благодарим спонсора этой публикации — сидшоп Rastarasha. С промо DZAGI действует постоянная скидка 10%. Еще почитать: Каннабис, Гровинг и Закон в РФ Когда увлечение каннабисом становится зависимостью — мнение сообщества Dzagi Зависимость. Толерантность. Попуски